Великолепие смерти - Рея Рейнуотер Страница 13

— Эм… извините, кажется, я ошиблась номером, — пробормотала я, разворачивая бумажку с именем и номером комнаты.

— Астория? — спросил он, отступая и жестом приглашая меня войти.

Я остановилась, вглядываясь в него с недоверием. Не может быть…

— Немо?

— Собственной персоной. — Он озорно улыбнулся, в его глазах горел жуткий, тревожный огонь. В моем сознании прозвенел тревожный звоночек — он выглядел так, будто был не из этого мира…

Как Смерть.

— Тебе нужны твои бумажки или нет? — рявкнул он, внезапно схватив меня за рубашку и втащив внутрь, захлопнув за мной дверь.

— Ага… — пробормотала я, все еще пытаясь поднять челюсть с пола, и шагнула в его странное пространство, заставленное мониторами и техникой, которой я никогда раньше не видела.

Он проигнорировал меня, указывая на стул в углу тесной комнаты. На нем были навалены коробки из-под пиццы, и на открытой крышке одной из них лежал наполовину съеденный кусок пепперони.

— Можешь убрать их со стула. Возьми кусочек пиццы, если хочешь. Ты любишь ананас? В этот раз они забыли его добавить.

Я посмотрела на него, затем взяла коробку и переставила ее на заваленный стол передо мной. Щелчком пальцев ананас волшебным образом появился на пицце.

— Лучше не спрашивай, — сказал Немо, плюхаясь на изношенный диван и вытаскивая кусок из коробки. — Итак…

— Итак…

— С. хорошо о тебе отзывается.

Я фыркнула, он, должно быть, лгал. Слышать, как кто-то говорит о Смерти так, будто он был больше, чем просто призрачным знакомым, казалось странным.

Немо выпрямился, сузив глаза с самодовольной ухмылкой.

— Ты права, он говорит это только когда пьян.

— Пьян?

— Так, твои новые бумажки вон в той сумке. Но ты пришла не за этим, — сказал он, игнорируя мой комментарий.

За несколько минут, что я здесь пробыла, Немо вызвал у меня умственное потрясение. Его мысли постоянно менялись, ускользая из моей хватки, как песок сквозь решето. За его мыслями было невозможно угнаться, но при этом в них чувствовалась странная продуманность. Его внешность была своеобразной, как у большинства мальчишек-подростков: неловкие конечности, острые локти и безосновательная уверенность в себе. И все же он говорил как недовольный мужчина в три раза старше, его тон был дерзким и нетерпеливым.

— Извини, — ровно сказала я, сложив руки перед собой, — но, должно быть, я ошибаюсь. Кто ты такой?

Он поднял бровь.

— Я…

— Ты тот, с кем я переписывалась последние сорок три года?

Он ухмыльнулся, явно забавляясь.

— Сорок три, ага. Харбор-Спрингс, ох, — он сделал драматический выдох, глаза сверкали озорством. — Та еще была заварушка.

Я не вспоминала о Харбор-Спрингс десятилетиями.

— В любом случае, я подумал, что пришло время нам встретиться… — Он сделал паузу, чтобы издать ужасный чавкающий звук, всасывая тягучий сыр с пиццы, жир стекал по его пальцам.

Я подавила желание отшатнуться.

Расстегнув сумку, я просмотрела документы, которые он подготовил. Мое новое имя. Моя новая жизнь.

— Почему сейчас? — спросила я тихо, но твердо.

Он не ответил сразу, просто откинулся на обветшалый диван с выдохом.

— Все меняется. Может, это ничего не значит. А может, я наконец-то сдаюсь. Можешь назвать это любопытством.

— Любопытством, — повторила я, больше себе, чем ему.

Он вытащил папку из шаткой стопки рядом с ним и бросил ее мне, оставив разводы на обложке. Я поймала ее натренированной рукой, подавляя рефлекторную гримасу.

— Что это? — спросила я.

— То, о чем ты просила. Информация о твоей… проблеме.

Я начала открывать ее, но Немо издал резкий звук, рванувшись вперед и прижав свои жирные руки к моим.

— Не здесь. У тебя будут вопросы, а у меня нет ответов. Так что… позже.

— Ты сказал, что это невозможно.

Он снова откинулся, подняв руки в притворной капитуляции.

— Я знаю, что сказал тебе, Астория. Но я передумал. И это лучшее, что я могу сделать. Бери или оставляй.

— Ладно…

Он кивнул один раз и откусил половину еще одного куска пиццы, едва обращая на меня внимание, пока телевизор громыхал на заднем плане.

Я просмотрела остальные документы, изучая детали — мое новое удостоверение личности, учетные данные, фальшивый адрес, резюме — пока не наткнулась на маленький конверт, засунутый в мой паспорт. Я открыла его, остановившись, когда увидела удостоверение с моим настоящим именем.

— Это что такое? — резко спросила я. — Астории Девлин Темпест больше не существует.

— Предосторожность, и все, — ответил он, пожав плечами, его глаза не отрывались от телевизора. — Если все пойдет наперекосяк, оно может тебе понадобиться.

Вместе с удостоверением личности там был дополнительный паспорт, свидетельство о рождении и все остальное, что мне нужно, чтобы вернуть личность, стереть которую я пыталась целое столетие.

— Если все выглядит нормально, можешь идти, — добавил он, небрежно указывая на теперь уже открытую дверь и неприветливый коридор с мерцающим светом за ней.

Мой гнев шевельнулся — скорее от абсурдности всего этого, чем от злости.

— Ты мог бы попросить кого-нибудь доставить это на мой домашний адрес. Или организовать обычный обмен. Вместо этого ты вызываешь меня… сюда.

— И ты здесь, не так ли? — легкомысленно ответил он, хватая ноутбук с пола. — Неважно как.

Я вдохнула через нос.

— Что это за место?

— Ничто, — отрывисто сказал он.

Я уставилась на него.

— Я здесь едва ли пять минут, а ты уже выпроваживаешь меня?

— Ага, пожалуйста. — Он сделал прогоняющий жест, даже не глядя на меня. — У меня через пять минут созвон с Пентагоном.

— …с Пентагоном? — спросила я, подняв бровь.

— Я не помню, чтобы заикался. Пожалуйста, Астория — дверь там.

Я не могла решить, был ли Немо откровенно грубым или просто странным. Возможно, и то и другое. Он больше не удостоил меня взглядом, пока я собирала свои вещи и выходила, дверь за мной захлопнулась, эхом разнося небрежное прощание.

Я бормотала себе под нос, чувствуя, как сумка давит на плечо сильнее, чем должна, пока я шла по коридору. Когда прибыл лифт, что-то было… не так.

Исчез плюшевый красный ковер из холла, сменившись холодной, стерильной плиткой. Стены в теплых тонах, когда-то украшенные богатыми светильниками, теперь были однородно-белыми, безжизненными.

Я шагнула внутрь, медленно поворачиваясь. Дверь Немо была закрыта. Коридор позади меня уже стал незнакомым. Воздух дрогнул, всего на мгновение, как жар, поднимающийся от тротуара. Картинка исказилось по краям, сцена менялась. Магия.

Или как бы мы ни называли вещи, которые невозможно объяснить.

Вдавив большие пальцы в кнопки, я пожелала, чтобы двери закрылись. Когда они закрылись, я отступила к зеркальной