Десять причин никогда не быть с тобой - Мира Ризман Страница 20

— Джэйн, разговаривать в подобном тоне с мастером неприлично! — решил урезонить её мастер Травник, но Слайнор равнодушно отмахнулся.

— Не пытайся переделать Редиан, Асмик. Пусть дерзит, раз ничему другому больше не научена!

Джэйн едва не задохнулась от подобного нахальства, но тут Слайнор коснулся её ноги, и боль буквально прошила тело насквозь.

— А ты был прав, Асмик, дело дрянь, — всё так же невозмутимо продолжил он. — Похоже, наша маленькая бука приглянулась умершей, и та решила возложить на неё заботу о своём потомстве. — А затем, пронзив Джэйн взглядом, насмешливо добавил: — На будущее, эйс Редиан, не советую так сильно злиться рядом с тёмными тварями, если не хотите последствий!

— И что же теперь делать? — В голосе Травника звучало нешуточное беспокойство. — Метка — это ведь, как проклятое клеймо!

— Доверим выбор эйс Редиан, — ответил Слайнор и вновь посмотрел на Джэйн. — На вас тёмная метка, и вам решать, как быть: подчиниться ей и выполнить волю умершей матери, позаботившись о маленьком сироте, или же забрать его жизнь.

Джэйн инстинктивно поняла, что это проверка, вот только ей было невдомёк, какой ответ будет правильным. Однако, рассудив, что раз мастер унёс слепыша с собой, то, вероятно, тот всё ещё находится под его опекой, а, значит, надумай она понянчиться с маленьким монстром, ей, вероятно, придётся какое-то время видеться с мастером Слайнором. Вот только нужно ли ей это? Джэйн невольно скосила взгляд на красивого мастера, и внутри закрутилось негодование. Этот мужчина очаровывал и раздражал одновременно, и именно это противоречивое чувство заставило её сделать свой выбор.

— Я готова о нём позаботиться, — запальчиво произнесла она

«В конце концов, это же не сложнее, чем выходить щенка?» — подумала Джэйн, вспоминая, как сынок пекаря постоянно возился с котятами, цыплятами и прочими зверёнышами, которых порой подкидывали у придорожной гостиницы.

— Даже если придётся кормить его собственной кровью? — Одна из бровей Слайнора поднялась и, сильно изогнувшись, надломилась.

— Какая разница! — беспечно отмахнулась Джэйн, но, заметив, как тихо стало на кухне, озадаченно переспросила: — Я опять сказала что-то не так?

— Разумеется, — хмыкнул Слайнор, а его глаза резко потемнели, словно небо перед штормом. — Тёмные твари под запретом в Волшебном городе, и правильнее было бы избавиться и от последней.

— Тогда почему вы не оставили его умирать в теле матери? — тут же вспылила Джэйн. — Если бы вы не вздумали его спасать, меня бы никто не ужалил!

— Джэйн! — вновь одёрнул её мастер Травник. — Твои слова неуважительны! Нельзя просто так обвинять мастера, если ты плохо в чём-то разбираешься!

Однако Джэйн не стушевалась, а, напротив, лишь ещё сильнее завелась:

— Тогда, может быть, мне кто-нибудь объяснит, что не так? Если это проверка, то разве мой выбор не доказывает то, что я не безжалостная злодейка? Или вы хотели узнать, насколько я принципиальна? Уж не знаю, как у вас правильно, но лично я считаю, что никакие принципы не должны быть выше чужой жизни!

На долгую минуту в кухне воцарилась мёртвая тишина. Обитатели Зелёного дома шокировано взирали на Джэйн и, по всей видимости, утеряли дар речи. И только мастер Слайнор, как всегда, остался невозмутим.

— Как видишь, всё не так плохо. — С ухмылкой, искривившей его идеальные резные губы, повернулся он к мастеру Травнику. — Тьма не коснулась сердца, да и сама наследница знаменитого рода не совсем безнадёжна, так что, если контролировать процесс, можно обойтись и без последствий.

— Очень на это надеюсь, — напряжённо вздохнув, произнёс Шамидж.

— И мне потребуется помощь вас двоих. — Слайнор покосился в сторону мальчишек. — Приведите завтра утром эйс Редиан к моему дому. А теперь проваливайте, чтобы не смущать вашу капризную подружку. Я собираюсь пустить ей кровь, и, надеюсь… — Теперь его слова он были обращены к Джэйн. — … она не станет забывать о своих словах и будет приходить до тех пор, пока у её подопечного не прорежутся глазки и тот не научится ходить, иначе любая часть её тела снова станет такой же!

Потом был резкий укол, от которого она громко вскрикнула, но затем раненая нога будто бы потеряла всякую чувствительность. Во всяком случае, Джэйн вообще ничего не ощущала, пока из неё выливалась густая, вязкая, похожая на смолу кровь. Слайнор подставил какой-то флакон, и тот наполнился до краёв, прежде чем всё прекратилось. На Джэйн после странной экзекуции накатила страшная усталость. Она буквально готова была уснуть на кресле, но заботливые Дик и Аслан, дождавшиеся ухода Слайнора, отнесли её в кровать. Джэйн заснула в тот же миг, когда голова коснулась подушки, и больше никакие странные сновидения её не тревожили.

Причина третья. Принципиальность. Маркус

Двадцать три года назад

Маркус:

Джелита была неумолима и воистину беспощадна. За месяц, что Маркус провёл в Замке Любви, он сильно похудел, от постоянного недосыпа под глазами залегли тяжёлые тени. Раньше полуночи мастер не заканчивала, при том, что начинались занятия с рассветом. Из-за долгой дороги Маркусу приходилось спать от силы часа два, и это быстро его вымотало. Обед ему тоже не полагался: Джелита принципиально не желала его видеть за своим столом. По её словам, Маркусу следовало больше тренироваться, а не отвлекаться на всякие мелочи. В итоге он питался тем, что успевал стащить во время обеда Асмик. И надо признаться, удавалось принести ему крайне немного: кусочек хлеба, ломтик сыра или румяное яблоко.

— Мне точно нужно это терпеть? — под конец месяца не выдержал Маркус. Он пожаловался Саларс, пока варил свой скромный ночной ужин. По кухне витали приятные ароматы, а в небольшом котелке плавали мелко нарезанные овощи. Желудок стонал, требуя немедленно наполнить его, но Маркус сдерживал этот порыв. Неспешно помешивая свой питательный суп, он подкидывал в него полезные травы и специи, позволяющие продлить ощущение сытости. — Я не научился ничему, что мне действительно могло бы пригодиться. Чтобы отгонять водных тварей достаточно знать всего десяток заклинаний!

«С такими выводами торчать тебе у Редианов ещё целый месяц!» — насмешливо заметила Саларс.

— Почему⁈ —