Нити судьбы. Дорога жизни [Другая редакция] - Эмили Ли Страница 17

— Ты… ты … ты! Это была твоя идея их подобрать! — наконец нашел он, что предъявить Тэмину.

Танэри взял своё лицо в ладони, похлопал глазками и послал Чону воздушный поцелуй. Это было так по-детски и мило, что Лайя не выдержала, улыбнулась.

Чонсок раздраженно выдохнул и вышел, громко хлопнув дверью. Тэмин поспешил следом. Лайя и Фенрис остались в доме одни. Девушке сразу стало не по себе. Её рука снова легла на шею, на которой ещё красовались отпечатки его пальцев.

Фенрис был растерян. Он не ожидал от себя такой несдержанности. Повисшее молчание впервые в его осознанной жизни напрягало.

— Я… — начал было Фенрис и умолк, пытаясь подобрать слова, — я…

Она протестующе подняла руку.

— Я не хочу это обсуждать, — твердо сказала, глядя эльфу в глаза.

Никаких извинений, виноватых взглядов, попыток объяснить — ей ничего не нужно! Лайя боялась этого, да и понимала, что отчасти сама виновата в произошедшем, поэтому и не хотела, чтобы стало ещё более неловко. Предпочитала оставаться врагами, по воле случая заключившими временное перемирие. Так будет правильно. Так будет спокойно.

Фенрис молча кивнул ей в знак согласия, и Лайя поспешила выйти из дома, прихватив с собой сумку. Чтобы прогулка по лесу не стала бессмысленной, девушка принялась всматриваться в растения. Поиск и сбор нужных трав завел её к окраине селения. Она увидела ту злополучную таверну. Или, наоборот, счастливую? Кто ж знал, что тот вечер принесет с собой такие последствия.

Лайя вдруг улыбнулась. Впервые за долгие годы у неё есть… цель. Пусть неясная. Пусть не её. Но цель. Она куда-то идет с надеждой на… Стоп. Надежда, пожалуй, лишнее.

Не желая быть замеченной, девушка поспешила скрыться в лесном массиве. Да и теперь, когда сумка наполнилась нужными растениями, можно возвращаться.

Аромат собранных трав поднимал в её душе приливы теплоты и благодарности к волшебной силе земли, что дарила возможность пользоваться своими благами. Лайя мечтательно улыбнулась, предвкушая, сколько можно изготовить целебных настоек, и мысленно поблагодарила лес за покой, силу и защиту. Это была её стихия. Её дом.

* * *

Эльф тренировался во дворе. Его огромный меч лежал в левой руке, и, судя по неловким движениям, он пытался приноровиться бить, не привлекая раненую сторону и ведущую правую руку, которая ещё не оправилась от ожогов. Выходило откровенно плохо. Лайе даже стало немного жаль его. Маг, но без посоха. Воин, но не способный нормально держать меч. «Мы нужны ему явно больше, чем он нам в таком состоянии». Интересно, он понимает это? И хоть она совсем не знала его, но с уверенностью могла сказать только одно: эльф скорее умрет, чем признает свою слабость. Рука под тяжестью оружия периодически опускалась на землю и дрожала, но он упрямо снова и снова поднимал её и отрабатывал удары.

Лайя разозлилась. Он только недавно выкарабкался, а сейчас все её усилия сводит на нет. Неужели есть настолько острая необходимость приспособиться к смене руки? Вроде как они пока в безопасности.

Быстрым и уверенным шагом она направилась в его сторону. Специально подошла близко, чтобы ему пришлось остановиться. Фенрис опустил меч вниз, встал, опираясь на него, и выжидающе посмотрел на неё, убирая волосы со лба.

Лайя скользнула по его фигуре взглядом, пытаясь рассмотреть, не открылись ли раны, и вдруг забыла, что собиралась сказать. Его грудь тяжело поднималась, пытаясь выровнять дыхание. А последние лучи заходящего солнца выхватили капельки пота на его бледной коже, росой, расположившейся на шее. Одна капелька сорвалась и побежала вниз, прячась в вороте мешковатой рубашки. Девушка проследила за ней глазами, неосознанно облизала вдруг пересохшие губы.

Фенрис нетерпеливо переступил с ноги на ногу, ожидая, когда ведьма уже расскажет о цели своего визита.

— Что-то случилось? — спросил он, начиная раздражаться от непонятного молчания.

Лайя быстро заморгала, стараясь вырваться из плена своих вспыхнувших желаний.

— Тебе не стоит сейчас тренироваться, — наваждение не получилось до конца смахнуть, поэтому голос её прозвучал не так твердо, как планировалось. — Твои раны… они могут открыться. Дай себе время.

Говоря это, она смотрела в землю, а потом поспешила уйти, чувствуя, как её щеки заливает румянец. Собственная реакция на мага вызывала беспокойство. Да что это с ней? Как будто она никогда с мужчинами не разговаривала. Хотя с такими… нет… Прежде чем вернуться в дом, девушка долго остужала кожу холодной водой из колодца. Жалела, что нельзя остудить собственное смятение.

На кухне, склонившись над котелком, что-то готовил Тэмин. Возле него крутился Чонсок, периодически заглядывая через плечо. Так восхитительно пахло, что Лайя радостно улыбнулась, сразу же забывая непонятные мысли и настроения от общения с эльфом. Предвкушение вкусной еды в тепле дома и веселой компании Тэмина подарило ощущение праздника. В последнее время судьба не баловала её приятными моментами, поэтому Лайя научилась ценить каждый миг. Правда, мирные разговоры азуров и тепло, с каким они относились друг к другу, поднимали в душе давно забытую тоску по уюту, дому… Но с этим Лайя справилась быстро, решив, что именно это и нарисует следующим.

Ужин прошел довольно мирно. Фенрис игнорировал своих спутников, лишь изредка бросал взгляды на Лайю, чем сильно нервировал. Чонсок тоже хранил молчание, периодически проваливаясь в задумчивость, почти не слушая, о чем весело болтал Тэмин. Лайя же старалась не замечать настроения обоих серьезных мужчин и наслаждалась обществом танэри, а после и вовсе ушла спать, совершенно не беспокоясь, кто будет дежурить первым и будет ли вообще. Она закрыла глаза и провалилась в сон, оставляя ещё один странный день в прошлом.

Глава 7

Последующие дни Лайя старалась по возможности избегать мужчин, особенно рьяно сторонилась эльфа. Впрочем, он разделял её стремления, в основном проводя время вне стен дома. Ему явно было лучше, и неотвратимость скорого ухода подкрадывалась неясной тревогой, портя Лайе порой самый спокойный день.

Чонсок свободное время посвящал или чтению имеющихся здесь потрепанных книг, или изучению в сотый раз карты королевства, периодически разбавляя эти занятия бытом. Тэмина подобное никак не интересовало. Главным объектом его внимания была только Лайя. Её упорное желание уединиться он никак не разделял и всячески крутился рядом, развлекая легкими разговорами. Ближе к вечеру Тэмин её покидал, чтобы вместе с другом хлопотать, изобретая ужин. Так было и в этот вечер.

Фенрис вернулся в дом раньше обычного и уселся в углу на скамью, со своего привычного места наблюдая сразу за всеми. Чтобы хоть