Попаданка. Седьмая казнь дракона - Лилия Тимолаева Страница 16

Он не ответил сразу.

За решёткой стражники пытались поднять створки. Гектор отдавал приказы, а над крышами разносился голос Мерода.

Сайлас провёл пальцами рядом с надписью.

— Руты Фальк.

Я прочитала слова, оставленные женщиной, чьё тело стало моим:

«Агата, не доверяй человеку, которого должна спасти».

Глава 4. Память чужого тела

Глава 4. Память чужого тела

Сайлас побледнел, прочитав предупреждение, и этого оказалось достаточно, чтобы недоверие вернулось.

Я отступила от стены и подняла клинок между нами. Золотая половина общего знака отозвалась на движение, а тёмно-красная вспыхнула под пальцами Сайласа. Надпись Руты оставалась неподвижной:

«Агата, не доверяй человеку, которого должна спасти».

За опущенной решёткой гремели удары. Стражники пытались поднять тяжёлые створки, Гектор отдавал приказы, и каждый новый толчок отзывался дрожью в камне под нашими ногами.

— Ты знал, что она оставила это сообщение? — спросила я.

— Нет.

— Но узнал почерк сразу.

— Я видел его достаточно раз.

— Где?

Сайлас убрал руку от стены. Красное свечение на знаке ослабло.

— В записях Руты. В приказах. В первом приговоре.

— И в личных посланиях?

Он посмотрел на меня без привычной насмешки.

— Иногда она передавала мне сведения.

— Значит, вы встречались тайно.

— До того как она надела на меня цепи.

— Удобно, что ты решил рассказать об этом только после предупреждения.

Решётка приподнялась на ширину ладони. В щели показался наконечник копья. Сайлас шагнул к механизму, но я переместила клинок, перекрывая ему путь.

— Отойди от стены.

— Через минуту здесь будет Гектор.

— Тогда отвечай быстрее.

— Вы уже решили поверить посланию?

— Его оставила женщина, тело которой я ношу. Она знала моё имя за триста лет до моего появления и сумела сохранить слова после рассвета. Это больше доказательств, чем ты предоставил за всё время нашего союза.

Сайлас перевёл взгляд на надпись.

— Рута знала, что в её теле появится другой человек. Возможно, она знала имя. Но мы не понимаем, когда сделана эта запись и что означают её слова.

— «Не доверяй человеку» допускает много толкований?

— Она могла говорить обо мне. О Мероде. О Гекторе. О любом, кого вы попытаетесь спасти.

— В городе только одного человека каждое утро выводят на казнь.

— И только одного дракона вы уже освободили. Предупреждение могло относиться к следующему выбору.

Его спокойствие раздражало сильнее оправданий. Я ожидала, что Сайлас станет убеждать меня, напомнит о коридоре, ловушке и террасе, где остался рядом перед гибелью города. Он ничего этого не сделал.

— Ты даже не пытаешься доказать, что Рута солгала, — сказала я.

— Потому что не знаю, лгала ли она.

— Прекрасный ответ.

— Честный.

Решётка поднялась ещё на несколько пальцев. Один из стражников лёг на мостовую и попытался заглянуть под неё. Сайлас опустил капюшон, однако мужчина успел заметить край его плаща.

— Они здесь! — крикнул он.

Гектор приказал принести рычаги.

Сайлас посмотрел на проход между мастерской и подпорной стеной. Там не было выхода, кроме узкой канавы, по которой вода уходила под каменную кладку.

— Нам нужно двигаться, — сказал он.

— Куда?

Вместо ответа он указал на предупреждение. Под последним словом проявилась тонкая серебристая черта, которой не было мгновение назад. Она изгибалась, образуя маленький прямоугольник с тремя точками по краю.

Изображение вызвало странное ощущение. Я не узнавала символ, но тело отреагировало раньше мысли. Пальцы крепче сомкнулись на рукояти, во рту появился привкус железа, а перед глазами на одно мгновение возникло высокое окно с тремя круглыми вставками.

Я моргнула. Видение исчезло.

— Что это? — спросил Сайлас.

— Комната.

— Вы её вспомнили?

— Я никогда там не была.

— Рута была.

Я снова посмотрела на символ. Высокое окно, узкая полоска света на полу, зеркало в тёмной раме. Образы не складывались в полноценное воспоминание, однако направление я чувствовала ясно.

— Во дворце есть старое северное крыло, — сказала я. — За галереей с мозаикой чёрного солнца.

— Там находились первые комнаты Руты.

— Ты их видел?

— Один раз, до суда. Позже она перебралась ближе к ритуальному залу, а северное крыло закрыли.

— В тех комнатах было зеркало.

Сайлас замер.

— Откуда вы знаете?

— Не знаю.

За решёткой заскрежетал металл. Створка поднялась до колена, и два стражника протиснули под неё копья.

Сайлас схватил деревянный стол, стоявший у стены мастерской, и опрокинул его перед проходом. Наконечники ударились о доски.

— Если сообщение ведёт в комнаты Руты, там могут быть ответы, — сказал он. — Идём во дворец.

— Через половину города, заполненного стражей?

— Под городом есть старый водный путь. Он выходит к северному крылу.

— Откуда ты знаешь?

— Рута провела меня им на нашу последнюю тайную встречу.

Ещё одна подробность, которую он не счёл нужным открыть раньше.

— И после этого вынесла приговор?

— Через три дня.

— Значит, предупреждение становится убедительнее.

Сайлас не возразил. Он подошёл к канаве, опустился на колено и провёл ладонью по внутреннему краю. Под слоем песка обнаружилась металлическая скоба.

— Помогите.

Я осталась на месте.

— Агата, — произнёс он, — у вас есть право подозревать меня. Есть право прекратить союз. Но если Гектор схватит нас здесь, Мерод получит клинок, вернёт меня в цепи и закроет доступ к этому знаку. Решить, кому верить, вы сможете после того, как найдёте доказательства.

— А если ты ведёшь меня в ловушку?

Он посмотрел на ритуальное оружие в моих руках.

— Тогда у вас останется клинок.

Сайлас вытащил из-за пояса короткий меч.

Я не видела, когда он успел подобрать его. Вероятно, оружие принадлежало стражнику, которого мы обошли у решётки после побега с помоста. Узкое лезвие не имело украшений, рукоять была обтянута тёмной кожей.

Сайлас развернул меч остриём к себе и протянул мне.

— И это тоже.

Я не взяла оружие.

— Зачем?

— Ритуальный клинок связан с вашей рукой и может подчиниться Мероду. Этот меч не связан ни с кем.

— Ты останешься без защиты.

— Если надпись говорит обо мне, вам понадобится возможность остановить меня.

— А если не говорит?

— Тогда меч всё равно полезнее у человека, который не способен отрастить когти.

На его пальцах на мгновение проступили тёмные чешуйки. Сайлас мог защищаться силой дракона, но после