Неугодная хозяйка драконьего поместья - Наталья Гордеевская Страница 16

— Всё сказала? — мужчина явно не впечатлился моей тирадой.

Я кивнула, слегка подрастеряв энтузиазм, но не желание послать его подальше с его странными закидонами.

Ну сколько можно терпеть этот детский сад? Мы же взрослые люди, и пора, наверное, как-то договариваться!

Хмуро глядя на герцога, я ждала, что он придумает на этот раз. Не сомневаюсь, это снова будет нечто из ряда вон.

И я ничуть в этом не ошиблась.

Он посмотрел на меня снисходительным взглядом, особенно задержавшись на месте предполагаемой метки и выдохнул:

— Если метка есть, то я могу тебя с этим только поздравить.

Что, и все? Я невольно сглотнула, не торопясь расслабляться.

— Только теперь, — продолжил он вкрадчиво, — ее нужно пробудить…

Нянюшка позади меня что-то едва слышно проворчала, а курица перевела взгляд на герцога.

— Это тебе манускрипты нашептали?

Тот коротко кивнул.

— Тебе бы тоже не помешало вспомнить их содержание, потому что наш драгоценный ключ понятия не имеет, как пробуждать метку.

Я на всякий случай огляделась. А вдруг как он имеет в виду не меня?

Жаль, другой козы отпущения не нашлось.

— То есть в манускриптах не указаны подробности этого самого пробуждения? — уточнила я.

— Они писались сотни лет назад оракулами… — вздохнул Винсент, — а их слова интерпретировать очень сложно.

— Так может вы и про метку неправильно интерпретировали? — встряла нянюшка.

Герцог сверкнул на нее глазами.

— Я единственный, кто может их понимать, так что умолкни.

Нянюшка обиженно притихла. Герцог — не демон, ему палец в рот не клади — откусит по локоть.

Оракулы какие-то еще, как будто мало мне курицы с туманом в яме. Не считая спящих драконов и несносного герцога.

— Странно, что оракулы самое интересное решили не рассказывать в этих ваших манускриптах, — нахмурилась я. — Или вы всё это выдумали, чтобы выгнать нас отсюда?

Если бы герцог умел убивать взглядом, то я бы рухнула, как подрубленное дерево.

— А ты проверь, — ехидно отозвался он. — Не пробуждай метку и посмотри, что будет. Только потом не жалуйся!

Я скрипнула зубами. Сам он явно не станет идти навстречу, так и будет говорить загадками и пугать последствиями.

Видимо, придется мне.

— Давайте поговорим как взрослые люди, — выдохнула я. — Это же и в ваших интересах, чтобы я заперла драконов. Так помогите мне!

Герцог полыхнул на меня взглядом.

— А если эта метка пробудится под светом полной Луны? — встрял Матильдергон. — Луна ведь мощный магический артефакт! Что скажете?

Я задохнулась от возмущения. Это он мне предлагает ночью скакать во дворе с задранной юбкой и ловить лунный свет пятой точкой??

Герцог с интересом взглянул на меня, интригующе приподняв бровь.

— Когда решишь попробовать, дай знать, — вкрадчиво произнес он. — Ни за что не пропущу такое зрелище.

И это герцог? Титулованная особа? Скорее уж особь...

Нянюшка обрушилась на курицу в праведном гневе:

— Ну ты и бесстыжая же рожа! Сам, значит, по ночам полуголый прыгаешь, еще и девочку приличную подбиваешь! А ну иди сюда, что-то мне супчика куриного захотелось!

Она растопырила руки и бросилась на демона, но тот оказался шустрей.

— Я просто предложил! — Матильдергон вспорхнул на шкаф под потолком. — Не обязательно сразу угрожать, что вы за люди такие?

Герцог надменно наблюдал за происходящим.

— А если спросить у какого-нибудь оракула, — размышляла я вслух. — Они же должны как-то понимать друг друга. Может, будет толк?

— В соседних землях живет один, я слышала, — подала голос нянюшка, злобно поглядывая на курицу под потолком. — Соседка говорила, что ездил к нему кто-то, про будущее спрашивал. И все сбылось!

Мы одновременно уставились на герцога. Тот заподозрил неладное и нахмурился.

— Даже не думайте, — холодно произнес он. — Если вам нужен оракул, то езжайте к нему сами. Я вам помогать не собираюсь.

— Но почему? — опешила я. — Разве вы хотите, чтобы драконы проснулись? Сами же говорили…

— Хватит! — герцог отмахнулся от меня, как от надоедливой мухи. — От тебя одни проблемы. Драконы не проснутся, если тебя здесь не будет! Так что где выход знаешь!

Он смерил меня злым взглядом, развернулся и вышел, с силой хлопнув дверью.

Хрустальная люстра на потолке жалобно звякнула и рухнула мне под ноги, разлетаясь на кусочки.

— Вот и поговорили, — вякнул Матильдергон со шкафа. — Только разозлили. Теперь ждите, когда остынет.

— Пойду я, — нянюшка неловко протиснулась на кухню, — вспомнила, что семян с рынка принесла, надо разобрать и посадить хотя бы. Увидит герцог, что огород в порядке, и сразу оттает.

Меня трясло от злости. Как этот Винсент, драконы бы его задрали, смеет вести себя так, будто я здесь из милости? Это мое поместье, а не его, документы-то у меня!

Остаток дня все занимались своими делами.

Няня с удовольствием копалась в грядках, Матильдергон путался у нее под ногами, а я отмывала оставшиеся комнаты. Когда руки заняты делом, то не хочется думать о плохом.

Ночью я проснулась от того, что в ногах кто-то копошился.

— Не визжи, это я, — прошептал демон, — неспокойно мне во дворе, с тобой останусь. Подвинься немного.

Матильдергон пытался свернуться в клубок, будто он большая кошка. Рога только мешали, и куриные ноги свисали с кровати.

Что могло его так встревожить? Он же демон!

Я осторожно выглянула в окно и чуть не закричала. Во дворе клубилось нечто темное, будто черный дым. И из него на меня смотрели жуткие красные глаза.

20

— Это тот туман вылез? Мося? — шепотом спросила я у демона, чувствуя, как коленки начинает потряхивать. — Что ему надо? Жуть такая!

— Голодный, наверное, — пожал плечами Матильдергон, — вот и отправился на поиски чего-нибудь вкусного. У меня самого от него мурашки по рогам скачут.

Острый приступ жалости кольнул в груди. Мося хоть и страшный, но живой. Кушать хочет, бедняжечка…

Я быстро спустилась на первый этаж и сгребла все, что попалось под руку. Не знаю, чем кормят такую скотину, так что придется выяснять опытным путем.

Демон с интересом наблюдал, как я открываю окно и задумчиво стою над остатками ужина.

— Скорлупу предложу, — решила я, — кальций как-никак. Вдруг понравится?

Туману не понравилось. Он с интересом заклубился вокруг белоснежных скорлупок, но потом оскорбленно затрясся, и в жутких красных глазах заплескалась обида.

Ах ты ж, какой ранимый!

На горбушку краюхи и кусок ветчины Мося набросился с энтузиазмом. Кажется, он даже урчал, как довольная кошка, аппетитно чавкая. Куда именно в него проваливалась еда, я предпочла не задумываться.

— Хорошенький какой, — с умилением протянула я, бросая Мосе очередную порцию. — Изголодался, маленький.

Демон покосился на меня: