Маша и фамильяры - Татьяна Berd Страница 20

— Ваши ищейки надеются на магию, — пожала плечами Маша. — К тому же, у меня свежий взгляд.

— Может, Кайла права? — вмешался Фентиш. — Может, мне стоит предстать перед Алтимаром?

— Нет, — резко запротестовала кобра. — Реакция короля может быть непредсказуемой.

Маша в упор посмотрела на змею. Предложение кота было благоразумным на первый взгляд. Но судя по реакции Кайлы не очень верным. Но об этом девушка спросит у кобры позже, наедине.

— Тогда нам троим надо взяться за это дело, — беспечно пожала плечами Маша. — Тем более у меня есть одна особенность.

— И недостаток, — буркнул фамильяр Лайретты.

— Давайте поговорим об этом завтра, — зевнула девушка. — Заодно обдумаем план действий.

Кобра улыбнулась и, с жалостью посмотрев на Машу, сокрушенно покачала головой.

— Уже глубокая ночь, — виновато проговорила она. — Ты завтра не выспишься. Позволь, я тебе помогу.

— Если получится, — неопределенно скривилась Маша.

Змея хмыкнула и, приблизившись к девушке, осторожно дунула на нее.

— Ммм, — шутливо протянула Маша, — пахнет малиной.

— И что это значит? — хмуро поинтересовалась кобра, обращаясь к Фентишу.

— То, что она невосприимчива к магии, — хмыкнул кот. — Это ее плюс. А минус... Она для любого фамильяра открыта.

— Знаешь, а твоя идея начать расследовать трагедию Лайретты уже не кажется мне такой уж плохой, — задумчиво произнесла Кайла, довольно глядя на девушку. — Твой минус не такой уж страшный. Мы с Фентишем тебя закроем... Но об этом завтра.

И пожелав им спокойной ночи, кобра исчезла. Маша устало взглянула на кота, протянула ему банку с мазью для спины и поинтересовалась:

— Намажешь?

Фентиш шутливо фыркнул и согласно кивнул.

Глава 11. Приглашение на бал

На завтрак Маша явилась в новом наряде от Салины. Модистка пришла к ней раньше горничной. Разбудив девушку стуком в дверь, не дожидаясь приглашения, Салина бесцеремонно вошла в комнату и, иронично глядя на сонную Машу, с улыбкой произнесла:

— Прости, дорогая, за столь раннее вторжение, но я просто не могла утерпеть.

С этими словами модистка положила у ног заспанной девушки брючный костюм из легкой ткани оливкового цвета. Маша, которая только-только продрала глаза, никак не могла понять, кто стоит перед ней и чего хочет. Наконец, проснувшись окончательно, девушка удивленно взглянула на модистку.

— Нечего на меня так таращиться, — непринужденно махнула та рукой. — Ты в своем неглиже уже сто лет ходишь. Даже для меня такое неприлично.

— Спасибо, конечно, — Маша поднялась и осторожно потрогала костюм: — Но почему в такую рань?

— Рань? — Салина насмешливо подняла бровь. — Дорогуша, у тебя завтрак с королем через сорок минут. Ты так застращала свою горничную, что она боится тебя будить. Пришлось мне это сделать. Тем более я не с пустыми руками, — она помахала руками, призывая девушку торопиться. — Давай, хватит разглядывать наряд. Его пора примерить. Ах да, — модистка покопалась в своей сумке, стоящей на полу возле ее ног, достала оттуда небольшой сверток и протянула Маше: — Вот это тоже примерь. Надеюсь, оно тебе понравится.

Девушка развернула сверток и ахнула. Внутри оказался комплект нижнего белья. Белоснежный кружевной лиф, расшитый золоченой ниткой, со вставленными поддерживающими косточками и застежкой на крючках, походил на тот, что был у Маши, только ткань была очень мягкой и приятной. Нижняя часть белья узором повторяла лиф. Единственное, что девушке не очень понравилось — трусики в форме коротких шорт. Но примерив их в ванной после того, как приняла душ, Маша буквально влюбилась в них. Белье нигде не давило и не терло. Оно было невесомым и абсолютно не ощущалось на теле.

Выбежав из ванной комнаты, девушка довольно покрутилась перед модисткой и кинулась ее обнимать.

— Вижу, что угодила, — удовлетворенно покивала Салина. — За образец я взяла твое белье, но, прости, твои трусики, — она немного скривилась и почему-то прошептала: — В них же невозможно ходить. Одни ниточки.

— Это дело привычки, Салина, — спокойно пожала плечами Маша, взялась за брюки и осторожно надела. Зажмурившись, девушка промурлыкала: — Какие они классные!!!

— Надеюсь, это похвала? — шутливо хмыкнула модистка.

— Еще какая, — девушка покружилась по комнате. — Мне очень нравится, что они широкие. И этот цвет...

Маша взяла рубашку, аккуратно расстегнула пуговицы и, стараясь действовать осторожно, просунула руку в один рукав, затем во второй. Она задумчиво посмотрела в зеркало на свое отражение, немного отошла, застегнула пуговицы только посередине рубашки. Перед она заправила в брюки, а спинку оставила свисать свободной.

— Ну как? — поинтересовалась Маша у модистки.

— Так даже лучше, — одобрительно покивала Салина. — Я думала, ты будешь ее заправлять. Но так... Так мне нравится больше.

— Единственное, — произнесла девушка, виновато смотря на модистку, — по мне слишком широкие и длинноватые рукава. Я бы вообще их убрала.

— Слишком большой вырез, — покрутила головой Салина. — Белье будет видно. Их можно сделать по-другому.

Она достала из сумки ножницы и подошла к Маше. Пока девушка ошарашенно следила за действиями модистки, та аккуратно вырезала посередине рукава небольшой овал. Внимательно оглядев вырез, Салина довольно кивнула и сделала то же самое со вторым. Убрав ножницы обратно в сумку, она достала иглу и нить.

— Снимай! — скомандовала модистка.

Маша, настороженно смотря на нее, молча подчинилась. Она сняла рубашку и отдала ее Салине. Та, присев на кровать и прикусив язык, принялась мастерить. Девушка как завороженная следила за Салиной. Она ожидала, что модистка сейчас вставит нить в иголку и начнет шить, но нет. Игла ожила. Нить просунулась в ушко сама, и под нашептывание Салины игла словно заплясала, выводя ровные стежки.

— Вот это да! — восхищенно протянула девушка, когда иголка, закончив работу и дождавшись, когда нить вытащится из ушка, легла на руку Салины.

— А ты думала, — самодовольно улыбнулась модистка, не поняв, что восхищение девушки вызвало не только ее умение шить, но и пляшущая игла.

— Нет, я в тебе не сомневалась, — рассмеялась Маша. — Но не ожидала такой оперативности.

— Ты меня еще плохо знаешь, — довольно поиграла бровями Салина. — Обещаю, сегодня