Пепел желания - Клара Рутт Страница 2

Больше я не думала — метнулась к столу и дотронулась до кварца:

— Мираэль! Сейчас!

Не знаю, расслышала ли девушка мой голос, но кристалл моргнул холодным голубым светом, и я выдохнула: приказ получен. Лишь бы она сделала все, как должно!

Но тут же осела на пол. Потяжелевшими руками коснулась дрожащих губ. Даркхан накрыл расплавленной медью Главное Око Илмариса и прорычал, глядя мне в лицо:

— Прощай, Сейра Вельгарн.

Зеркало треснуло с истеричным звоном, пол затрясло и, чувствуя, как в мое тело впились сотни острых осколков, я сделала глубокий вдох…

Обжигающая боль пронзила мое тело, и наступила пустота.

* * *

Это все неправда. Это все со мной уже было. Это иллюзия. Дурной сон. Плохое воспоминание, которое пробудилось от… чего? Что происходит⁈

Я пошевелила пальцами: не больно, коснулась лица — целое. Волосы на месте, дышать могу, соображать вроде тоже. Главное, чтобы получилось встать.

Я дотронулась до края кровати и, оттолкнувшись, осторожно села. Голова закружилась, в нос ударил запах воска и трав: значит, была Лиресс и наводила свои отвары. И если так, то все хорошо: я у себя, и никто к нам не прорвался. Но почему-то так сложно было видеть.

Еще раз выдохнув, я заставила себя открыть глаза: мои покои в утреннем сумраке, сквозь занавески пробивается свет, на столе поднос с мазями и разными склянками с жидкостями, темно-синий балдахин приглушает краски нового дня, рвущиеся сквозь стеклянный купол на потолке. Но если только зарождается рассвет, значит, я здесь, как минимум, почти сутки?

По ощущениям, я просто спала: не чувствовалось ни ран, ни какой-то чрезмерной слабости. Казалось, будто я выпила лишний глоток вина, и только. Но, опустив взгляд, поняла, что не все так просто: мой живот, грудь и руки были обмотаны тугими бинтами. Значит, все-таки ранена? И если так, то… что с Даркханом⁈

— О нет, только не это, — пробормотала я и попыталась встать. Головокружение и навалившаяся слабость притянули меня к кровати. Так, ладно, я пока бессильна. Но кто объяснит, что происходит⁈

В ответ на свой вопрос я услышала шорох за дверью, топот нескольких пар ног и приглушенные голоса. Затем затишье буквально на пару мгновений, а затем дверь отворилась, и на пороге появился лекарь. Следом вошел лорд Кассиан Серебряный Шепот — мой главный советник при дворе.

Странно. И очень плохо, что именно он.

— Доброе утро, владычица, — поклонился лекарь и шустро прошмыгнул ко мне. Взглянул на бинты, склянки, рассмотрел хрусталик и шрам над веком — неизбежную плату за дар, или, вернее, следствие моей неудачной попытки от него избавиться, нахмурился и спросил:

— Как ваше самочувствие?

— Все хорошо, но встать не получилось, — призналась я, а взгляда не отрывала от советника. Он смотрел пристально, его серые, почти бесцветные глаза, ничего не отражали, губы были плотно сжаты: он по-прежнему не проронил ни слова.

— Вам нужен покой, — обеспокоенно произнес лекарь и помог мне снова улечься. — Лекарства действуют, но дайте им больше времени.

— Сколько уже прошло? — спросила я без эмоций, лекарь покачал головой и приготовился ответить, как его попытку оборвал стальной голос Кассиана:

— Довольно. Вы провели свои манипуляции, доктор?

— Да, да, милорд. Состояние владычицы стабилизировалось, ее жизни уже ничего не угрожает.

— Уже⁈ — я не сдержала восклика и резко села. Перед глазами потемнело, а в грудь словно ударили молотом. Спокойно, Сейра, тебе нужно снова привыкать быть слабой. Позволить хотя бы на время, для своего же здоровья.

— Тогда оставьте нас. Продолжите осмотр позднее.

Кассиан проигнорировал мой вопрос, внутри начало жечь: что бы со мной ни было и что бы он себе ни возомнил, я не сложу полномочий. Раз не сложила год назад, теперь — ни за что на свете!

Лекарь поклонился, робко глянул на меня, словно убеждаясь в действительности указа лорда, и я кивнула: что ж, поглядим, что за срочность, раз его дело важнее моего здоровья. Так получается?

Дождавшись, когда лекарь выйдет, Кассиан плавно двинулся ко мне, но остановился в паре шагов от постели. Его острые морщины на миг застыли, а затем уродливо изогнулись, стоило ему заговорить:

— Я рад, что вы в порядке, владычица, но позвольте начать без долгих предисловий.

— Раз мы здесь, а не в зале Советов, и вы видите меня в таком виде, считайте, что уже позволила. Или вы сами себе разрешили, — отмахнулась я и плавно опустилась спиной на подушки. По телу пошла волна расслабления. Хорошо.

Его рот слегка скривился, но мужчина пропустил укол и продолжил сухо:

— Один осколок едва не задел ваше сердце, владычица, другой — оставил страшный шрам на вашем прекрасном лице, третий и с ним еще десяток — ранили вашу сияющую кожу. Хрустальные Рощи могли остаться без лидера и без наследника Вы еще слишком юны, чтобы планировать свое личное будущее, но, может быть, теперь вы задумаетесь о том, чтобы завершить войну?

— Ценю вашу заботу, лорд Серебряный Шепот, но, к счастью, я озабочена также государственными делами, кроме своего здоровья. И если Хрустальным Рощам угрожают Медные Копи, мы будем обороняться сколько потребуется. У нас есть ресурс!

— Это радостно слышать, владычица, но не стоит ли в этом случае собрать силы для финального сражения? Особенно после ослабления их армии и потери полководца.

Я уставилась глупыми глазами на советника, пытаясь считать подвох. Но он сказал это так легко и непринужденно, что я стала задыхаться и схватилась за шею: Даркхан мертв? Невозможно!

— Что… произошло? — спросила я упавшим голосом.

— Произошел… хлопок. — Кассиан сложил руки за спиной и принялся расхаживать по моим покоям. За струящейся тенью балдахина я видела его гордый силуэт. — В тронном зале, на месте Главного Ока. Как это произошло, никто не знает. Никто ничего не видел, но когда отряд Стеклянных Кинжалов подоспел на место звука, вместо артефакта Истины там была огромная дымящаяся дыра. Снаружи началась паника, воины медного короля побежали. Но, как пояснила ваша личная зеркальщица, это было действием иллюзии. Но раз так, то что случилось в зале? И с вами? И куда делся Даркхан Железный Клык? Среди наших воинов множество свидетелей, что он шел именно в Иглу! И если это разрушение его рук дело, у нас есть все основания