(Не) Любимая драконом. Во власти обмана - Любава Ливада Страница 15

За все время пока я живу здесь, в моей таверне не было ни одного серьезного разбирательства, стычки на ножах или потасовки. Но, этот путник настораживал. От него веяло особой магией и силой, которую я начала чувствовать освоив дар Мавры.

Снег на его одеждах начал таять, он опустил вниз повязку открывая прекрасное мужественное лицо с полостной царапиной на шее. Какое-то знакомое лицо. Будто бы когда-то я видела его раньше.

— Надолго вам нужна комната? — уточнила, убирая мешок с деньгами под прилавок.

— Да.

— Хорошо. Жилые комнаты наверху, — сказала я выходя из-за прилавка. Взгляд задержался на алом пятне крови на полу. Этот мужчина был ранен. Но какого характера ранение и почему он прибыл именно сюда?

— Вы ранены? Я могу вам помочь. Я травница.

— Не стоит, — фыркнул мужчина. — У меня есть все с собой. Мне нужна только горячая вода.

Я не стала спорить, но посмотрела на Рыжика и Мудрика, чтобы они были начеку. Мужчина слегка прихрамывая последовал за мной. Я открыла двери дальней комнаты и протянула ключи новому постояльцу. Он взял их, а я прошла вглубь комнаты. За это время мы провели, что-то по типу водопровода. Дождевая вода собиралась на крыше, потом распределялась по ячейкам. С помощью магии я могла ее нагревать. Поэтому, открутив краник и набрав воду я нагрела ее магией.

Когда вышла в основную комнату заметила, верхнюю одежду путника валяющуюся на полу и лежащие на постели мешки с одеждой и травами.

— Вода готова? — спокойно уточнил мужчина. А я ненароком бросила взгляд на его окровавленное пятно на животе.

— Да, — кивнула я. — Мне нужно знать ваше имя и нет ли у вас непереносимости какого-то продукта?

— Я всеядный. А зовут меня Микаэль.

Я удивилась услышав дворянское имя, но решила не акцентировать на этом внимание. И так было видно, что это не простой постоялец.

— Если вам понадобится помощь, моя комната находится внизу за прилавком.

— Спасибо, — сухо бросил мужчина и я ушла.

— Элара, о чем задумалась? Ты так странно смотрела на этого странника, — подметил Мудрик.

— Это не простой человек. Я могу ошибаться, но похоже, что это дракон, — озвучила свое предположение я, медленно спускаясь со ступенек. У меня уже был приличный срок беременности и лишняя перебежка по ступенькам давалась с трудом. Я радовалась, что Амина сегодня легла пораньше. Скрылась сразу у себя, когда Михаэль вошел в таверну. Я давно велела ей скрываться, убеждая что моя магия и мое положение — защитят меня от любых врагов, а она должна себя беречь.

— Откуда драконам взяться в нашей глуши? — недоумевал Рыжик.

— Его имя и мощь. Как он оказался здесь? — задумалась я, отодвигая стулья под столы.

— Так надо, — прошелестел ветер, — пришло время встретится ему с тобой.

— Что? — удивилась я ответу леса.

— Дракон должен запустить сердце дракона, — прошелестел лес, — он запустит сердце твоего ребенка.

— Но он может быть опасен. Рейхард…

— Он на твоей стороне. Не бойся, — ветер подхватил мои белые длинные пряди и, словно бы, ласково погладил по голове.

Я закрыла таверну и легла спать. Сон был неспокойным. Я видела отрывки детства Ливии. Последнее время они снились мне все чаще. У нее было прекрасное детство, любящие родители и семья. Все изменилось, в тот день, когда оракул указал на нее — ты истинная кронпринца.

Любимая дочь, возлюбленная парня земледела, была насильно выдана замуж и зверски взята собственным мужем драконом в первую брачную ночь. Ливия, которая берегла себя для любимого мужчины, не выдержала, всхлипнула прямо в постели, призналась в том, что испытывает сильнейшую боль, как физическую, так и душевную. Тогда она получила первую пощечину и была еще раз грубо взята кронпринцем драконом.

Она прожила в замке два месяца. Каждый день она молилась, чтобы муж позабыл к ней дорогу. Ей было больно. Он унижал ее и бил. Потом она узнала, что ждет ребенка. Наличие малыша в ее чреве стало менять ее, Ливия захотела поверить в то, что Рейнхард узнав о малыше изменится, станет к ней мягче. Но вместо этого она встретила свою смерть, которую подхватила я.

Эти страшные картинки воспоминания, собирающиеся в последние дни пазлами перед моими глазами, вызывали слезы и надежду, что все наладится и этот деспот-дракон никогда не найдет нас здесь. Как хорошо, что я рискнула и сбежала. Теперь у нас есть шанс.

Сердце немного екнуло, когда вспомнила о странном постояльце с драконьей кровью, но лес убедил меня в его честности, ну, что, я поверю ему, но при этом не стану забывать о защитных заклинаниях. Людям нельзя доверять, а драконам подавно.

Глава 18. Лес выстоит, а ты найдешь лазейку

Начались особо холодные дни, мела метель, казалось, что она не прекратится вовсе. Мы не выходили из таверны, греясь у печи.

Мы пригнали наших животных в дом. В сараях было недостаточно тепло, и мы боялись, что они могут замерзнуть или окончательно ослабеть. Работы добавилось, и теперь наша уютная таверна походила на хлев. Здесь пахло соломой и животными, но и к этому я быстро привыкла.

Подумать только, раньше мне казалось, что слишком быстрые перемены были в прошлой жизни, однако я ошибалась. Там у меня было время осознать происходящее, подстроиться под толпу. Сейчас же я зависела от погодных условий, интуиции и внешних факторов. В этом мире власть принадлежала сильнейшему, законы были не на стороне женщины и простого народа, всегда нужно было быть начеку. Но, похоже, я привыкла и к этому.

Первые дни наш странный постоялец спускался к нам только поесть. Делал он это молча и быстро. Мы с Аминой привыкли к этому странному человеку и уже вечером второго дня не обращали на него внимания, продолжая заниматься привычной работой.

На четвертый день мне пришлось подниматься к нему и просить, чтобы он усмирил свою лошадь. Метель не собиралась прекращаться, а дикий конь Михаэля, которого Амина с трудом затащила в холл таверны, пытался отвязаться. Мы накрепко привязали его к несущему столбу дома и боялись, что этот сильный зверь своим упорством сложит это строение как карточный домик.

Я настойчиво постучала в дверь. Через минуту мужчина открыл ее. Он стоял в одних облегающих брюках, без рубашки. Я залюбовалась его прессом и