Вино и вина - Марина Йелс Страница 22

– Вы даже не представляете насколько.

Так, обмениваясь шутливыми репликами ни о чём, они подъехали к винодельне. На этот раз они сделали небольшой крюк и оказались с обратной стороны. Бен припарковал машину на асфальтированной площадке под навесом, и София отстегнула ремень, готовая к новому приключению.

– Итак, София, сегодня вы откроете для себя все секреты виноделия.

– Все до единого?

– Только те, которые не попадают под коммерческую тайну. Мы пока не настолько близки, – пошутил Бен, выходя из машины.

София понимала, что это просто шутка, но всё же смутилась.

– С чего начнём? С винодельни или виноградников?

– Определённо с виноградников. Я так редко бываю на природе, что хочу воспользоваться моментом и подышать свежим воздухом.

– Тогда прошу за мной, – Бен указал в сторону небольшого ангара. София вспомнила, что уже видела его вчера на фотографиях.

Она проследовала за ним. Открыв дверь ангара, Бен сказал:

– Подождите, я сейчас.

Ворота ангара поднялись, и оттуда выехал Бен на квадроцикле.

– Держите, – сказал он, протягивая ей шлем. – Запрыгивайте.

София уселась позади Бена. Она никогда прежде не ездила на квадроцикле. Её колени касались его бёдер, отчего ей стало неловко. А куда деть руки? Она не могла просто обхватить его за талию, это было бы слишком. В итоге София решила ухватиться за поручень позади сиденья, решив, что это наилучший вариант.

– Держитесь крепче, – предупредил Бен, и они рванули вперёд.

Они быстро выехали за пределы хозяйственных построек, и перед ними раскинулись живописные холмы с виноградными полями. Тут и там работали люди: одни подвязывали лозы, другие выдёргивали сорняки, кто-то даже помахал Бену и Софии секатором.

Спустившись с холма, они оказались у самого края виноградных рядов. Бен притормозил и сказал:

– У нас здесь десять гектаров земли, на каждом участке растёт по четыре тысячи лоз. Должен сказать, что выращивание винограда – дело не из лёгких. Нужно учитывать чёртову кучу факторов от состава почвы и перепада высот до системы полива и момента сбора – все эти нюансы влияют на результат. Даже один и тот же сорт винограда будет иметь разный вкус в зависимости от региона посадки, да что там регион – даже две лозы в двух метрах друг от друга могут дать винограду совершенно разный вкус. В этом и заключается суть терруара.

– А что такое терруар? – спросила София.

– Трудно объяснить. Поль говорит, что каждый клочок земли обладает своим уникальным характером, словно земля – живая. Поэтому вино из соседнего виноградника будет другим на вкус, даже при одинаковых условиях выращивания. Земля впитывает в себя всё: солнце, воду, ветер, даже эмоции. Это квинтэссенция жизни. А вино – её детище.

– Доказательство божьей любви к человечеству?

Бен рассмеялся:

– Франклин был прав. Было непросто найти толковых людей, которые действительно разбираются во всём этом. Но результат стоил затраченных усилий и денег – наше вино стало популярным не только в регионе, но и за его пределами, а продажи постоянно растут.

В голосе Бена София слышала гордость.

– В ближайшее время, – продолжал Бен, – мы планируем отправить первую небольшую партию на экспорт. Мы с самого начала решили придерживаться концепции винодельни-бутика и создавать эксклюзивные вина, или, как говорит Поль – создавать шедевр в каждой бутылке.

Они двинулись дальше, София разглядывала пролетающие мимо ряды.

Вновь притормозив, Бен продолжил:

– Мы выращиваем пино-нуар, шардоне, пино-менье и немного пти-мелье. Кстати, а вы какое вино предпочитаете?

– Честно говоря, я мало пью, только по особому поводу, у меня нет особых предпочтений.

– Вы просто не пили хорошего вина, – сказал Бен. – Добавим этот пункт в наш список дел.

– Но не больше одного бокала, я всё-таки на работе, – София улыбнулась.

– Так…Что ещё вам рассказать.

– Мне показалось, – спросила она, – что в самом начале ряда я видела кусты роз?

– Ах, это… Как я уже говорил, вы наблюдательны.

– Просто моя мама любит выращивать розы, так что я сразу узнаю их среди других растений.

– Тогда вот вам интересный факт. Если обратиться к истории, то розы сажают в память о том, как в позапрошлом веке филлоксера сожрала почти все виноградники Франции. Роза – это своего рода индикатор – она первая страдает от болезней и вредителей.

София слушала с интересом, у Бена была прекрасная дикция, а лёгкий акцент ещё больше приковывал слух. Он продолжал:

– Я читал, что роза защищала лозы от пасущихся лошадей и других животных, так как они, уколовшись, уходили прочь и не топтали виноградники. Решил, что это неплохая дань традициям, ну и это довольно красиво. Кстати, вокруг виноградника мы специально высадили медоносные травы и цветы, чтобы привлечь пчёл.

– Пчёл? Зачем?

– Они ценные сотрудники – защищают виноград от плохих и привлекают полезных насекомых, плюс способствуют лучшему развитию гроздей.

– Занятно, – сказала София. – Можно добавить это в рекламную брошюру винодельни. Люди любят интересные факты с заголовками вроде «А вы знали, что…»

Бен усмехнулся:

– В вас нет ни капли романтики!

София нисколько не обиделась на это замечание:

– Увы, романтике место в книгах и фильмах. В жизни она чаще мешает. Да и вы тоже не самая романтичная натура.

– Чем дольше мы общаемся, тем сильнее я задумываюсь, что у нас с вами гораздо больше общего, чем я думал.

Они поехали дальше, но внезапно квадроцикл подпрыгнул на кочке. София, пытавшаяся в этот момент снять видео на телефон, инстинктивно схватилась за Бена, чтобы не упасть. Он резко затормозил, и она по инерции прижалась к нему ещё сильнее. Обернувшись, Бен спросил:

– Всё хорошо?

София тут же отпустила его, радуясь, что шлем скрывал покрасневшее лицо.

– Да, простите. Испугалась, что упаду, вот и вцепилась в вас.

– Нет проблем, можете хвататься за меня в любое время.

«Ну уж нет», – запаниковала София и предложила:

– Как насчёт прогулки?

Бен снял шлем и встал с квадроцикла:

– Можно и прогуляться.

София последовала его примеру. Они пошли вдоль виноградных рядов.

– Наши лозы старые, – продолжил Бен, – бывший владелец рассказывал, что они были посажены в тысяча девятьсот двадцать шестом году, а первую бутылку вина разлили в тысяча девятьсот двадцать девятом. В тридцатые годы война и последовавший за ней кризис сильно ударили по виноделию во всей Европе. Этим лозам тоже пришлось туго, – Бен остановился и осторожно взял в руки тонкую ветку с уже набухшими почками, – но они выстояли, выжили, несмотря на все трудности и лишения.

– Надо же, – тихо сказала София, наблюдая за ним, – в этом мире даже винограду приходится непросто. Её ладонь медленно и осторожно скользила