Биатлон. Мои крылья под прицелом - Анастасия Разумовская Страница 13

Она вообще нормальная? В этой академии хоть кто-то нормальный имеется? И как мне отреагировать? А… никак. Я хмыкнула:

— Нет, спасибо. Вы очень любезны, Росинда, дочь своего отца, но золото мне не нужно.

Потому что мне ноги нужны, а их ни на какое золото не купить.

— Да она в глаза его не видела! — рассмеялась Валери. — Рос, ну… право, ты чего? Это ж пустышка. Она и серебро только в храме созерцала. У них там жизнь тхарга медяков десять стоит.

— Послушай, — снова заговорила упрямая Росинда, — ты глупа, я понимаю. Но…

И в это время дверь распахнулась, ударив меня по лопатке. В кухоньку заглянуло улыбающееся лицо рыжика.

— Ну, красотки, марш. Мы вас ждём на улице. И да… Рос, кончай веси подрывную деятельность.

— Отвали, — прошипела Росинда, гордо прошла мимо него и демонстративно встала, скрестив руки на груди. — То, что ты бессердечное чудовище, Аратэ, все давно поняли. Ты за золотой родную мать продашь, а ради выгодной сделки и собственную дочь не пожалеешь!

— Ошибаешься.

У рыжика сделалось такое печальное лицо, что мне почти стало его жаль.

— Как ты могла подумать, что я продам мать за золотой, Рос? Ты мне делаешь больно.

Росинда тоже растерялась. Кажется, это была добрая девушка.

— Извини…

— Не меньше, чем за тысячу. Я не мог бы настолько продешевить, — подмигнул ей Аратэ и вышел из хижины.

— Шут, — проворчала Рос и сдёрнула с вешалки алый комбинезон.

Рыба. Её значок — рыба. Валери тоже принялась одеваться, её знаком было солнце. Вот тут бы я поспорила. Напыщенная и холодная красотка, как мне кажется, больше похожа на мечту рыболова. Значит, мой значок — нога. Гм. Ну, логично. Спасибо, Литарсий, что не даёшь забыть о поставленной цели.

Меня приятно порадовало, что комбинезон сел по фигуре идеально. Что ж, будем жить.

Лыжи обнаружились в маленьком чуланчике, дверь туда открыла Валери. Я снова подождала, пока девчонки разберут бегунки. Вообще-то, в биатлоне лыжи это кормилицы. Как, собственно, и ружьё. Специалист смазывает их накануне соревнования смесью фтора и воска, полирует утюгом, чтобы лучше скользило. А здесь, получается, не так? А как же сцепление? Сила трения и…

Бережно взяв сине-золотых красавиц, я аккуратно понюхала их, провела пальцем по скользящей поверхности. Нет, всё хорошо. Уж не знаю, магией они их обрабатывают или специальным составом, но нареканий у меня не возникло. Я прихватила серебристые палки и вышла наружу.

По голубому, режущему глаз небу, скупо просыпая снег, гуляли овцы облаков. От сверкания склонов стало больно глазам, и я опустила со лба очки из жёлтых стёкол. Встала на лыжи. Сердце билось, словно сумасшедшее. Мне это точно не снится? Точно?

Ветер морозит щёки, ноги давят на упругость лыж, и эти палки в руках… Оно того стоило. И стоит. И пусть, и плевать на команду мажоров, и на странности местных порядков, на зловещего мага-магистра вообще.

Я — на лыжах! Передо мною — снег. Горы. Ветер.

Мне хотелось заорать, рвануть в белоснежное сияние, ощутить скорость и то особенное чувство, которое всегда захватывало меня целиком на состязаниях. Чувство раскрывшихся за спиной крыльев. Как будто ты больше не человек — птица в небе.

— Харлак первым, я — замыкающим, — приказал Эрсий.

— Да что ты говоришь? — съязвил Аратэ. — Ты теперь наш командир? А я и не знал.

Валери фыркнула строптивой лошадкой. Росинда рассмеялась и тряхнула головой.

— Почему нет? Эрс куда толковее тебя.

— Хочешь, можешь замкнуть ты. Нет — поехали. Нам до трассы надо добираться и маршрут пройти раньше, чем солнце сядет.

Слова Эрсия мне показались разумными. Ну, хорошо хоть трасса у них всё-таки есть.

— А ружья нам выдадут? — кротко поинтересовалась я.

Харлак хотел было ответить, открыл рот, но передумал и отвернулся.

— А зачем тебе? — полюбопытствовал Аратэ.

— От тебя отстреливаться, — огрызнулась Росинда.

Рыжий рассмеялся. Харлак молча упёрся в снег палками, оттолкнулась и покатил по насту, прокладывая нам лыжню. За ним — Валери, Росинда. Аратэ сделал мне приглашающий знак, а потом последовал за мной, и какое-то время я «наслаждалась» его весёлым свистом. А затем просто отдалась вихрю чувств и эмоций.

Я снова работаю! Я снова…

Эти мысли гуляли по кругу, переполняя душу счастьем. Замёрзшие губы ломала улыбка. Я в работе. Ноги чувствовали себя нормально, но это не удивляло — на спуске-то… Как буду подниматься, я даже не думала. Как-нибудь. Потом.

Трасса выскочила на нас внезапно, из-за заснеженных кустов. Она была не широкой — метра два, но хорошо укатанной. И тоже, по счастью — на спуск. Петляла, кружила, горбилась, но на спуск.

Это и радовало, и пугало: как я буду подниматься наверх?

Мы рванули, но я очень быстро оказалась в конце. Эрсий «снял» меня за пару секунд, и вскоре они с Аратэ, обогнав девушек, засоперничали с Харлаком, оставляя нас позади. Росинда шла за ними, не отставая, а вот Валери мудро приняла спокойный темп. Я тоже всегда считала, что лучше поднажать в конце, вот только…

За очередным поворотом адреналин начал стремительно убывать из крови, и я ощутила, как заныли мышцы на ногах. Конечно, виляния тазом и коленями, та особая, «лыжная» пружинистость, охватывающая всё тело, не давала крови застояться и немного разминала мышцы, но быть одновременно и в динамике, и в неподвижности не так просто.

И спина… позвоночник присоединился к нытью колен и голеностопа, спина упорно не желала держаться прямо, и вскоре от этого всего заломило в висках. Я чувствовала, как пот течёт по хребту, а лоб становится холодным, и меня понемногу начинает знобить. Слышала своё дыхание, увы, очень неправильное. И как гудит в висках кровь.

«Упаду, — взвинтилась испуганная мысль. — Сейчас упаду».

Но я держалась. Изо всех сил, на пределе возможностей. Впрочем, спорт всегда — на пределе возможностей. И неважно, большие эти самые возможности или нет.

В глазах темнело, но вскоре я поняла, что не вижу алый комбез Валери. И вообще, никого не вижу. На трассе я оказалась одна. Совсем.

Именно тогда ломанная черта в небе, которую я принимала за дракона, вдруг стремительно приблизилась, упала, встряхнув с сосновой кроны целый снегопад, и оказалась крылатым монстром. Он раскрыл пасть и заревел. А потом, утопая в снегу, двинулся ко мне на громадных когтистых лапах.

ПРИМЕЧАНИЯ

«снял» — обогнал, жарг.

Глава 10