Смертельная жара - Патриция Бриггз Страница 16

Анна фыркнула.

— Они сами заперлись. Я не знаю, кто заколдовал вашу маму и почему. Может быть, она сможет помочь с этим, когда…

— Ты боишься сказать, что если она… — он не закончил фразу.

— Все может пойти не так, — признала она. — Многие люди не справляются с изменением. Но у вашей мамы есть мужество и сила воли. Она боролась, чтобы защитить вас. По-видимому, она могла сдерживать заклинание, причиняя себе боль. Вот почему она была вся в порезах и почему ударила себя ножом, прежде чем сказать тебе забрать детей в комнату.

— Но она справилась, — настаивал Макс. — Почему они просто не вызвали скорую? Зачем ее изменять?

— Она спасла вас, — согласилась Анна. — Но нам потребовалось слишком много времени, чтобы добраться сюда. К тому времени, как Чарльз нашел ее, она умирала от потери крови.

Он сглотнул.

— Мама умирает? — спросила Маки.

«Черт возьми, — подумала Анна. — Я забыла, что малыши подслушивают».

— Я думала, она превращается в оборотня, как Анали Хостин, — сказала Маки. — Она умирает как миссис Гловер. Умереть — значит, исчезнуть навсегда. — Ее голос задрожал.

Младший брат заметил это и заплакал.

— Миссис Гловер была милой. Я любил миссис Гловер. Она давала мне конфеты.

Макс выглядел ошеломленным.

Анна собралась с духом и вымолвила:

— Я не знаю, кто такая миссис Гловер, но ваша мама сильная. Братец волк сказал мне об этом, а он никогда не лжет.

— Кто такой братец волк? — спросил Макс.

Анна не собиралась говорить посторонним о братце волке. Его присутствие смущало людей, даже тех, кто веками были оборотнями.

— Он большой волк, — сказала Маки. — Тот, кто заставил Анали Хостина слушаться.

Анна склонила голову набок, глядя на маленькую девочку, от которой пахло ведьмой от рождения и к тому же наблюдательной.

— Это был Чарльз, муж Анны, — подсказал Макс.

— Вы оба правы, — сказала она. — Это были Чарльз и братец волк.

— Ты зовешь своего мужа братцем волком, когда он в волчьем обличье?

Анна решила, что обсуждение технических вопросов снизит эмоциональное напряжение и, возможно, даст детям полезную информацию. Чарльз не будет возражать, ведь братец волк не был секретом.

— Нет, — сказала она. — Я зову Чарльза Чарльзом. И я зову братца волка братцем волком. Это не имеет никакого отношения к тому, как они выглядят, или к тому, что у них одно тело на двоих.

— Я заблудился в эпизоде «Доктора Кто», — произнес Макс без тени юмора. — Объясни мне.

— У оборотней, — объяснила Анна, — внутри две сущности. Человеческая и волчья. Но волк не похож на настоящего волка, он гораздо злее. — Как сказать ребенку, что его мама станет монстром? Может, ей стоило лучше все обдумать перед тем, как открывать рот.

— Как Невероятный Халк, — задумчиво протянула Маки. — Милая мамочка и мамочка-оборотень. Мы не должны беспокоить Анали Хостина, когда он сердится.

Анна мгновение смотрела на нее.

— Именно. Большинство оборотней пару лет учатся контролировать волка, как Халка.

— У прадеда тоже был братец волк? — спросил Майкл.

— Я не знаю, — ответила Анна. — Большинство оборотней не считают себя двумя сущностями в одном теле, в отличие от моего мужа. Но он родился оборотнем, и это во многом сделало его необычным. Для него его волк — это отдельное существо, которое живет вместе с ним внутри его тела.

— Я думал, что ген оборотня не передается по наследству, — сказал Макс. — Кейдж не оборотень, и Джозеф тоже, хотя отец Джозефа — оборотень.

Анна кивнула.

— Ты прав. За исключением случая с Чарльзом. Его матерью была женщина из плоскоголовых, из племени салиш, мудрая женщина, владеющая собственной магией. Женщины-оборотни не могут иметь детей, но она все равно решила родить. — Как и я. — Она умерла, когда родился Чарльз.

— Я мог бы быть щенком-оборотнем, — задумчиво проговорил Майкл. — Тогда никто не смог бы украсть мои игрушки.

— Твое происходило давно, — нетерпеливо сказала Маки. — Не будь ребенком. Миссис Гловер заставила Джошуа вернуть тебе робота и извиниться.

Майкл выпятил нижнюю губу.

— Мне нравилась миссис Гловер. — На его глазах выступили слезы.

— Миссис Гловер была моей учительницей, — сказала Маки. — Я ей нравилась больше, чем ты.

— Заткнитесь, придурки, — огрызнулся Макс. — Оба заткнитесь.

— «Заткнись» — плохое слово, — напомнил Майкл, сдерживая подступающие слезы, чтобы указать старшему брату на его ошибку.

— Все равно просто заткнись.

Анна коснулась его руки.

— Кто такая миссис Гловер?

— Моя учительница, — всхлипнула Маки. — Она не вернулась, потому что умерла.

— Я ей очень нравился, — сказал Майкл, расплакавшись.

— А теперь мама умирает, — пробормотала Маки. — Все умирают.

— Прекрати, — жестко сказал Макс. — Просто прекрати.

— А где твоя учительница? — спросила Анна. Маки, может, и была достаточно взрослой, чтобы ходить в начальную школу, но Майкл — нет.

— В детском саду, — объяснил Макс. — Они оба туда ходят. Просто в разные группы. Маки пять лет, но она родилась в конце сентября, так что в следующем году она пойдет в школу.

— Значит, ваша мама уходит с работы, забирает детей и идет домой, верно? — спросила Анна.

— Верно, — подтвердил Макс. — Я прихожу домой примерно через час после них. Эй, Маки, мама была в порядке, когда забирала вас из детского сада?

Маки спорила с Майклом, но вопрос Макса заставил ее замолчать.

— Маки?

— Маки сидела в углу, потому что была наказана, — сказал Майкл. — Учительница злилась на нее, но мама — нет.

— Она злилась, — тихо произнесла Маки. — Когда она разговаривала с мисс Бэрд, она не казалась рассерженной, но когда мама разговаривала со мной в машине, она разозлилась. Она вообще не разговаривала со мной, а потом отправила нас смотреть телевизор.

— Это необычно? — спросила Анна.

Макс кивнул.

— Мама никогда не молчит. Моя бабушка постоянно молчала. Мама поклялась, что никогда не будет так поступать с нами. Если она злится, то кричит.

— Однажды она бросила в папу тарелку, — поделился Майкл. — Но тарелка упала на пол, а не на него. Потом он рассмеялся и убрал осколки. Я не трогал осколки.

— Она не пыталась попасть по нему, просто хотела доказать свою правоту, — поправил Макс. — Но да, мама шумная. Она не терпит молчания и не любит, когда дети смотрят телевизор в одиночестве.

— Полчаса в день, — сказала Маки. — Мы с Майклом смотрим шоу, если только мы не у дедушки. Там есть парк.

— Мама, Кейдж и я смотрим шоу вместе с ними, — добавил Макс. — Она бы никогда не отправила их одних к телевизору. — Он взглянул на Анну и слегка улыбнулся. — Особенно после того, как бабушка разрешила им посмотреть «Сверхъестественное». Майклу снились кошмары. Мама говорит, что не может контролировать, что они смотрят в доме