Анастасия, боярыня Воеводина - Елена Милютина Страница 22

— Я же тебя защитить хотел!

— Хотели, но обидели. Сочли, что от меня муж отвернуться может, на другую глаз положить. Так вот, не бывать этому. Ведьма я, или не ведьма!

— Ну, простите, простите меня оба! Только подниматься вам пора. Михаил обоих к себе зовет, разговор у него к тебе, Миша, а тебя, Анна просит отца проверить, не навредили ли ему в плену! Так что собирайтесь, перекусите чем-нибудь, и поедем в Кремль.

Михаил встретил побратима восторженно.

— Миша! Ты опять меня выручил! Заставил поляков отца обменять!

— Стараюсь быть полезным, великий государь! — скромно поклонился Михаил тезке.

— Не обижай, какой я тебе великий государь, брат мой названный! Или уже другом не считаешь?

— Другом был, другом и остаюсь, только помню, что нельзя нашу дружбу так явно всем показывать, а то снова завистники найдутся. Осторожнее надо быть. Хотя бы внешне.

— Понял. Внешне, да. Пойдем, поговорим без свидетелей! И хочу тебя попросить, разреши Анне отца посмотреть, не навредили ли ему чем-то поляки!

— Хотели, не успели. Поэтому и пришлось срочно заставить их обмен совершить! Наверное, до конца и не поняли, почему вдруг тянули, тянули, да вдруг согласились! Но, честно скажу, больше такое внушение, наверное, использовать не смогу. Слишком много сил берет. Так что, если захочешь, что бы какая-то королевна выйти за тебя замуж вдруг захотела, то я не возьмусь, только если ты в нее без памяти влюбишься!

— Мне влюбиться, видимо, не судьба. Ничего хорошего из этого не выходит. Но отец приехал, он, я надеюсь, порядок наведет! Я ему уже пожаловался на историю с невестой, обещал разобраться!

— «Разберется! — подумал Михаил, — кто тебе плохую копию моей Анны подсунул!»

— Ладно, с невестами я сам разберусь, надо с тобой разобраться. Отец вчера выговор устроил. Говорит, дал Михаилу княжеский титул, а землями не наделил! Подворье, что они на Москве отстроили на землях Воеводиных стоит, значит, по твоему же указу Воеводиной отойдет, дочери. Негоже князю то у отца, то у дочери в приживалах жить! Вот я подумал, с людьми знающими уезды в России посоветовался, и придумал, что бы и дело тебе дать по душе, и что бы силы не напрягал, и нужным себя чувствовал! Смотри на карту. Вот твой знакомый Михайлов. К западу от него, в 50 верстах, или чуть менее, деревенька, Бобрики, на одноименной реке стоит. Бобров, говорят, там много. Бобрик в Дон впадает, который из ключа чуть к северу начало берет. Земли там черные, государственные. Так что все вокруг этой деревни на 40 верст, твое будет. На западе, почти до Тулы, на востоке, почти до Михайлова, на юге — до реки Непрядва, за ней поле Куликово, где татар в первый раз разбили. Ну и на север, тоже 40 верст. Но не такое уж спокойное житье в этих местах, не думай, что я тебя в теплое болотце отправил на беззаботную жизнь. Муравский тракт там проходит, как раз через Епифань. Так что и ногайцы и татары заглядывают. Поэтому я указ подписываю, что бы ты мог в Туле припасы и оружие, какое нужно получать вне очереди и записывать на казенный счет. Я с туляками сам рассчитаюсь. И вот что еще. Укрепишь свое имение, как пожелаешь. Хоть каменные стены, хоть деревянные, какие хочешь, возводи и в Бобриках, и в Епифани. И, заодно проверишь, что бы города, Сагайдачным разоренные восстанавливали быстро. И Даньков, и Елец, и твою любимую Лебедянь! А то, после предательства воеводы народ оттуда разбежался, возвращаться не хочет на пепелище, не верит! Отец оговорился, что хочет в Лебедяни, в окрестностях монастырь основать, в честь Небесного знамения, жителям в год моей коронации посланного! — Михаил с усмешкой посмотрел на Мишу. — Так что наделяю я тебя властью над всеми крепостями в округе. Можно сказать, смотрителем. С правом воевод смещать, если не годны, или воруют, на твое усмотрение. Только особо не усердствуй. Объездил округу раза два в год, и хватит. А то знаю я тебя! Прознают про тебя люди, что особа с властью рядом проживает, сами потянуться, не в Москву ехать, близко, так что вести сами принесут. Да и воеводы, зная, что персона, доверием царя облеченная близко, примерно вести себя будут. Так что первая твоя задача — имение свое отстроить. Укрепить, и семьей заниматься. Угодья там привольные, и степь, и леса, и поля. Почва плодородная. А за север не беспокойся. Пошлю дьяка с указом, да дружиною, посетит все владения Аннушки, родичей жадных отгонит. Деньги собирать с народа в твой карман станет. И за Устюжным присмотрит! Окрепнешь окончательно, пару раз летом съездишь, явишь лицо свое, Рыбежку проведаешь, и ладно будет. А стройся основательно, не жмись, там охота хорошая, я к тебе охотиться наезжать буду, учти! И на Москве, забирай вымороченное имение Скопиных-Шуйских. Шуйским наследникам я его не отдам, особенно, потому, что слухи ходят, что воеводу Скопина, Дмитрий Шуйский, брат царя отравил. Доказательств нет, но есть подозрение, что он, из зависти. Будь воевода жив, может быть и смута быстро закончилась. Его и шведы уважали, и поляки боялись. И династии старой он родственник был. Ближе, чем мы! Так что строй на Москве свое подворье! Что молчишь?

— Осмысливаю. Спасибо! Вроде и при своем, и с другой стороны Москву опять защищаю. Выстроится линия городков укрепленных, да вооруженных, и побоятся Ногайцы, да Крымчаки набеги устраивать! Да и казачки присмиреют!

— Казачкам сейчас не до нас. Они с польским королем разругались, он их прижимать стал. Под мою руку просятся. Я пока в отказ иду, у самих разруха. Вот, силы соберем, и, казачками православными прикроясь, начнем у Польши наши города забирать, да их Владислава укорачивать, а то он до сих пор себя царем именует, нехристь!

— Правильно мыслишь, круто! Но наследник тебе нужен, Миша, что бы снова смута не замутилась.

— Папенька уже озаботился. Литовскую княжну присмотрел. Но я отказался, категорически. На бывшей врагине жениться! Увольте! Нам одной полячки хватило. Наелись. До сих пор сыты! И народ не поймет. Ты слушай, будет тебя уговаривать в Европу сватом ехать, не соглашайся!

— И не подумаю! Нельзя мне в Европу. Там сейчас заварушка началась, туда Густав-Адольф обязательно влезет, а мне ему в лапы попадать нельзя! Помню, что он обещал с виновником конфузии под Псковом сделать. Так что причина у меня не соглашаться веская!

— Вот и хорошо! Пойдем, узнаем, что осмотр Анны у отца выявил.