Нежеланная жена дракона, или Император готовке не помеха! - Злата Тайна Страница 21

Затем появился Люсьен Дюваль. Он был безупречен, как всегда, одетый в тёмный бархатный кафтан, с идеальной причёской, но в его глазах читалось живое любопытство.

— Леди Амброзия, — поклонился он, окидывая взглядом зал. — Поздравляю. Вы творите чудеса. От былого мрака не осталось и следа.

— Это только начало, — улыбнулась я, чувствуя прилив гордости. — Прошу, располагайтесь.

И тут началось самое интересное. Я ринулась на кухню. Первое блюдо — суп-пюре из тыквы с имбирём. Вроде бы всё просто, но в новой печи огонь оказался капризнее дворцового интригана. Пока я пыталась его укротить, Изабелла парила у меня за спиной.

— Дорогая, эта тарелка стоит криво! Представьте, если бы герцог Лионель увидел такое! В его время за это могли вызвать на дуэль!

— Герцог Лионель, если он тут появится, получит моим поварским ножом по шлему! — огрызнулась я, спасая суп от подгорания.

Лео, пытаясь помочь, пронёс хлеб через стол Громара. Тот, не ожидая такого, инстинктивно потянулся к булке и, схватив воздух, смущённо откашлялся.

Аристарх же, решив, что его обязанность — следить за порядком, устроился в углу и с таким суровым видом смотрел на Люсьена, что тот, обычно невозмутимый, пару раз нервно поправил воротник.

Но когда основное блюдо — томлёная баранина с корнеплодами и розмарином — было подано, все мелкие неурядицы забылись. В зале повисла блаженная тишина, нарушаемая лишь звуками столовых приборов и одобрительным чавканьем Громара.

— Амброзия, — сказал он, вытирая рот рукавом. — Это… это даже лучше того рагу. Из баранины такое сделать… Я в восхищении.

— Изысканно, — поддержал Люсьен, и в его глазах я увидела не просто вежливость, а искреннее удовольствие. — Баланс специй идеален. Вы действительно знаете толк в своём деле, леди Амброзия.

Ингрид же просто сидела с сияющими глазами и доедала всё до последней крошки. Это был лучший комплимент.

Воодушевлённая успехом, я решила, что пора запускать «пиар-кампанию». Мои призраки с энтузиазмом взялись за дело.

Лео днями напролёт пропадал на рынке. Вскоре пошли слухи: «Слышали о „Гнезде Дракона“? Говорят, там такой бульон варят, что мёртвые встают из могил… чтобы попросить добавки!».

Леди Изабелла, в свою очередь, взяла на себя аристократический сегмент. Она являлась в виде лёгкого, благоухающего фиалками тумана скучающим дамам в будуарах и томно вздыхала: «Ах, если бы Вы попробовали их засахаренные фиалки… Это вернуло бы Вам шестнадцать весен!».

Аристарх отвечал за «чёрный пиар». Ночью он гремел доспехами на улице, но, когда самые отчаянные горожане решались заглянуть в замочную скважину, они видели уютный зал с тлеющим в камине огнём и чувствовали дразнящий аромат свежей выпечки, который я специально оставляла. Контраст работал безупречно.

Идиллию нарушила Ингрид, влетевшая в «Гнездо» с лицом белее моего свадебного платья.

— Леди Ортан! Его Величество! Он в ваших покоях! Спрашивает Вас!

Ледяные мурашки пробежали по спине. Даррион… Чёрт бы его побрал!

— Всем оставаться на своих местах! — скомандовала я. — Мне нужно отлучиться.

В считанные секунды пришлось собираться и бежать обратно во дворец. Я сорвала с себя запачканный мукой фартук, сунула его Лео и бросилась вслед за Ингрид. Мы спешили, как только могли. Я на ходу вытерла лицо, попыталась пригладить волосы и с силой втирала в руки духи с цветочным ароматом, чтобы перебить запах чеснока и тимьяна. На полном ходу я не заметила, как Пепсомар забрался ко мне под юбку и теперь сидел там, пытаясь удержаться в бешеном темпе бега.

— Ингрид, что ты сказала Его Величеству?

— Что Вам нездоровится и что Вы в ванной комнате.

— Умница, Ингрид! Значит, проберёмся в покои через ход для слуг в ванной.

Когда я, делая вид, что еле держусь на ногах (что после такой пробежки было недалеко от правды), вышла в свои покои из ванной, Даррион стоял у окна. Он медленно обернулся. Его золотые глаза, как радары, просканировали меня с ног до головы.

— Леди Ортан, — его голос был ровным, но в воздухе запахло грозой. — Вы… странно выглядите для умирающей. Покрасневшее лицо и запах… духов? Вы словно марафон пытались пробежать.

— Я… стараюсь чаще подниматься с постели, Ваше Величество, — просипела я, изображая слабость. — Прогулялась сегодня по саду… свежим воздухом вот подышала. А эти лестницы… Совсем запыхалась по ним ходить…

— По саду? — он сделал шаг вперёд, перебив меня. — Интересно. Потому что от Вас пахнет не цветами, а… дымом. И чем-то жареным.

Моё сердце упало куда-то в ботинки. Пепсомар под юбкой беспокойно заворочался.

— Это… камин, — отчаянно выдумала я. — Я велела его растопить, мне было холодно.

Он смотрел на меня ещё несколько невыносимых секунд, его взгляд был таким тяжёлым, что я чувствовала его физически. Он будто опутывал меня в свои золотые цепи, а я ничего не могла с этим поделать.

— Смотрите, леди Ортан, — наконец произнёс он тихо. — Чтобы Ваше «выздоровление» не стало причиной новых… недоразумений.

И, развернувшись, мужчина вышел. Дверь закрылась с тихим, но угрожающим щелчком.

Я прислонилась к стене, дрожа от напряжения и адреналина. Пепсомар вылез из-под юбки и с облегчением чихнул, выпустив облачко дыма с явными нотами паники.

Это было слишком близко. Слишком опасно. Но и слишком поздно отступать. Генеральная репетиция выявила все слабые места, но показала и главное: наша идея работает. Людям нравится наша еда. Слухи уже поползли.

«Гнездо Дракона» было готово к открытию. И чёрт бы побрал всех драконов, которые пытались этому помешать.

Глава 18

Утро дня открытия моей таверны началось не с тревоги, а с сосредоточенного спокойствия. Сегодня не было места панике. Сегодня был день, когда мечта должна стать реальностью. Я стояла в центре зала «Гнезда Дракона» и медленно поворачивалась, окидывая взглядом всё, что мы с командой создали своими руками.

Стены, затянутые тканью, поглощали шум и создавали уют. Грубые дубовые столы, купленные на деньги от продажи броши, стояли ровными рядами, а на них — глиняные кружки и простые, но добротные приборы. В камине, который мы с Аристархом так тщательно чистили, уже лежали подготовленные дрова. Над входом висела завешенная холстом вывеска — сюрприз для первого дня.

— Ну что, команда,