Развод с генералом. Без вины виноватая - Кристина Юрьевна Юраш Страница 21

Ассер повернулся к дворецкому.

— Где сейчас личная горничная моей жены? — спросил он.

Дворецкий опустил глаза.

— Мари покинула поместье в день исчезновения госпожи Вельтер, ваша светлость, — сообщил он. — Ваш покойный отец сказал, что госпожа сама рассчитала её.

У меня онемели губы.

Коридор медленно накренился. Золотой свет ламп растянулся длинными полосами, лица передо мной поплыли, а пальцы заскользили по гладкому дереву.

— Я её не увольняла, — выговорила я, чувствуя, как исчезает голос. — Твой отец сказал, что у Мари заболела мать. Что она срочно уехала в деревню. Я передала через него деньги на лекаря.

Ассер ничего не ответил.

Он смотрел на меня, а я видела, как в его глазах снова появляется сомнение.

Сначала исчезли письма.

Потом из дома убрали женщину, которая могла подтвердить их существование.

И произошло это именно в тот день, когда меня одурманили и унесли из столовой.

Такое уже нельзя было назвать простым совпадением.

— Она должна была вернуться, — продолжила я, пытаясь вспомнить тот разговор. От напряжения заломило виски. — Герцог сказал, что болезнь несерьёзная. Что Мари понадобится несколько дней. Я ещё просила передать ей, чтобы она не торопилась и оставалась с матерью столько, сколько потребуется.

Голос сорвался.

Я отдала деньги человеку, который собирался меня убить. Просила его помочь женщине, от которой он уже решил избавиться. А он стоял передо мной, слушал и, наверное, представлял, как скоро в доме не останется ни одного человека, способного рассказать Ассеру правду.

— Найдите Мари, — приказал муж.

Дворецкий поднял голову.

— Ваша светлость? — переспросил он, словно не ожидал такого распоряжения.

Ассер медленно повернулся к нему.

В золотистых глазах появилось драконье пламя.

— Поднимите записи о расчётах, расспросите кучеров и выясните, куда она уехала, — распорядился генерал с пугающим спокойствием. — Мне нужна сама горничная. Живая, невредимая и способная отвечать на вопросы. Если придётся поднять на ноги все деревни в герцогстве, поднимите.

— Будет исполнено, ваша светлость, — ответил дворецкий, поспешно склоняя голову.

Однако уходить он не торопился.

Его пальцы, сцепленные за спиной, едва заметно дрожали. Взгляд снова метнулся к тёмному концу коридора.

— Что ещё? — спросил Ассер, заметив его замешательство.

— Сохранилась книга исходящей корреспонденции, ваша светлость, — сообщил дворецкий. — В неё вносили все письма, которые отправлялись из поместья.

У меня снова болезненно сжалось сердце.

Если Мари передавала письма старому герцогу, записи могли сохраниться. Даты. Количество конвертов. Возможно, даже имена курьеров.

Ассер тоже это понял.

Глава 39

Глава 39

— Принесите книгу, — приказал он.

Дворецкий невольно посмотрел на часы, стоявшие возле окна.

— Сейчас, ваша светлость? — осторожно уточнил он.

Ассер слегка наклонил голову.

— Вы видите на моем лице признаки человека, который намерен спокойно уснуть?

Уголок моих губ дёрнулся.

Ассер вообще плохо спал, если оставалось нерешённое дело. Мог среди ночи встать, уйти в кабинет и проверить цифру, которая внезапно показалась ему подозрительной. Однажды я проснулась в три часа и обнаружила мужа над счетами конюшни.

— Лошадь съела на два мешка овса больше положенного, — сообщил он.

— Арестуешь?

— Сначала допрошу.

Прежний Ассер сказал бы то же самое. Тем же убийственно серьёзным голосом, после которого несчастный офицер ещё несколько минут не мог понять, разрешили ему улыбнуться или уже приказали готовиться к казни.

Дворецкий оказался опытнее.

— Нет, ваша светлость, — поспешно ответил он. — Книгу немедленно принесут.

Он поклонился и направился к лестнице.

Когда дворецкий проходил мимо тёмного поворота, пламя настенной лампы вдруг прижалось к фитилю. По коридору снова прокатился ледяной холод. Слуга дёрнул плечом, словно кто-то наклонился к его уху, но не остановился и не обернулся.

Ассер проследил за ним взглядом.

Он тоже заметил.

Я не успела спросить, что именно муж увидел. Ассер дождался, пока шаги дворецкого стихнут на лестнице, а потом повернулся ко мне.

Его глаза сразу опустились к моим ногам.

Красное пятно на повязке стало шире. Кровь уже пропитала несколько слоёв бинта и теперь медленно стекала по внутренней стороне ступни. Одна горячая капля сорвалась с пятки и упала на светлый ковёр.

Ассер сжал челюсти.

— Вы собираетесь стоять здесь, пока доктору снова не придётся отдирать ткань от ваших ран? — спросил он, приближаясь.

— Я собираюсь дождаться книги, — ответила я, хотя от слабости уже темнело в глазах.

— Книгу принесут мне, — напомнил муж, останавливаясь напротив.

— Речь идёт о моих письмах.

— Именно поэтому я проверю записи сам.

— Чтобы потом сообщить, что там ничего нет и твой отец снова оказался прав? — спросила я, чувствуя, как надежда смешивается с обидой. — Нет. Я хочу увидеть книгу своими глазами.

Ассер несколько секунд смотрел на меня.

Между нами оставалось так мало пространства, что я чувствовала исходившее от него тепло. Видела, как тяжело поднимается грудь под чёрным мундиром. Его рука дёрнулась, словно он снова хотел подхватить меня, но муж заставил себя остановиться.

— Если записи подтвердят ваши слова, вы узнаете об этом первой, — пообещал он.

— А если не подтвердят? — спросила я, вглядываясь в его лицо.

Ассер опустил взгляд на моё обручальное кольцо. Тонкий золотой ободок блеснул в свете лампы.

— Тогда я всё равно найду Мари, — произнёс он после долгой паузы. — Потому что теперь хочу услышать, что скажет женщина, которую отец удалил из дома именно в день вашего исчезновения.

Сердце снова ударилось о рёбра.

На этот раз не от боли.

Ассер не поверил мне.

Глава 40

Глава 40

Но впервые начал искать доказательства не моей вины, а отцовской лжи.

Я вернулась в комнату, легла, но сон не приходил. Слишком много мыслей билось в голове. Шкатулка. Испуганное лицо Гаррета. Погасшая свеча. Ледяной холод, прошедший по кабинету. А теперь к этому прибавились письма.

Старик солгал. Я знала это. Оставалось понять почему.

За дверью послышались шаги. Я приподнялась на локтях. Шаги остановились где-то возле поворота галереи, а затем раздались приглушённые голоса. Я выскользнула из кровати, чтобы узнать, кто там ходит среди ночи, когда все приличные слуги должны спать.

Я прошла буквально десять шагов по мягкому ковру, как вдруг услышала отдышку.

— Я всё сказал, как он приказал, — прошептал Гаррет. Его голос дрожал так сильно, что я едва разбирала