Холодная тьма - Татьяна Резник Страница 2

– Зачем? – поинтересовался я, чувствуя уже не просто раздражение, а желание выкинуть этого сказочника из паба, желательно врезав на пороге ногой по пятой точке. Какой лживый навязчивый тип. Я наконец осознал, что меня возмущает в этом московском следователе – его бесцеремонность. Жаль, но придется еще какое-то время терпеть его присутствие. Не разыгрывать же перед собравшимися в баре мужиками спектакль в стиле «вестерн»? Они-то, понятное дело, его оценят, только мне это не нужно от слова совсем.

– Ну вы же известная личность! Я, между прочим, на вас подписан.

А вот это уже интересно. Выходит, московский следователь читает мои заметки. Хорошо, если так, вот только я этому навязчивому человеку почему-то по-прежнему не верил.

– Вы не рассказали, зачем приехали в наш городок, – произнес я, придвигая к Алексу креветки. Тот благодарно улыбнулся и тут же засунул одну из них в рот и проглотил, по-моему, даже с хвостиком.

– Я специализируюсь на маньяках, – доверительно произнес Алекс, проглатывая очередную креветку. Тут уж пришла моя очередь давиться пивом. Откашлявшись, я поднял взгляд и поверх плеча Шуйского увидел очаровательное девичье лицо. Блондинка повернулась и с интересом смотрела на нас. Я успел отметить белизну ее кожи, готовой поспорить с такими же ослепительно—белыми волосами, узкое лицо и светлые глаза. Девушка была альбиносом, теперь у меня не было в этом сомнений. Взглянув на меня, она неожиданно соскользнула с высокого стула и покинула зал. Причем отправилась она не на улицу, где, как я подозреваю, все еще шел дождь, а в дамскую комнату. Я бы непременно последовал за ней, чтобы встретить в коридоре и завязать знакомство, но Алекс, сдвинув в сторону кружку с пивом и блюдо с креветками, приглушая голос произнес:

– Вижу, вас не слишком удивили мои слова.

– Удивили. И думаю, вы это заметили. Просто я не специализируюсь на криминальной хронике, – ответил я, отведя взгляд от двери, за которой скрылась девушка, и сосредоточив внимание на лице собеседника. – А что, у нас в Н-ске появился маньяк? Я об этом не слышал.

– Не мудрено. Мы стараемся не разглашать информацию.

– Кто «мы»? – переспросил я, заранее зная ответ.

– Моё руководство и коллеги из следственного комитета.

Мне хотелось сказать: «Если это такая тайна, то почему рассказываете о маньяке первому встречному журналисту?», но я произнес совсем другое:

–Очень интересно… А что за маньяк? В смысле: кого он убивает? Наверное, женщин?

– А вот и не угадал! – обрадовался следователь, неожиданно переходя на дружеское «ты». – Основные его жертвы – это мужчины нашего возраста. Поступает он, откровенно говоря, с ними чрезвычайно жестоко. – Алекс замолчал, по—видимому рассчитывая, что я завалю его вопросами. Именно так бы и случилось, если бы он рассказал мне о каком-нибудь призраке или полтергейсте. Но всякие там убийцы, даже маньяки, меня не слишком интересуют. Хотя…

– А где находят тела убитых? – спросил я не столько ради любопытства, сколько ради чувства самосохранения. Если маньяк разделывается с жертвами в каком-то определенном месте, я постараюсь их избегать. Как говорится: «Береженого Бог бережет». Мне и так приключений в жизни хватает. Те, с кем мне встречаться приходится в последнее время, похуже маньяка, пожалуй, будут.

– В том-то и дело, – обрадовался Алекс, что я все-таки задал вопрос, – что конкретной привязки к месту нет. Трупы находят в совершенно разных местах. Одинаковым остается лишь способ нанесенных повреждений. Жертвам разрывают животы, именно разрывают, а не разрезают, перед этим прокусив шейную артерию.

– Крови много, – поморщился я, представляя картину преступления. Следователь кивнул, доев мою последнюю креветку.

– Жертвы всегда в расцвете сил, живут самостоятельно… Прямо как ты, Макс.

– Вы на что-то намекаете? – прищурился я, разглядывая следователя и не собираясь сокращать установившуюся между нами дистанцию в общении и тоже переходить на «ты». Мне приятельские отношения с таким типом не нужны.

– Нет, ну что ты! Просто говорю, что ты в зоне риска, вот и все, – ответил Шуйский, сделав большой глоток из кружки.

– Спасибо за беспокойство, я буду осторожен, – ответил я, снова посмотрев на отрытую дверь. Девушка-альбинос до сих пор не вернулась. А может, она все-таки ушла, и я напрасно жду ее?

– Макс, – Шуйский вновь наклонился вперед, сокращая между нами расстояние. – Признайтесь, что ваши истории – чистой воды выдумка. Клянусь, я никому об этом не скажу. – Московский гость вновь перешел на «вы». Что ж он никак не определится, как ко мне обращаться?

– Вы можете относиться к моим публикациям на Дзене так, как вам будет угодно. Хотите – верьте, хотите – нет.

– Я знал, что вы не скажите правду, – вздохнул мой собеседник. – Признаться в существовании того, что вы описываете в своих заметках, значит, заказать себе пропуск в сумасшедший дом.

– Мне кажется, вы мало читаете современной прозы, господин Шуйский. Иначе мои истории показались бы вам исключительно правдивыми и основанными на реальных событиях, как сейчас принято говорить. Не то что ваши маньяки, обосновавшиеся в нашем Н-ске, – я тоже не остался в долгу и попытался уколоть собеседника. Ну а что? Он только что хоть и завуалированно, но обвинил меня во лжи.

Следователь хотел что-то ответить, но тут равномерный шум в зале перекрыл жуткий крик. Конечно, этот вопль не сравнится тем звуком, который издает свисток смерти, но тоже ничего так будет. Сидевшие в зале мужики замолчали, а потом практически одновременно вскочили со своих мест. И первым был, разумеется, Алекс Шуйский. Пока остальные переглядывались, он выскочил в коридор и через пару минут оттуда послышался его спокойный уверенный голос. Мне удалось расслышать лишь отдельные слова, но смысл я понял: следователь потребовал у администратора вызвать полицию, вежливо, но решительно выпроваживая из коридора любопытных. Что же случилось? Я махнул официанту, подождал, когда он меня рассчитает, и направился к выходу. На пороге группа мужчин слушала уборщицу, которая, утирая слезы, рассказывала, как обнаружила в туалете труп. «Кровищи то, кровищи, я и за смену ее не отмою», – причитала она, сожалея, по-видимому, о туалетной кабинке, в которой, судя по всему, кого-то убили. Я пролез между любителями пива и оказался в коридоре. Администратор испуганно взглянула на меня и мышонком шмыгнула в гардероб. Вынесла мою мокрую куртку и, сунув