(не) Сладкая жизнь для попаданки - Анна Митро Страница 16

Значит, нужно скорее смотреть, что у меня на грядках, а дней через пять, если тут все так быстро спеет, то идти к нему, договариваться о поездке в город. Хотя… Куда я тороплюсь? Ведь не факт, что у меня все станет так же расти, как у прабабки. Ведь она явно использовала магию, о которой я ни сном, ни духом. И что там баба Дока не говорила, никаких проявлений дара или как это назвать, у меня пока не было. Ни дома, ни здесь. Может, и вообще у меня его нет?

— В смысле нет, дурная! — взвизгнул рядом со мной Федя, напугав до полусмерти. Я, похоже, все это произнесла вслух. — Если бы не было, то дом бы тебя не принял, и ты бы со мной говорить не смогла! Тьфу! Скажешь тоже. Хватит размышлять! Иди, дела делай, а потом учись!

Я покосилась на рассерженного домового, отдышалась и пошла готовить нам еду на обед и ужин.

Мясо оказалось чистейшей вырезкой, само по себе жирненькое, но без жилок, резалось как по маслу. Вот только сразу мелкие мясные кубики на сковороду я отправлять не стала. Хоть и не в печи жарить, а на тепловом камне рядом, который работал с помощью магии или волшебства, не знаю уж точно. Но я пока не знала, как мне им управлять, потому в роли «поджига» был Федя. И как он станет регулировать температуру — не понятно. А кубики маленькие, прожарятся моментально, мне же нужно было время на лучок и морковку. Тем более, терки тут не было, и последнюю пришлось мелко-мелко нарубать.

И вот уже зашкварчило на сале, так как масла подсолнечного тоже нигде не обнаружилось, мясо, приобретая золотистую корочку, рядом в кастрюльке закипела «гречка», а паучок блаженно закатил глазки, принюхиваясь. Я же подождала немного, забросила к мясу лучок с морковкой и полезла в ящик с приправами, и досыпала понемногу соли, душистого перца, кориандра, паприки и тимьяна. Подержала немного на огне, а потом пересыпала в крупу с оставшейся водой и поставила кастрюлю на печь, томиться.

— Федя, ты пригляди, я пойду пока кусты обстригу, — тот только на мгновенье прервал созерцание кастрюли на печи и отмахнулся лапкой, мол, иди, без тебя разберусь.

Подумав некоторое время, через какую дверь выйти, я все же решила использовать парадную. Прихватила на кухне ножницы-секаторы, корзину для веток, которые можно использовать дома, и вышла на улицу. Солнце уже не то, что грело, оно пекло. Да так, что в нагретую мгновенно голову пришла мыль о косынке.

Но время я терять не стала, достаточно быстро обстрогала молодые маленькие «веточки» и отложила их на варенье, те же, что покрупнее отложила в сторону. С ними и ванну принять можно, и в баньку к бабе Доке напроситься. Единственное, что сделала я это все на уровне своего роста. Чтобы добраться выше, мне нужна была лестница, или табуретка. Хотя нет, с табуретки я точно грохнусь, лучше стремянка. Интересно, здесь их делают?

Так и нашел меня плотник, зависшей с секатором в руках в размышлениях, как добраться до верха кустов.

— Доброго денечка, Варя! — радостно пробасил он, а я подпрыгнула на месте и уронила ножницы, хорошо хоть не на ноги. А то они так классно воткнулись… В землю. — Что там интересного нашла?

— Да вот, думаю, как добраться. Мне бы лестницу…

— И то верно, — мужчина поскреб подбородок и хитро улыбнулся. — Урожай-то у тебя тоже частично наверху. Ну-у-у, с этим я тебе подсоблю за пару медяшек сверху. Будет тебе лестница! Одно только, не знаю, успеется ли до заката али нет, а мне бы в город вернуться.

— Да мне днем раньше, днем позже не суть важно, так что я согласна, — тут мы пожали руки, и он приступил к работе с калиткой. Я же, прихватив корзину и охапку на веники, отправилась в дом. — Ой, кстати, мне же не просто лестница нужна, а раскладная, ну, чтобы устойчивая была, когда прислонить некуда. Ведь одно дело яблоня, а совсем другое тот же можжевельник.

— Да как скажешь, хозяюшка, веничком одаришь? — он посмотрел на зеленую охапку в моих руках. — Слышал, что от таких польза…

— Для суставов и кожи хороши, да, — кивнула я. Мне не было жалко отдавать, там еще сверху нарезать про запас можно, а хорошее отношение оно дорогого стоит. — Я тебе свяжу его, но дома нужно будет обязательно промыть ветви и просушить, а потом снова перевязать. Сейчас в том смысла нет… Пока доедешь он запылится.

— А то, но лучше пыльная, сухая и вытоптанная дорога, чем грязь вязкая после дождя, — захохотал плотник и занялся, наконец, работой.

Дома исходящий слюной Федя уже почти сам сидел на печке. Вот уж не думала, что пауки такое едят, да и вообще так могут. С другой стороны, Федя же не настоящий паук, а домовой.

— Варвара, когда она уже будет готова? — накинулся он на меня, стоило мне войти на кухню.

— Уже, сейчас поедим, — я и сама уже чувствовала, как кружится голова от голода, все-таки уже даже время обеда прошло.

Федя же вдруг встал на задние лапки и стал меняться, тельце ужалось, в него втянулась половина лапок, у головы появилась шея, и вскоре он стал этаким мохнатым человечком. Черным мини-йети.

— А что? — выдало это чудо-юдо. — Мне есть так удобно! — и уселся прямо на стол, устроив между нижних конечностей тарелку. Я же решила, что для моей психики лучше, если воспринять это как данное и абсолютно нормальное.

Каша получилась потрясающей, мясо просто таяло во рту, и какое-то время мы молча уплетали ее. Но когда ложки застучали о донья тарелок, домовой прислушался. На улице что-то стучало. Мерный такой звук: тук-тук-тук, потом передышка и снова тук-тук-тук.

— Мирток бревна в землю вгоняет, на которых калитка держаться будет, — пояснила я маленькому другу и он успокоился. — Я сейчас на огород. Помоешь посуду? — да-да, женщина не посудомойка, а домовой вполне. Он только вальяжно кивнул и, сыто икнув, отлеветировал тарелки в рукомойник.

— Иди, занимайся хозяйством. Кашу я в погреб сам спущу, — после такого царственного жеста быстренько встала из-за стола. А вдруг передумает?

И сначала вышла к плотнику, чтобы предупредить, что буду за домом в саду, если вдруг возникнет вопрос, а заодно вынесла ему два веника. А что? Лучше сразу, или потом забуду, и человек обидится.

В сад я пошла через дом, чтобы закрыть парадную дверь. Мирток-то и через коридор в можжевельнике пройдет и меня найдет.

В воздухе