Моё имя (СИ) - Анастасия Соболева Страница 124

«Красное пламя» … Сначала я считал их лишь паразитами у своих ног — букашками, на которых не стоит заострять внимание. Однако со временем изменил своё мнение и даже был вынужден признать, что они не только представляют из себя нечто стоящее, но ещё и представляют для нас, эксилей, настоящую опасность. Методы их борьбы нестандартны, да и, к тому же непонятно откуда взявшаяся эксильская сталь в разы ухудшает положение. Их ряды всё растут, а мы так и продолжаем топтаться на месте, только и делая, что жирея от лени. С неохотой, но должен согласиться: мы не имеем права медлить. Возможно, что это — первый и последний шанс закончить противостояние малой эксильской кровью. И, упустив его, мы станем настоящими идиотами.

— Лудо, сколько времени займёт подготовка похода?

— Около полудня, пожалуй. Лететь нам недалеко, так что нет нужды запасаться провизией, однако потребуется стянуть к замку все близлежащие эксильские войска, распределить их по отрядам, разработать стратегию… Да и всё, в принципе. Против столь слабого врага, как человек, остальные детали не так уж и важны.

— Не недооценивай их, Лудо. Они уже смогли зайти так далеко, как никому ещё не удавалось. К тому же, мы точно не знаем, каким количеством стали располагают наши враги.

— Хорошо, ваше величество. Обещаю заняться подготовкой более тщательно, чем планировал.

— Полагаюсь на тебя, брат. Вылет по готовности. И ещё: в этот раз операцию я возглавлю лично.

Само-собою, после подобного заявления лица всех присутствующих без исключения вытянулись от удивления. Последние несколько лет я не проявлял особой заинтересованности в королевских делах и если и покидал дворец, то только на время проведения Жатвы или же действительно важных приёмов. Подобная инициативность с моей стороны просто не могла не вызвать у остальных замешательства. Однако мне было глубоко плевать на нечто подобное: отчего-то я знал, что сегодня должен лететь обязательно.

— Если вы переживаете об успехе, то заверяю вас — это лишнее, — сказал Лудо с всё той же растерянностью в глазах.

— Дело не в этом. У меня свои причины, о которых было бы слишком долго рассказывать. В любом случае: это — решение короля, и оно не подлежит обсуждению.

В ответ я услышал лишь красноречивое молчание, чем остался весьма доволен. Ещё где-то с полчаса мы обсуждали детали подготовки похода (по большей части, я лишь выслушивал причитания стариков о том, насколько же для нас это важно), после чего данное мероприятие, наконец-то, закончилось. Незамедлительно вернувшись к себе, я застал у двери всё ту же служанку, что разбудила меня этим утром. Девушка принесла завтрак, однако, есть мне абсолютно не хотелось, и я приказал унести его обратно на кухню. Вроде как даже разрешил ей взять, что понравится (это не точно, так как тогда я был совершенно не в состоянии запоминать столь незначительные детали). Думал досмотреть сон, что мне пришлось прервать ещё в самом начале, однако вдруг понял — после собрания вся сонливость испарилась, как по волшебству. Всё, на что я тогда был способен — это сидеть, смотря в одну точку и думая о том, что вот-вот должно было произойти.

Так прошло около шести часов, и я до сих пор не до конца понимаю, на что именно их потратил. Очевидно только одно: в моей душе не бурей, но ураганом бушевало дикое беспокойство, которому я всё никак не мог найти логического объяснения. Мы привыкли расправляться с недовольными силой и, как по мне, в этом нет ничего неправильного, вот только… Что не так с этим «Красным пламенем»? Они сильнее остальных — это да, но в остальном ведь совершенно не отличаются! И всё равно, почему же во мне просыпается столь жгучий интерес и детское любопытство, когда речь заходит о «Пламени»? Как будто всё внутри кричит диким голосом: это важно, и ты сам должен понять, почему.

На самом деле, мне очень хотелось поговорить с Адой на данную тему, однако, тем утром она ко мне явно не спешила. И лишь когда стрелки часов перешли отметку в «двенадцать», я понял, что её дальше можно уже и не ждать. Видимо, узнав о происходящем, девушка решила не мешать мне, занявшись своими делами. Весьма зря: её компании я рад в любое время, да и… Сейчас улыбка парисы помогла бы мне успокоиться куда лучше любого что эксильского, что человеческого лекарства.

Чуть позже часа в мою дверь постучали, и, не секунды немедля, я тут же крикнул: «Входите!» Ожидая увидеть на пороге Аду Норин, в голове я уже перебирал десятки шуток насчёт её столь позднего появления. Однако там была вовсе не девушка, в ожидании которой я томился всё утро (мог бы и догадаться: Ада входит без стука). В комнату заявился Лудо, и это могло означать лишь одно: пришло время. Его слова о том, что приготовления почти закончены, полностью подтвердили мои опасения.

Однако всё ещё оставалось несколько, для меня далеко не до конца понятных деталей.

— Лудо, скажи: зачем вообще нужно было собирать этот чёртов совет? Мы оба знаем, что в нём нет никакого толку, и уверен, тебя это сборище слабоумных раздражает не меньше, чем меня. Но, даже так, вместо того чтобы сообщить мне всё напрямую, ты вытворяешь нечто подобное! Как, скажи на милость, я должен это понимать? — про стул, установленный братом столь близко к моему трону, я решил пока что смолчать.

— Всё очень просто, ваше величество. Извините, если мои действия ввели вас в заблуждение, но клянусь: в моих мыслях не было и намёка на дурные намерения. Подобным ходом я всего-то хотелубедить глав самых влиятельных семейств в нашей лояльности к многовековым традициям, а также в том, что мы действительно ценим их мнение. Конечно же, это ложь в чистом виде, но пускай уж лучше думают так, чем замышляют нечто лихое. К тому же, вы ведь помните, какие волнения в высшем обществе вызвало возведение человека в ранг знати? Конечно, никто так и не решился пойти против вас из страха пред королевской меткой, но вы ведь и сами понимаете, что страх не сможет вечно сдерживать недовольных. Метка — великая сила, однако, она не даёт вам бессмертие. Вспомните нашего отца, в конце-то концов. Поэтому я и считаю, что если мы действительно хотим чего-то добиться, то должны использовать метод кнута и пряника, а не лишь насилия да