Во власти генерала - Анастасия Марс Страница 18

Я растерянно посмотрела на Ройса. Он же слово в слово повторил мои собственные правила!

Увидев мое замешательство, супруг улыбнулся так хитро-обаятельно, что сердце забилось чаще.

— Я решил уточнить, что ваши правила действуют в обе стороны, — любезно пояснил он, отчего у меня сложилось впечатление, что я сама себя обхитрила. Правда не совсем понятно каким образом так получилось!

Хотелось гордо вскинуть подбородок и чопорно уронить, что я вообще-то и не собиралась делать что-либо непристойное. Но память невовремя напомнила, что это вообще-то я, а не Ройс, сегодня запрыгнула к нему на колени. В то время, как генерал держался с завидным самообладанием.

Так что пришлось гордо смолчать.

Я кивнула, стараясь сохранить достоинство, хотя внутри все переворачивалось. Получалось, что я сама себя загнала в угол своими же правилами. И самое обидное — генерал смотрел на меня с таким видом, будто прекрасно понимал мои мысли.

Ну и ладно, я справлюсь с этим магическим влечением. Ведь в кабинете Ройса у меня вполне неплохо получалось себя контролировать. Уж на шею к мужу я не вешалась!

Супруг опустился в одно из кресел и кивнул мне на то, что стояло напротив:

— Присядьте.

Я же решила не искушать судьбу и прошла к банкетке, которая стояла на противоположном конце комнаты от кресел. Так сказать, во избежание!

Ройс чуть дернул уголком губ, но настаивать, чтобы я пересела к нему ближе, не стал. А лишь коротко уронил:

— Пора, — и затем снял свой перстень с пальца.

Затаив дыхание, я проделала то же самое. И тут же ощутила знакомую теплую волну, прокатившуюся по всему телу от кончиков пальцев до стоп, оставив за собой легкую, сладкую дрожь. Это был не тот всепоглощающий ураган, что свалил меня с ног утром, а скорее… настойчивое приглашение. Тихий зов, который не заставлял, а мягко тянул в его сторону.

Я сидела на банкетке, вцепившись пальцами в бархатную обивку, и пыталась дышать ровно. Ройс наблюдал за мной из своего кресла, его поза была расслабленной, но взгляд острым, как кинжал.

— Уже лучше, — оценил он мой контроль. Вроде бы интонация звучала одобрительно, а вроде бы и слегка разочарованно. Ждал, что я сорвусь с места?

— Стараюсь, — сдержанно отозвалась я, успокаивая тянущее чувство в груди. — О чем вы хотели поговорить?

— Что вы делали перед ужином? — поинтересовался Ройс, поставив руку на подлокотник и уперев подбородок в кулак.

— Дядя Альберт пригласил меня подышать воздухом, — ответила я без заминки.

В комнате как-то неожиданно стало жарко.

— Кажется, он по вам соскучился? — генерал вскинул одну бровь.

— Кажется, да, — я неопределенно пожала плечами и провела ладонью по шее, обнаружив, что та совсем горячая. — Здесь немного душно.

— Окно открыто, — сказал супруг и на секунду его глаза странно сверкнули. — У вас очень теплое платье.

Его слова повисли в воздухе, полные скрытого смысла. Я посмотрела на открытое окно, где ночной ветерок колыхал тяжелые шторы, и снова на Ройса. Он смотрел на меня с таким выражением, будто видел не платье, а то, что под ним. И от этого взгляда жар внутри только усилился.

— Может быть, вам стоит… снять что-нибудь?

32

Я растерянно моргнула, переваривая услышанное.

Снять что-нибудь? Серьезно? Например, что?

Я хмуро свела брови и окинула своей платье озадаченным взглядом. Собственно, кроме самого платья снимать тут было фактически нечего.

— Что снять? — непонимающе спросила я, вновь встретившись с крайне заинтересованным, изучающим взглядом супруга.

— Дайте-ка подумать, — склонив голову набок, протянул он с таким серьезным видом, словно собирался решить сложнейшую стратегическую задачу. Затем, выдержав паузу, наконец озвучил очевидное. — Вариантов как будто не много.

Я подавила нервный смешок. Не много? Да их и по сути-то и не было! Это заявление в его устах звучало так же абсурдно, как если бы генерал сказал, что в пустой комнате есть из чего выбрать.

— Вообще-то, — начала я, стараясь, чтобы голос не дрожал от смеси возмущения и застенчивости, — учитывая обстоятельства, мне кажется, вариантов ровно один. И он… уже на мне.

Я потрогала складки тяжелого синего бархата, который вдруг показался невероятно жарким и тесным.

— Один? — переспросил Ройс с такой мягкой бархатной интонацией, от которой у меня вспыхнули щеки. Жар разлился по лицу с такой силой, что я уже была почти готова выскочить из этого проклятого платья. — Я, разумеется, не настаиваю. Однако уверен, что если снять обувь и, скажем, чулки, то вам станет полегче.

О чулках я как-то не подумала… Но мысль снять их в его присутствии… Это было даже неприличнее, чем его первоначальное предложение! От одного представления по спине побежали мурашки — не от холода, а от чего-то острого и щекотливого.

Я посмотрела на свои ноги, почти скрытые волнами ткани. Туфли с узкими носами и высокими каблуками уже начинали невыносимо жать. А под платьем, я знала, были тонкие шелковые чулки, закрепленные подвязками выше колен.

Прежде чем я успела что-либо сказать или воспротивиться, Ройс поднялся из кресла и, преодолев разделявшее нас расстояние, опустился на одно колено передо мной. Его движения были плавными и уверенными, как у хищника, но в них не было ничего угрожающего — лишь сосредоточенная внимательность.

— Позволите? — тихо спросил супруг, и его пальцы замерли в нескольких дюймах от моей лодыжки.

Воздух в комнате стал густым и тяжелым, каждый вдох давался с трудом. От близости генерала мне даже мыслить удавалось с трудом, не то, чтобы принимать какие-то решения и отвечать.

Так что я безвольно кивнула, принимая предложенную помощь. Клянусь, все из-за магии генерала в моих жилах! В противном случае я бы ни за что не согласилась на подобное!

Наверное.

Я застыла, не в силах пошевелиться, пока Ройс ловко расстегивал пряжки на моих туфлях. Его прикосновения были удивительно легкими, почти нежными. Касание пальцев генерала к моей щиколотке обжигало как раскаленный угол.

Ройс снял одну туфлю, потом другую, бережно поставив их рядом. Затем его взгляд поднялся к моему лицу, словно спрашивая разрешения на следующее действие. Я не могла ни кивнуть, ни покачать головой — лишь смотрела на него широко раскрытыми глазами.

Ройс, приняв мое молчание за согласие, медленно — дразняще медленно! — приподнял подол моего платья. Бархат скользнул по моим ногам, обнажая чулки и подвязки.

Его пальцы нашли верхний край чулка. Я почувствовала, как дрожь пробежала по всему телу, когда он начал спускать шелк вниз, дюйм за дюймом. Каждое движение было мучительно медленным, нарочито осторожным. Ладони Ройса скользили по моей коже, оставляя