Новые истории на старый лад - Дара Бояринова Страница 2

стоит, что через неделю покину дом. И до окончания срока просила не беспокоить. После похорон я отправилась в банк. Получив на руки оставшиеся семьсот золотых, наняла пять огромных фургонов, пять бригад грузчиков… и за три дня, вывезла из особняка и поместья все вещи! Абсолютно всё! Оставив только голые стены! Лица клерков из банка, были малой наградой за все мои мытарства.

– Но позвольте! – вскричал самый старший из них, господин Трайн. – Где вся обстановка? Где вещи? Где экипаж? Драгоценности? Картины? По договору…

– Согласно договору, – не вежливо перебила я его, – пункта пять точка семнадцать, на странице двадцать семь, банку отходит только земля и поместье в Уотшере, дом шестнадцать, по улице Белой Ночи, в городе Санитра. Личные драгоценности, принадлежащие леди Эолантре Виктории Сторн. И четыре скакуна вороной масти, общей стоимостью два миллиона восемьсот сорок тысяч золотых. Сумма кредита, предоставленного вашим банком леди Эолантре Виктории Сторн, составляла два миллиона пятьсот тысяч золотых. Сумма процентов за четыре года составила триста тридцать девять тысяч восемьсот девяносто пять золотых. Что же касается экипажа, обстановки, вещей, произведений искусства и родовых драгоценностей графов Сторн, нет ни одного упоминания об этом, ни в одном из пунктов договора, я права господин Трайн? Насколько я поняла, личные драгоценности принадлежащие леди Эолантре Виктории Сторн, уже находятся в ячейке банка, что подтверждает опись и приложение номер три к договору, – закончила я.

Скрежет зубов господина Трайна был слышен, наверное, даже во дворце.

– Ну, так что? Мы подписываем документы?

– Какие документы? – возмутился господин Трайн.

– Ну как какие? – изумлённо приподняла брови я. – Акт передачи указанного в договоре имущества. Расписку от банка, что я, леди Лисандра Аурелия Танаис Сторн, графиня Сторн, погасила все обязательства покойной леди Эолантры Виктории Сторн. И так же чек на оставшиеся пятнадцать золотых. Мой поверенный, господин Патерсон, как раз успеет заверить все документы в магистратуре, и внести соответствующие записи в реестре и сдать в архив. Я права господин Патерсон?

– Конечно, леди Сторн, вы правы. Сегодня мы всё успеем, – довольно кивал головой поверенный.

Если бы взгляды убивали, я бы уже несколько раз была мертва, столько ненависти было в глазах господина Трайна. Но… чего нет, того нет. Господин Трайн был самым обычным человеком, без малейшей искорки силы. Наше появление в банке вызвало небольшой переполох, но всё уладилось достаточно быстро. Как только мы покинули банк, я отослала господина Патерсона в магистратуру и архив, а сама отправила несколько теневых вестников. Тем же вечером я, Тина и Сэм, уехали из столицы. НАВСЕГДА. Жалела ли я? Нет. Ни одного дня не жалела… На следующее утро все газеты взорвала новость: «Невероятная история! Юная графиня Сторн утёрла нос Имперскому Банку! Она отдала по закладной поместье, дом, скакунов и личные драгоценности покойной леди Эолантры Виктории Сторн, закрыв долги. Наследница продала в самые дорогие антикварные магазины всю огромную коллекцию антиквариата, живописи, мебели, драгоценностей и даже столового серебра, по самым скромным подсчётам, это около полутора миллиона золотых, а все вырученные от продажи денежные средства, были переведены в один из фондов помощи сиротам! Дорогие читатели, это беспрецедентный случай! Юная графиня Сторн поразительная девушка! Давайте же пожелаем ей удачи!»

– О! Леди Сторн, доброе утро. Вы, как всегда, раньше всех, – прервал воспоминания голос Лоры. – И опять с булками! Леди Сторн! Я иногда жутко вам завидую! Ну как так можно?! Лопать булки и не толстеть?!

– Булки я ем только утром, плотно обедаю, и на ужин ем только фрукты или овощи. И никак не наоборот. Вот и весь секрет, – в очередной раз напомнила я Лоре свой рацион.

– Ох, леди Сторн… – отмахнулась Лора, и вздохнула. – Я даже когда смотрю на булку, толстею.

– Не смотри, – улыбнулась я. – Пойдём, работы много.

Тут дверь распахнулась, и в дверях появилась Линдси, ещё одна из моих коллег, весьма и весьма примечательная особа. Примечательна она была не только внешне. Миниатюрная, сероглазая блондинка, с оригинальной манерой речи. Я могу запомнить любую информацию и воспроизвести её с точностью до запятой, а Линдси уникальна тем, что может даже самое простое словосочетание произнести так, что становится не понятно абсолютно ничего.

– Доброе утро, Линдси, – поздоровалась я.

– C точки зрения банальной эрудиции, невозможно отрицать тенденций парадоксальных иллюзий, так как каждый неадекватный индивидуум имеет свою точку зрения, – набрасывая на вешалку пальто, ответила в своей неподражаемой манере Линдси.

– Мне иногда кажется, вы обе даны мне во искупления каких-то ну о-о-очень тяжких грехов в прошлой жизни, – горестно вздохнула Лора.

– Если рассуждать логически, то в наш сугубо коммуникативный век, в силу развития концепции ниcyaзмa, каждый индивидуум не может игнорировать тенденцию парадоксальных эмоций и чувственных имитаций, – ответила Линдси.

– Ой, Лора, перестань, – махнула я рукой, переваривая очередную фразу Линдси. – Если честно, то манера выражать свои мысли таким образом свойственна Линдси только в определённых жизненных ситуациях. И это, лично меня, держит в тонусе. И, если я правильно уловила минорность интонации, наша Линдси опять в соре с господином Пайтом.

– О чем вы? Если мужчина не понимает, что смысл жизни не в познании объекта, как субъекта, а в осознании объектом субъекта…

– Он опять забыл про важную дату?! – догадливо воскликнула Лора.

– Да! – всплеснула руками Линдси.

– Что на этот раз? – хмыкнула я.

– Три года назад мы завели Чапика!!! – возопила Линдси.

Чапик, ну, конечно. У Линдси, помимо любви к выражению нестандартными фразами или витиеватыми выражениями своего настроения или недовольства, был ещё мопс Чапик. Великий и ужасный. Я всегда относилась к собакам достаточно лояльно и в целом положительно, но после знакомства с Чапиком я изменила своё мнение. Это не пёс, это настоящее разбалованное чудовище. Решение завести Чапика, вернее не именно Чапика, а собаку, супруги Пайт принимали очень ответственно. Прочитали кучу литературы, просмотрели множество пород собак, даже выбрали подходящую, вот только судьба распорядилась иначе. Зимним промозглым вечером под ноги супругам Пайт выкатилась поскуливающая и повизгивающая корзинка. Откуда она взялась, никто не понял, но, именно в тот момент судьба выдала счастливый билет в жизнь одному собачьему ребёнку.

– Ну конечно, Чапик! – прикрыла глаза ладонью Лора. – Как я сразу не поняла. Так, на сегодня я ухожу в шестую секцию, и если не