Мой любимый деградант - Лидия Орлова Страница 131

Я не вмешивалась, хоть помнила, что Лион говорил Тиму о результативности нашей пары. Хотелось только уточнить, откуда младший Найт об этом знает.

Слушая спорщиков, я не спускала взгляда с нашей палатки, возле которой стояли Тим и Лион и о чем-то продолжали говорить. Потом они коротко обнялись и разошлись, Лион направился в соседнюю палатку, а Тим вошёл внутрь нашей. Но через мгновение он выскочил и окинул взглядом пространство, освещённое светом от костра.

Взглядом Тим сразу остановился на мне. Даже показалось, что смотрел он прямо в мои глаза. Я направилась навстречу мужу, чтоб вместе с ним зайти в палатку. Я не хотела, чтоб он подходил ко мне и начал отчитывать при свидетелях. Тем более от серьезного, укоряющего или вообще безэмоционального тона Тима мне всегда становилось не по себе.

Тим, как ни странно, не начал ругаться сразу, а спросил, не хочу ли я ещё посидеть с сокурсникам. Я хотела поскорее оказаться с мужем наедине, чтоб спокойно выслушать Тима без свидетелей.

Но в палатке Тим опять-таки не стал говорить о моем ослушании, он предложил мне воду. И я выпила целый стакан, нервничая от предстоящих мне нравоучений.

- Еще хочешь пить? - Спросил Тим, когда я протянула ему пустой стакан. Я, кивнула, и Тим снова наполнил его для меня.

Сейчас я пила воду маленькими глоточками и сильно нервничала, репетировала в уме ответные фразы на упреки мужа.

- Лион сказал, что я тебя запугал, - неожиданно сказал Тим. Хорошо, что я только собиралась сделать следующий глоток и смогла просто отпустить руку со стаканом. - Он ругал меня и ...

Я подумала, что Тим пожалуется, что получил пару ударов от младшего, но рослого брата, но муж сумел меня поразить:

-... и, мне кажется, что Лион прав.

Тим забрал у меня из рук стакан с водой и, сделав большой глоток, отставил его в сторону.

- Сафира, я понимаю, что с тобой нужно быть нежным и заботливым. И тебе не место на Горе, будь у меня хоть ещё один человек в группе, дольше одного дня я бы тебя здесь не продержал. Здесь очень опасно для тебя. Но это не оправдывает мою... излишнюю строгость, поэтому я прошу прощения, что приказывал тебе и был иногда слишком резок.

Тиму неприятно было говорить это, но, наверно, слова брата о хорошей женской памяти и нашу мстительную натуру вынудили Тима извиняться.

- Я постараюсь дальше быть внимательным и не забывать, кто передо мной. - Вот они во все своем великолепии местные правила о главенстве в семье. Если бы ещё я сидела на троне, а Тим стоял передо мной, преклонив колено, картина полностью соответствовала бы кошмарам всех не глав семьи этого мира.

Но я хочу настоящую семью. Не жалкую на нее пародию, где Тим всегда помнит "кто перед ним", и ежесекундно боится задеть мое эго, ибо я глава семьи. Я хочу, чтоб между нами царила любовь, доверие и уважение. Ведь для нашей семьи будет лучше, когда Тим каждый день станет спешить с работы домой, чтоб отдохнуть от забот и приласкать тех, кто его встречает с искренней и радостной улыбкой. И тогда мысли об Армии или каком-нибудь другом месте, куда можно скрыться от давящих правил, не будут посещать Тима. И я, может быть, перестану бояться его потерять.

- Тим, ты уже забыл, кто перед тобой, - сказала я, и заметила, что и так серьезный Тим нахмурился и отпустил глаза к полу. - Тим, я твоя жена, а не Глава Принципата. И такой серьезный ты меня немного пугаешь.

Тим голову не поднял, но ямочки на его щеках заиграли.

- Тим, я больше всего на свете боюсь тебя потерять. Потому что тогда для меня пропадет смысл жизни. Ты же всегда будешь моим? - Спросила я мужа.

Тим, кивнув, без лишних слов просто обнял меня. И гладя меня по спине, тоже спросил:

- А ты всегда будешь моей, Сафира? - Я закивала. - Тогда все будет хорошо.

Конечно, было бы лучше, если Тим торжественно обещал любить и лелеять меня всю жизнь. Никогда не оставлять одну, и не слушать сладкие речи о свободе от рода и главы семьи. Но мне и от простых объятий с Тимом было хорошо и спокойно. Тем более, никто не обнимал так, как он. Вернее, ничьи объятия для меня не были бы такими уютными, согревающими даже душу.

А сегодня с утра Тим не стал мне приказывать, и что-то запрещать. Поэтому я вышла вслед за ним из палатки. Под открытым небом находились уже все обитатели лагеря. Я только сейчас заметила, что у Лиона в группе уже не осталось ни одной девушки.

Поэтому на площадке между палатками я привлекла к себе всеобщее внимание. А, может, дело было в том, что я ещё не успела расчесаться и собрать волосы в косу, и ветер развевал их, иногда пряди падали мне прямо на лицо. И приходилось рукой отбрасывать их.

- Отвели глаза! Все! - Тим не крикнул, но вздрогнула от самого его тона даже я. Он нервным движением задвинул меня себе за спину. А третьекурсники, мне показалось, сразу и не поняли, от чего должны отводить глаза, но от Тима спешно отвернулись все. Только Лион, стоявший в стороне, быстрым шагом приблизился к нам и встал между нами и своими адептами. Он закрыл нас с Тимом от своих подопечных и громким шепотом начал отчитывать старшего брата

-Тимир, ты зачем психуешь? Забыл, что не один в лесу?

- Я вижу, сколько здесь людей. - Низким голосом сказал Тим. - Нечего твоим неучам смотреть на мою жену. - Я, не ожидала, что Тим такой нервный из-за ревности, но мне стало очень приятно. А Лион возмутился ещё сильнее.

- Было бы на что смотреть! Она бледная,