Найденыш. Дракоша в академии - Марго Арнел Страница 22

— О, госпожа Лаорэль, должно быть, от тебя просто в восторге! — усмехнулся Рафаэль.

Я наградила его мрачным взглядом.

— Ну и ходи теперь как оборванец. Я больше палец о палец не ударю, чтобы тебе помочь!

Призванная мной игла стремительно метнулась к прорехе, будто в той был сокрыт некий невидимый магнит. Виляя хвостиком нитью, она так и мелькала в воздухе, то ныряя в ткань и на миг словно растворяясь в ней, то выныривая обратно, в качестве следов на сей раз оставляя ровные, аккуратные стежки.

Я открыла рот, да так и застыла. Каким образом у Рафаэля магическое шитье получалось в разы лучше, чем у меня?!

— Для боевых магов подобные чары — основа основ, — заметив мою реакцию, пояснил он. Улыбался, правда, при этом на редкость самодовольно. — Это только в книжках маг может впервые в жизни призвать, к примеру, струю огня, послать ее во врагов и попасть точно в цель, да еще и не задев окруживших его союзников. Нам же прицельности и меткости необходимо учиться. Долго и упорно.

— Ой, все, — пробормотала я. — Хватит хвастаться!

Улыбка Рафаэля стала еще шире.

— Я еще даже не начинал, — вкрадчиво сказал он.

И вновь от его тона у меня по спине побежали мурашки, но я больше не могла позволить себе очаровываться им. Осознание пропасти между нами было болезненным, но неизбежным.

Одно путешествие ничего не изменит, а обращаться к джиннии за исполнением нового желания — например, нового случая, который снова столкнет нас с Рафаэлем — я больше не собиралась.

Немного отдохнув и восстановив силы, мы покинули укрытие.

— Ты помнишь, куда идти? — осведомилась я.

К пещере меня несли на руках и, к тому же, временно ослепшей.

Кивнув, Рафаэль направился вперед. Я — следом.

В какой-то момент я начала сомневаться в том, что нам стоило покидать укрытие так рано. Не лучше ли было дождаться утра? Рафаэль заверил, что неподалеку непременно найдется другая пещера. Но так, если чародеи академии спохватятся быстро, мы сможем услышать их голоса и отправиться им навстречу.

Время показало, что правда — на моей стороне. Вот только сама я этому была совсем не рада.

Потому что к черту все доказательства собственной доброты, если они — это целая стая когтисто-клыкастых чудовищ.

Они выползали из кустов со всех сторон и со взглядами, в которых застыли лишь первобытная ярость и голод, направлялись к нам.

— Как они нас нашли? — сдавленно произнес Рафаэль.

Я взглянула на его залатанную броню.

— Я слышала, что есть наземные создания вроде акул, которые чуют кровь на очень далеком расстоянии. И может идти по ее следу.

— Прекрасно, — мрачно сказал Рафаэль. — Просто очаровательно.

Однако уже в следующее мгновение он, как истинный защитник, задвинул меня за спину. Скомандовал:

— Закрой глаза. И на этот раз по-настоящему!

— Да поняла я, поняла, — буркнула я.

Смежила веки так плотно, как только могла. Но даже через закрытые глаза сумела увидеть созданную Рафаэлем световую волну — столь ослепительно яркой она была. Уже через миг открыла глаза, ожидая увидеть ослепленных, мечущихся в панике тварей.

Вот только они продолжали как ни в чем не бывало ползти вперед.

— Не понял, — озадачился Рафаэль.

Не мешкая, призвал другие чары. Вот только они, еще недавно нейтрализующие одно создание за другим, в этот раз не причиняли им ровным счетом никакого вреда.

Кажется, я начинала догадываться, с чем мы имели дело.

— Это поглотители, — тихо сказала я. — Создания, на которые не действует та магия, которая уже была направлена на них.

Мы с родителями лишь один-единственный раз встречали подобных в своих странствиях по иным мирам. Те поглотители были иными — двухлапыми, прямоходящими, но принцип их магии, самой их сущности был тем же самым.

Бороться с ними было ой как непросто.

— Призови чары, которые еще не применял, — быстро сказала я.

— И без тебя знаю, — бросил Рафаэль.

Явно не любил, когда ему указывали. Ну а я не любила, когда меня терзают на части чьи-то когти и клыки! И хотела бы это предотвратить всеми возможными способами.

Не сговариваясь, мы встали спина к спине — так проще было отслеживать движения тварей, постепенно и неумолимо окружающих нас. Потому я не видела, какую магию использовал Рафаэль. Сама же я снова призвала воздушную волну, потому что в прошлый раз использовала ее лишь на одной-единственной твари. Даже если она устоит, другие — нет.

Поначалу все шло вполне неплохо. Но в какой момент созданий вокруг нас стало слишком много. Чертыхнувшись, Рафаэль оттиснул меня к освободившемуся пятачку, на котором не было никого, кроме четырех мертвых существ. Кажется, их сразили призванным оружием.

Теперь Рафаэль полностью закрывал меня от тварей. А ведь знал, что я тоже могу за себя постоять! Впрочем, опутывать их призрачными сетями или посылать в их сторону сбивающие с ног вихри я могла и отсюда.

— Какая же ты упрямая, — возмутился Рафаэль, призывая сотканные из воздуха и света лезвия.

— Ты правда думал, что я буду покорно стоять за твоей спиной и ждать, пока ты меня защитишь? — фыркнула я.

Он пожал плечами.

— Вообще-то да.

Кажется, Эмбер избрала тактику истинной принцессы — хрупкой и нежной барышни, чья жизнь целиком и полностью находится в руках ее защитника.

Но я, к счастью, не Эмбер.

— У тебя нет ощущения, что этих сволочей с каждой минутой становится только больше? — спросила я, чуть запыхавшись от особенно сложного заклинания, поразившего сразу трех созданий.

— Есть такое. Но если этих тварей привлекает кровь…

— Значит, уничтожая их, мы привлекаем их сородичей.

Прекрасно. Просто очаровательно, как заметил недавно Рафаэль.

А потом мне стало вовсе не до смеха. Потому что твари продолжали теснить нас к скале, а мы были вынуждены, отступая, обороняться из последних сил. Потому что магия в нас обоих начала иссякать. Уже и Рафаэль ошибался, и через раз не попадал по тварям. Уже и мои слабые человеческие ноги начинали подкашиваться и слабеть.

И я вдруг отчетливо поняла… Мы не просто проигрываем бой. Мы в шаге от смерти.

То же, вероятно, понял и Рафаэль.

— Беги, — хрипло сказал он. — Я их отвлеку. Смой кровь, если тебе тоже досталось и найди какую-нибудь пещеру. Дождись наших.

Ответить хотелось не самыми цензурными словами, но от решительного тона и