Кровь и любовь - Анна Ривн Страница 20

и вставил в замочную скважину. Раздался легкий щелчок, после чего, толкнув дверь вперед, мы зажгли факел и стали спускаться. Брат шел впереди меня по круглой каменной лестнице, временами останавливаясь и прислушиваясь к шорохам разносившимся снизу. Наш замок был огромным и наверно единственным, в подвалах которого был естественный природный водопад, стекающий с горной породы стены. Пройдя эту стену, от которой веяло прохладой мы подошли к двери, за которой были слышны стоны и шепот. Посмотрев с братом, друг другу в глаза, мы затушили факел и потихоньку стали открывать дверь на себя, хорошо, что петли были смазаны, иначе сразу бы обнаружили себя и никогда не узнали бы правду. В комнате от камина шел свет и тепло. К нам спиной стоял мужчина и что-то мешал в чаше стоящей на столе. В клетках лежали разные животные от лисицы до медведя, не то мертвые, не то в глубоком сне. Не спал только волк, который все это время смотрел на стену с левой стороны. В его глазах читался голод, и они неестественно святились в темноте. Дариан издал всхлип и толкнул меня под ребро локтем, тем самым привлекая мое внимание. Я посмотрел туда, куда он показывал и увидел ЕЕ. Маленькую, замученную, когда-то красивую и молодую женщину. МАМА. Не знаю, почему и как, но я понял это…. ОНА, так говорило мне сердце. Прикованная цепью к стене, как какой-то дикий и опасный зверь, она сидела на полу и по ее щекам текли грязные слезы, так как все лицо было грязным от пыли и крови, а волосы были похожи на засохшие куски грязи. Мамочка, что же он сделал с тобой? Как он мог? Во мне кипела ярость и боль. Дариан беззвучно стоял рядом и плакал, видимо он тоже признал в ней свою мать. Она резко дернула головой, как от удара и посмотрела на дверь, за которой мы стояли. Наши глаза встретились и меня, словно, ударило молнией. Они были, как у волка, желтые с черным зрачком в центре. Поистине жуткое зрелище. Наверно поняв, что пугает нас, она несколько раз моргнула, и мы увидели светло серые человеческие глаза, в которых читалась радость от встречи, нежность и любовь. Слезы снова полились из ее глаз, но уже не от боли, а от счастья. Мама немного приподнялась и протянула к нам руки, желая обнять и прижать к своей груди. Дариан не выдержал первым и, не обращая внимание на мужчину, бросился к ней в объятья. Брат уже вовсю целовал ее грязное и мокрое лицо, гладил спутанные волосы, при этом, не прекращая шептать: «Мамочка, где же ты была?….Мы так скучали…ждали, что ты придешь. Мамочка… хорошая… родная…». Спустя пару секунд, я почувствовал, что что-то не так и мое сердце пропустило удар, заставив ноги, прирасти к месту от страха. Медленно повернул голову и натолкнулся на холодный и недовольный взгляд отца. По спине прошел озноб, а в горле пересохло.

— И что вы тут забыли малолетние щенки? Кто дал вам право ослушаться моего приказа? — зло орал на нас отец. Мама снова задрожала от страха, и стала пуще прежнего обнимать Дара, сильнее прижимать к своей груди, в надежде защитить и уберечь его от гнева отца, при этом успевая смотреть на меня и тянуть ко мне другую руку. Все мое естество тянулось к ней и вот, сделав к ней первый шаг, я услышал у себя за спиной ненавистный мне голос отца:

— Слабые слюнтяи…из вас так никогда не вырастут достойные правители этой страны. Женщины это лишь сосуд для вынашивания потомства и удовлетворения наших прихотей. Миром правят мужчины. Им никогда не превзойти нас не в силе, не в уме. Слабые придатки древа жизни, вот кто они.

— Да и именно один из таких придатков даровал тебе жизнь…бессердечная тварь, — разнесся слабый женский голос, от чего я отмер и посмотрел на мать.

— Ах ты шлюха!!! Своим языком ты приговорила себя к смерти!!! Что ты можешь уметь, как не стелиться передо мной, раздвигая ноги, когда у тебя течка? — зарычал отец на маму и стал к ней медленно подходить.

— Любить…

— Что ты сказала???

— Я сказала ЛЮБИТЬ!! И этого ТЫ у меня НИКОГДА не отнимешь, мразь, — зарычала мама в ответ, встав на ноги, завела себе за спину Дара.

— Ах любить…ХА ха ха, очень нужное качество…для шлюхи, которая ищет себе оправдания…,- смеялся отец при этом оскорбляя маму.

— Не смей ее оскорблять…,- зарычал я на отца и стал перед мамой, защищая брата и ее.

— Оооо. У щенка есть зубки. Похвально, похвально. А что же будет, если я ее ударю? — издевался отец и прежде чем я ответил, ударил мать по лицу. Во мне словно бес проснулся, и я кинулся на отца, при этом рыча как дикий зверь. Я пытался его ударить, укусить, хоть как-то задеть и отомстить за издевательства над нашей милой мамой. Но отец только все больше смеялся и подстегивал меня к действиям. Краем глаза заметил, что Дар тоже пытается ударить отца и тут я увидел ЕГО глаза. Они были желтыми. «Что происходит???», — от шока я сказал это вслух, на что сразу получил ответ.

— Ваши звери проснулись, теперь вы настоящие оборотни, — радостно сообщил мне отец, после чего меня и Дара скрутило от боли и мы упали на грязный пол. Через пелену дикой боли и слез я увидел, как отец подошел к маме и вырвал ей сердце из груди, при этом говоря, что она ему больше не нужна и у него уже есть то, что он давно хотел от нее. Прямо у нас на глазах, ее маленькое тело рухнуло на пол и перед тем, как навсегда сомкнуть свои веки она прошептала:

— Люблю вас… я всегда… буду… в вашем сердце….любовь….это прекрасно…наконец-то … свободна… — с последним словом ее уста закрылись, а из закрытых глаз скатилась последняя слеза.

— НЕЕЕЕТ, — закричали мы с братом одновременно, после чего от боли потеряли сознание.

— Мой Альфа, мне вернуться к ней и…ждать? — услышал я голос Алекса, который выдернул меня из моих детских воспоминаний.

Сжал кулаки и поднял голову. Все летит в бездну. Я не могу оставить ее сейчас