Вино и вина - Марина Йелс Страница 17

– Дегустация – серьёзное дело! – ответил Поль, пожимая руку Бену и расцеловывая Алена. Затем его взгляд остановился на Софии.

– Так, так, так, а вы у нас кто?

– Поль, это София Бернар из «Дюваль Констракшен», – ответил за неё Бен.

– Можно просто София. Очень приятно, – она протянула руку.

– Очень приятно, мадам. Поль Шене – главный виноградарь и винодел в одном лице, – энергично пожал её руку Поль.

На вид ему было за пятьдесят, щетина на смуглом лице и корни густых чёрных волос уже были тронуты заметной сединой.

– Скорее главный пьяница, – вставил Ален, наконец-то подав голос.

– Тебя никто не спрашивал, бродяга, – огрызнулся Поль.

– Ну хватит, – сказал Бен, проталкивая Кэла и Поля внутрь. – У нас мало времени, давайте перейдём к делу.

Они вошли, и София огляделась. Вдоль стен выстроились стеллажи, заполненные винными бутылками, между ними висели информационные стенды с красочными иллюстрациями, наглядными схемами виноделия и фотографиями с выставок. Пол был застелен тёмно-зелёными ковровыми дорожками. Они прошли через комнату к массивной двери, за которой открывалось просторное производственное помещение. София озиралась по сторонам, разглядывая массивные стальные ёмкости, соединённые трубами.

– Это наш основной производственный цех, – пояснил Бен.

Они прошли дальше и остановились у лестницы, уходящей вниз. Поль сказал:

– Там внизу ангелы пьют свою долю, а бутылки ловят искорки, – он подмигнул Софии.

– Ангелы? – переспросила София, не понимая смысла его слов.

Бен пришёл на подмогу:

– Там внизу винный погреб. «Долей ангелов» называют испарение спирта во время выдержки в бочках. А «ловля искорок» – это процесс вторичной ферментации, когда тихие вина становятся игристыми. Если вам интересно, можете спуститься и посмотреть, пока мы тут обсудим производственные вопросы.

– Да, мне интересно, – ответила София и, оставив компанию, направилась вниз по лестнице.

В погребе было прохладно, София поёжилась. Она огляделась: здесь располагались ряды массивных бочек и перевёрнутые бутылки, покрытые тонким слоем пыли. Она прислушалась, но ответом была тишина. Казалось, что звуки внешнего мира не долетали сюда. В тишине и полумраке она подумала: «Может здесь и впрямь порхают ангелы».

Бочки были уложены рядами друг на друга почти до самого потолка. Одни из них поражали своими размерами, другие были поменьше – едва доходили ей до пояса. Она шла мимо бочек, временами останавливаясь, чтобы получше разглядеть таблички на них. Ничего примечательного: номера и даты. По пути на винодельню она решила поискать информацию об их устройстве в интернете. Бочки, как оказалось, делают из французского дуба, и называют их бутами. Винтаж – это год сбора урожая, а винные бутылки носят имена – «Четвертак», «Магнум», «Бальтазар» и многие другие. «Папе с мамой бы здесь понравилось, – подумала она, делая фото, – надеюсь, Бен будет не против съёмки».

Осмотрев всё, она поднялась обратно, но не найдя никого, решила отправиться на их поиски. София толкнула одну из дверей и оказалась в светлом коридоре.

Звук её шагов эхом отскакивал от стен. На другом конце коридора София увидела приоткрытую дверь. Она остановилась в нерешительности, обдумывая, стоит ли ей повернуть назад.

Любопытство взяло верх. Дверь открылась со скрипом и перед Софией предстала комната, напоминающая кабинет: письменный стол, стеллажи, где стройными рядами стояли папки с документами и книги, а также небольшой кожаный диван с журнальным столиком.

Её внимание привлекла стена с фотографиями в рамках. Она подошла ближе и начала рассматривать их: вот Бен стоит на фоне виноградных рядов, вот Кэл на тракторе возле здания, похожего на амбар, вот Бен вместе с Кэлом и Аленом сидят за столом в этом самом кабинете, и у каждого в руках бокал с вином. Обычные, ничем не примечательные кадры. Но одна фотография выделялась на фоне остальных. Она была маленькой и, судя по качеству, самой старой.

С фотографии на Софию смотрели шесть улыбающихся лиц – трое мужчин и три женщины в старомодной одежде, напоминающей моду пятнадцатилетней давности. Все они стояли, прислонившись к серому минивэну, женщины обнимали своих спутников, и можно было предположить, что на снимке были запечатлены три пары.

– Что вы здесь делаете? – раздался голос у неё за спиной.

София резко обернулась и встретилась взглядом с Аленом. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди, его брови были нахмурены.

– Господи, Ален, вы меня напугали. Я просто гуляла и забрела сюда, дверь была открыта.

Ален не сводил с неё напряжённого взгляда. София поняла, что ей всё же не следовало входить сюда без разрешения.

– Я ничего не трогала, только вошла. Прошу прощения.

– Вы не должны быть здесь, – сказал Ален. – Мы скоро поедем обратно.

Ален был напряжён и всем своим видом демонстрировал неприязнь. София заметила, как он нервно теребил висевший на шее крестик, окидывая взглядом помещение, словно выискивая что-то.

Пройдясь взглядом по кабинету, Ален немного успокоился, видимо, убедившись, что всё в порядке. Его тон смягчился:

– Пойдёмте, я провожу вас, чтобы вы не заблудились.

«Или не забрели ещё в какую-нибудь тайную комнату», – подумала София.

Она быстро прошла мимо него к выходу. Ален закрыл за собой дверь, и они молча пошли дальше по коридору. Тишина была неловкой, София ещё раз упрекнула себя за излишнее любопытство, но теперь уже поздно об этом думать. «После драки кулаками не машут», – подумала она с сожалением. Они вернулись в холл у главного входа, и София увидела Кэла с Беном, сидящих на небольшом диване и увлечённых разговором. Кэл первым заметил их приближение:

– София, – сказал он, – мы вас потеряли.

Ален не дал ей ответить:

– Я нашёл её в кабинете. Кто-то не запер дверь.

Если минутами ранее София чувствовала себя виноватой за то, что без разрешения зашла в кабинет, то теперь раздражение вытеснило это чувство. Она холодно обратилась к Бену:

– Простите, если забрела куда-то, куда разрешено входить только персоналу. Это вышло случайно, я пробыла там всего пару минут и ничего не трогала. К тому же вы сами попросили меня осмотреться вокруг, пока были заняты.

Бен встал с дивана и, нахмурившись, посмотрел на Алена.

София продолжила:

– Я сделала кое-какие фото, – она протянула Бену свой телефон, разблокировав его пальцем. – Если это не разрешено, то удалите их, пожалуйста, не хочу, чтобы меня обвинили в коммерческом шпионаже.

– София, мне очень жаль, если Ален вас как-то обидел, никто не собирается обвинять вас в шпионаже, не нужно удалять фотографии. Ален иногда бывает излишне строг в вопросах безопасности, да, Ален?

Бен холодно посмотрел на молчаливого друга.

– Да, – сказал Ален. – Прошу прощения, просто не привык видеть посторонних в кабинете и не был уверен, что это