Многоликая в паутине. Каникулы с огоньком - Олеля Баянъ Страница 2

Чтобы раздеть спящего человека, мне пришлось попотеть. Я сняла только мундир и штаны, и только после поменяла внешность на внешность служанки и обула её сапоги.

Первый неприятный сюрприз поджидал меня у двери. Она ни в какую не хотела открываться. Пришлось поднатужиться ещё немного, чтобы притащить женщину к двери и её рукой открыть дверь. Когда я услышала щелчок, то едва не запищала от восторга, но тут же взяла себя в руки. И вовремя!

В нескольких метрах стояли двое военных и беседовали. Они, наверное, ждали возвращения моей служанки.

— Сейчас собрал наших и рейноранскую знать в тронном зале, — услышала я обрывок разговора.

Кого Виарат дор Халденрей собрал в тронном зале? Бал, про который он говорил, будет только через несколько дней. Неужели регент пригласил рейноранских аристократов? Тогда я должна увидеть тех, кто приехал.

Заметив меня, военные замолчали. Один из них спросил:

— Лиуз, как гостья повелителя?

— Как может себя чувствовать девушка, запертая одна в огромных покоях? — рыкнула я. — Нужно срочно доставить от неё сообщение повелителю.

— Тогда пошли в тронный зал, — махнул второй и повёл нас из личного крыла тёмного регента в тронный зал.

Я с трудом представляла, где тот может находиться, поэтому шла за своими спутниками, внимательно следила за их жестами и мимикой. Я совсем не знала служанки и могла себя выдать чем угодно. Даже откликнуться на имя, которое на самом деле не её. Наука лорда Дамхорфа пригодилась даже здесь, поэтому я не удивилась, когда в отражении окна заметила жестовую команду. Что она означала, я не знала, но успела превратиться в здоровяка, которого видела однажды, схватила своими ручищами военных за головы и столкнула их лбами.

На моей стороне оказался эффект неожиданности, поэтому этих двоих я завалила, и сразу же вернула себе внешность служанки. Но то ли я не знала специфики работы местной службы безопасности, то ли была невнимательна, но ко мне и лежащим двум мужчинам бежала дворцовая стража.

И что я сделала? Правильно! Я побежала по чужому дворцу, разыскивая тронный зал. Должен же хоть кто-то из аристократии Рейнорана сохранить верность моей семье. Я на это надеялась, когда хоронилась в альковах, под лестницей, за шторами, под диванами и за статуями, исследуя все двери, встречавшиеся на пути, пока не попала в широкий коридор с высоким потолком. Дверей нигде не было.

— Лазутчик здесь! — раздалось сзади меня.

У меня не осталось выбора, и я помчалась по коридору. Стражники нагоняли, когда я увидела огромные двустворчатые двери. Со всего разбега я врезалась в них, но они не поддались. Я ещё раз толкнула их. Никак! Тогда я упёрлась ногами в пол, а руками в края створок, приняла вид того самого здоровяка и толкнула двери, зарычав от напряжения. Видимо, топот погони, которая почти настигла, придал сил, и двери поддались. Но немного. Здоровяк между ними не протиснется. Даже служанка не сможет. Тогда я приняла свою внешность и проскользнула. Двери захлопнулись, отрезав от меня остановившуюся стражу.

Я не сдержала тихого смеха, который эхом прошёлся по помещению. Мороз пробежал по коже. Я плавно обернулась через правое плечо, молясь, чтобы мои опасения не подтвердились.

По левую сторону тронного зала возвышались штандарты надорской знати, чьи представители чуть ли вплотную друг к другу стояли (их было много) и с интересом рассматривали меня. По правую сторону от входа виднелось всего лишь несколько штандартов из рейноранской аристократии. Да и глав родов было в разы меньше. Хорошо, если треть дворян приехала.

Мой взгляд уткнулся в красную ковровую дорожку, которая стелилась к тёмному трону. На нём восседал Виарат дор Халденрей. И он прожигал меня своими ярко-голубыми глазами.

Упс!

Глава 2

Вообще-то, изначально в моём плане было высмотреть представителей тех родов из Рейнорана, которые точно себя зарекомендовали верными вассалами, а после подкараулить их и переговорить так, чтобы об этом не стало известно регенту. Но и в этот раз, как и на явлении наследницы, всё пошло не так.

Осматривать свой наряд перед взглядами не меньше двух сотен мужчин я не стала. Понятно, что после моих метаморфоз наряд той «служанки» тоже претерпел трансформацию. Рукава точно изорвались. Верх держится на нитках. Штаны превратились в юбку. В сапогах на размер больше было неудобно, поэтому я просто разулась. Медленно направилась босиком к трону, на каждом шагу меняя внешность, чтобы ни у кого не осталось сомнений в моей личности.

Я шла и смотрела прямо в глаза тёмного мага. Хоть сердце и билось, как сумасшедшее, но я не позволяла себе опустить взор ни на миг. Когда я приблизилась к возвышению, на котором стоял трон, кто-то из подданых регента придвинул кресло к изножью. Я проигнорировала этот жест и поднялась по ступенькам, чтобы встать по левую сторону от Виарата дор Халденрея, как раз с той стороны, на которой возвышались штандарты моей страны.

Повисла тишина. Никто её не нарушал. Регент не взглянул на меня, когда я встала слева от него. Он даже не пошевелился. Молчание затягивалось. Напряжение, царившее ещё до моего появления, только возрастало.

— Я, Миарина Луария фер Плюморфъ, наследница Рейнорана, — мой голос звонким эхом отразился от высоких стен.

Внутри меня всё сжалось. Никакой поддержки ниоткуда не пришло. Неужели я ошиблась?

— И надорская подстилка.

В зале с хорошей акустикой даже тихо сказанная фраза облетела всех. Но самое обидное было, нет, не слова, а то, что они прилетели со стороны Рейнорана. Так вот какого мнения обо мне высшая аристократия.

— Забавно слышать упрёк от великих мужей, которые при виде врага сняли штаны и встали раком, не забыв предложить рейнису в качестве трофея, — я ещё недоговорила, а на стороне надоров раздались смешки.

Кто-то даже расхохотался, кто-то поаплодировал моей фразе.

— Острая на язык девица, — прилетело откуда-то со стороны подданых дор Халденрея, который сидел и не шевелился.

Не знаю, как чувствовали себя после моего справедливого замечания главы рейноранских родов, но мне было обидно. Я сбежала по ступенькам вниз, чем и прервала волну смеха.

Медленно прошлась вдоль высшей аристократии своей страны, разглядывая штандарты и лица. Но ни одной светлой идеи или мысли не приходило в голову.