Поворот судьбы - Джеймин Ив Страница 20

Он произнес это без своего обычного гнева, и я позволила себе насладиться его глубоким, хрипловатым голосом. Голосом, который мне очень нравился, когда он не использовал его как оружие, чтобы меня уничтожить.

— Мне жаль…

— Не извиняйся, — рявкнул Хантер. — Ты не сделала ничего плохого, и никто из нас не считает хоккей важнее нашей стаи.

Финли вздохнул, и меня окатило порывом вишнево-ванильного запаха, но он не стал поправлять Хантера. Мы все прекрасно знали, каковы его приоритеты. Я не была даже на втором месте после хоккея. Меня вообще не было в списке.

Волчья энергия Келлана усилилась, когда он потянулся, отстегнул мой ремень безопасности, стащил меня с сиденья и усадил к себе на колени. Мое сердце на миг подскочило к горлу, но успокоилось, когда я погрузилась в его крепкую грудь и бедра. Я мгновенно так расслабилась, что могла бы вздремнуть… Было так хорошо быть рядом с ним.

Хантер внимательно посмотрел на Келлана. Я бы забеспокоилась, что он отвлекается от довольно оживленной улицы, но уже видела, как он так делает. У нашего самоуверенного лидера, видимо, были глаза на затылке, потому что он никогда ни во что не врезался, даже отвлекшись.

— Что я говорил насчет того, чтобы пускать слюни на Эмми?..

Келлан, как обычно, не обиделся.

— Во-первых, кто бы говорил, братан. Кто тут включил альфа-волка, когда на нее напал Джонс? Я даже ее милых веснушек не мог разглядеть за всеми синяками и метками, что ты оставил на ее коже. А во-вторых, я не пускаю на нее слюни. Я ее обожаю. Я чертовски одержим ею и никогда не перестану это показывать. Ей придется сначала убить меня, и даже если она так решит, я все равно останусь при своей одержимости.

Я что, только что растаяла и превратилась в лужицу? Меня никогда не обожали. Мной не были одержимы. Меня не… любили. Ни единой минуты в жизни, пока я не встретила этих альф. Я понятия не имела, что делать с этим переизбытком эмоций, который обжигал меня изнутри и жег глаза.

Плакать в тесном пространстве с альфами было не лучшей идеей, поэтому я направила этот всплеск чувств в единственное доступное русло: повернулась на его коленях и прижалась губами к губам Келлана.

Он издал низкий стон, вырвавшийся из глубины груди, а затем из его легких вырвался вздох, словно он был так ошеломлен, что даже забыл дышать. Его рот медленно, идеально приоткрылся, и меня затянуло в поцелуй. В нем не было торопливого отчаяния, которое я ощущала в других поцелуях с альфами. Это было медленное поглощение. Таинство, в котором меня окружала не только сладость его вкуса, но и трепет его энергии.

Это наши волки соединялись на духовном уровне.

Пальцы Келлана впились в мои бедра, когда он развернул меня так, что я оседлала его на сиденье. Он сутулился, чтобы дать нам больше места, и я едва сдержала стон, качнувшись на нем.

В моей жизни секс был раз шесть. С людьми. Он всегда был совершенно незапоминающимся, и в конце концов я решила, что мой дешевенький вибратор куда лучше, и перестала даже пытаться.

Однако ощущение Келлана между моих бедер недвусмысленно говорило мне, что все, что я испытывала в мире людей, и рядом не стояло с тем, что значит быть с оборотнем. С альфой. С моим альфой.

К несчастью, сегодня я не просто обильно истекала кровью — мы к тому же ехали в машине с остальными членами нашей стаи. Два этих факта мгновенно погасили мое возбуждение, и я, ахнув, попыталась отпрянуть.

Келлан провел рукой вверх по моему позвоночнику и запустил пальцы в волосы, крепко сжав их у основания черепа. Тянущее ощущение у корней волос отозвалось другим, гораздо, гораздо ниже.

— Это естественно, красавица, — прошептал он мне в губы, и на одно безумное мгновение я подумала, что он говорит о сексе на глазах у всей стаи. — Никого из нас не отталкивает кровь.

Богиня оборотней, я снова была на грани самовозгорания.

Когда с моих губ сорвался стон, я отстранилась, чтобы перевести дух, и совершенно случайно встретилась взглядом с Финли, который сидел прямо за креслом Келлана.

Оборотень-медведь выглядел напряженным и чувствовал себя не в своей тарелке, но на этот раз виски в его глазах было светлым и ярким, а густые ресницы обрамляли их красоту, пока он сверлил меня взглядом.

На первый взгляд я бы сказала, что на его лице застыло отвращение, но, заметив, как слегка раздулись его ноздри, и почувствовав, что его вишнево-ванильный аромат стал гуще, мне пришлось пересмотреть свое мнение.

Казалось, будто ему больно.

Мы не отрывали друг от друга взглядов, пока он не прорычал по-медвежьи:

— Гоните в чертов аэропорт. Мне не нужно видеть это дерьмо прямо перед собой.

Келлан уткнулся лицом в мою грудь и тихо рассмеялся.

— Оставь зеленый цвет Слэйду, Фин. Тебе он не идет.

Слэйд что-то буркнул с переднего сиденья, и хотя он не обернулся, чтобы я могла увидеть его реакцию, казалось, что с каждой секундой в салоне становилось все жарче.

Почему вдруг стало так трудно дышать? Хантер что, выключил кондиционер?

Я нажала на кнопку, чтобы опустить стекло, отчаянно желая глотнуть прохладного осеннего воздуха и хоть немного сбежать от этой пульсирующей, словно у нее было собственное сердце, напряженности.

Снова воцарилась тишина. Келлан, казалось, не волновался — он рассеянно поглаживал меня по боку, и этот успокаивающий ритм замедлял мой пульс. Этот оборотень с самого начала говорил, что полностью предан мне, и в какой-то момент… я начала чувствовать к нему то же самое. Словно я не могла существовать без него в своей жизни.

Было ужасно осознавать, что мое счастье и будущее связаны с этими четырьмя альфами, особенно учитывая, что связь была для нас неизбежным финалом. Мне нужно было рассказать им правду, чтобы мы могли бороться с этим вместе. Я устала в одиночку сражаться с судьбой.

Я чуть не проболталась там, на поляне, и, возможно, именно эта тема нам сейчас и была нужна, чтобы заполнить неловкую тишину. С их помощью я, может, даже смогу осилить книги об омегах от Челси. Она была единственной другой омегой в Голден-Кло, и ее справочники так и лежали нетронутой стопкой в углу моей комнаты.

— Я хочу рассказать вам всем, что случилось с моей мамой, — выпалила я, прежде чем успела