Моё имя (СИ) - Анастасия Соболева Страница 134

— Бункер в земле. Железный люк с ручкой, засыпанный листвой и отходами. Переговорщик описывал вход в штаб именно так.

Какая же я всё-таки безмозглая идиотка! Почему не соврала?! «Переговорщик» ведь тоже мог сказать тебе не всю правду! Дура! Дура! Дура!

— Хорошо, я понял, — кивнул Лудо, чересчур уж удовлетворённо. — Готовьтесь, госпожа париса, мы отправляемся через минуту.

После этого он отошёл в сторону, дав нам с Сирилом возможность поговорить друг с другом наедине (не слишком ли Лудо сегодня заботлив?).

— Постарайся не ссориться с братом, ладно? — попросил Сирил, осторожно поправляя прядь, выбившуюся из общей кучи его шевелюры.

— Ладно, однако не забывай: это зависит не только лишь от меня одной.

— Лудо пообещал защищать тебя, и я уверен: он сдержит своё слово.

Внезапно я поняла, что ни с того ни с сего мой взгляд начал метаться между столь нежной улыбкой Сирила, заполняющей пустоту внутри аурой теплоты и заботы, и столь холодным, отталкивающим лесом, в который, уже через пару секунд, я должна была войти с одним только Лудо. Не понимаю, что именно произошло в тот момент (скорее всего, весь накопленный за сегодня шок дал знать о себе в одно лишь мгновение), однако, решение сказать следующие словаабсолютно точно было принято без моего на это согласия.

— Сирил, может, пойдёшь с нами?

Вот только… Больше всего меня удивил не вопрос, а ответ.

— Ты этого хочешь? В таком случае, я…

— Ну что, все готовы? Держитесь поближе ко мне, госпожа париса, и с вами всё обязательно будет хорошо, — прервал нас Лудо, не дав Сирилу возможность закончить.

И хорошо, что всё так случилось: водить за нос обоих было бы слишком сложно. Да и зачем я вообще вдруг сказала нечто нелогичное аж настолько? Похоже, что события последних месяцев ударили в голову слишком сильно, однако… Сирил был готов исполнить мою детскую прихоть без каких бы то ни было сомнений или раздумий — разве это не странно?

Перед тем, как мы с Лудо и ещё пятью эксилями окончательно отделились от общей группы, король спросил взволнованно и сомнительно: «Ада?», и я уверенно кивнула, как бы говоря: «Всё хорошо, не о чём волноваться».

В прошлый раз я была здесь глубокой ночью, однако даже тогда лес казался куда более приветливым и дружелюбным, чем сейчас, при дневном свете. Несколько раз я даже вздрагивала из-за чувства мнимой опасности отчего-то, следовавшего за мной по пятам. Сквозь сплошную листву изредка пробивались лучи солнца, однако, это не придавало никакой привлекательности данному месту, и лишь усиливало брезгливость внутри. За всю дорогу я не увидела ни одной белки, чему, по правде говоря, не сильно-то и удивилась: похоже, даже животные умнее Ната Орсона, раз понимают, когда можно показываться, а когда следует на время и умереть.

— Куда дальше? — спросил Лудо раз эдак в двадцатый.

— Налево, — ответила я, отлично осознавая, что убежище Ната лежит вдалеке по правую сторону.

Честно говоря, я думала, что Лудо будет проверять каждое моё слово и спорить с каждым моим решением, однако вместо этого, он исправно следовал всем инструкциям, как истинный паинька. Больше всего мне не нравилось именно это. Чувство, что я упускаю из виду нечто действительно важное, не отпускало ни на секунду, пока волнение с каждым шагом, отдаляющим нашу группку от «Красного пламени», становилось лишь только сильнее.

— Выглядите весьма взволнованной, госпожа париса. С вами всё в порядке?

— Да. Жаль, что лишь в те счастливые, однако, непродолжительные мгновения, когда вы, господин советник, не пытаетесь втянуть меня в глупые и столь бесполезные разговоры.

— Поверьте: я бы и сам этого с радостью не делал. Вот только, к моему величайшему сожалению, его величество приказал заботиться о вас, весьма ясно намекнув, что на сегодня моя жизнь пропорциональна вашей. Другими словами: умрёте вы — умру и я. Не сомневайтесь: если бы не это — уже давно толкнул вас прямиков в змеиное кодло.

Нет, здесь определённо что-то нечисто: слишком уж разговорчив и весел этот ублюдок. Что ты задумал, Лудо Девериус? Что сейчас происходит в твоей умной, но столь хитрой головке? Дай же мне хоть один, небольшой намёк на ответ! Такое чувство, что ты уже празднуешь победу. Неужели я где-то ошиблась? Чёрт побери!

— А? — под моими ногами слегка треснуло нечто, и мне пришлось зажать рот рукою, дабы подавить крик ужаса, рвущийся наружу.

Все остальные продолжали идти вперёд в указанном мною до этого направлении и долгое время не замечали отсутствия парисы в «дружной» кампании. Первым был Лудо: он состроил страдальческое выражение лица и, преодолев расстояние обратно в пару шагов, спросил с нескрываемой злостью в голосе: «Ну, что опять такое?»

— Мне нужно отойти.

— Куда это вдруг?

— В туалет, придурок! — разорвав зрительный контакт с королевским советником, я присела вниз и, сделав вид, будто освобождаю зацепившуюся за что-то кроссовку, спрятала в ладони столь сильно напугавшую меня вещичку.

Сказав Лудо и остальным ждать меня на этом же самом месте, я направилась к первым попавшимся на глаза кустам. Однако через пару секунд, высчитав десятипроцентную вероятность того, что Лудо может понять, чем именно я там занимаюсь, переместилась к следующим. Присев на корточки — как будто бы действительно хочу в туалет — я, наконец, разжала ладонь, до этого сжатую настолько крепко, что кончики ногтей врезались в кожу, словно пчелиные жала, и внимательно рассмотрела крошечный, чудом замеченный мною в горстке земли, предмет.

К сожалению, я не ошиблась: это действительно был жучок. Мой жучок — один из тех, которые я конструировала своими руками. Похоже, что в нём закончилась энергия и он не сумел долететь до указанной координатами цели. Однако как такое вообще возможно? Разрабатывая их, больше всего времени я потратила как-раз таки на то, чтобы дать жучкам возможность брать энергию от солнца, тем самым работая как своеобразный вечный двигатель. Если только…

— О, нет…

Дабы нажать на крошечную кнопку, больше напоминающуюкрупицу соли, чем рычаг, ставящий запись на проигрывание, я перевернула жучка и приоткрыла микроскопическое брюшко. «Пожалуйста, пожалуйста», — безмолвная молитва звенела в голове ударами колокола, пока я изо всех сил пыталась провернуть столь, на первый взгляд, нехитрое действие — пальцы дрожали, и