Дракон украл невесту - Светлана Калинникова Страница 12

мальчишеских руках, снимать головную боль и даже успокаивать зубную хворь, к ней обращались женщины, работающие в поместье. Когда стало известно, что леди Аника – а её теперь так и называли после грозного напоминания о её статусе Корашкой – может на водяных кольцах в глиняной миске видеть будущее, к ней повалили молодые девицы с вопросами о будущем замужестве.

Стоило ей только пройтись от замка к колодцу или к саду, как возле непременно «случайно» оказывался кто-то, кому была нужна её колдовская помощь.

Герцог Викардинг поначалу смотрел на это с любопытством, потом с сомнением, а затем слегка раздражённо сказал ей:

- У меня нет возможности выделить тебе отдельный кабинет или помещение для приёма твоих посетителей, нуждающихся в колдовских услугах. Будь с ними добра, справедлива, но помни: ты будущая герцогиня.

И Аника, поразмыслив над его словами, пришла к выводу, что Алекс прав. Мало того, что это занимало почти всё её время, так ещё и истощало магически. И она вспомнила о том, что до Чёрной горы для обновления своих ведьминских сил, она так и не добралась.

Было ещё одно, что заинтересовало её и Кныра: они отчётливо слышали в окрестностях поместья шум и шуршание, иногда даже стук, будто кто-то или что-то торопится открыть дверь. Кроме них, никто ничего не слышал.

- Нужно искать, - уверенно сказала кролику Аника. – Это что-то колдовское, и, возможно, оно готово встретиться только с ведьмой и её фамильяром.

Жизнь была бы вполне сносной, если бы однажды она не столкнулась сЛеей, как выразилась Корашка, сердечной подругой герцога.

Толстая драконовская любовница сидела на лавке у кустарника остролистной дракиноры и пыталась приделать к волосам, убранным вверх, сорванную ею розу. Моментально вспомнив, как садовник не дал ей цветок, Аника загорелась в душе, почти как прекрасная остролистая дракинора.

- Это цветы хозяина, - мимоходом бросила она Лее. – Их не трогает даже садовник, ухаживающий за дракинорой как за ребёнком.

- Конечно, это цветы Алекса, - нахально улыбнулась Лея. – Ему нравится дракинора в моих тёмных волосах.

Аника посчитала до десяти, как советовал ей когда-то лорд Роскер перед тем, как хвататься за оружие.

- Вряд ли, - сказала Аника, собиравшаяся уже пойти дальше. – Прежде чем приколоть цветок к волосам, их надо хотя бы помыть. Сало в волосах убьёт не только дракинору, но и отравит воздух вокруг.

- Совершенно верно! – подхватил Кныр. - Вот, к примеру, моя шёрстка – прекрасный образец густого ворса, аккуратной длины и чистого содержания.

Кролик вытянул лапку с коготком и с улыбкой закивал своим словам. Он вытащил из сумочки маленький пузырёк с прозрачной жидкостью и протянул его Лее.

- Если вам лень мыть голову, то можете добавить капельку на ладонь, тщательно растереть и нанести на волосы. Они станут чистыми, блестящими и густыми, как моя несравненная шкурка. Правда, запах выветривается неделю, но зато какой эффект! Примите в дар от меня! Уверен, что будете признательны.

Бессовестная дворовая девка чуть не задохнулась от злости. Она отпихнула ногой стоявшего с протянутой лапкой Кныра и с отвращением сказала:

- Скройся с моих глаз, колдовское отродье! Вздумал меня отравить вместе с твоей ведьмой-хозяйкой? Не получится. Я здесь живу очень долгое время, и вряд ли что-то изменится даже после свадьбы.

Кныр успел отскочить. Из-под юбки мелькнула пухлая щиколотка в красивом чулочке. Аника отлично знала цену женского гардероба, она с завистью осматривала те коробки, которые привозили для сестры. Было время, когда дедушка возил её по столичным магазинам и одевал словно куколку.

Значит, Про́клятый дракон не жалеет денег на эту бабу. Она во всех смыслах дорога ему!

Аника развернулась, подхватила на руки своего фамильяра и словно мячик подбросила его вверх.

- У-у-у-ух! – с восторгом закричал он, кувыркаясь в воздухе. – Полёт нормальный!

Приблизившись к лавке, он ударил по ней лапой, и та в тот же миг подскочила вверх с того края, на котором сидела Лея. Она сразу же свалилась.

– А не надо обижать почтенного фамильяра! – воскликнул Кныр.

Лея, обиженно сопя, поднялась и прошипела:

– Ведьма! Противная ведьма! Ты можешь сколько угодно называться невестой герцога, но в постели Алекса только моё место! Ты ему не нужна, он вынужден жениться на тебе!

«Ох, как, однако, много болтает в пылу страсти Про́клятый дракон», – подумала Аника. Любовница дракона её «раздраконила» не на шутку. «С этим придётся что-то делать», - подумала девушка и тотчас приняла решение.

Аника подошла к Лее, схватила её за ухо и звонким голосом сказала:

– Как окажешься в постели, не ленись – вертись юлой!

И за каждой лаской томной не скрывай свой дикий вой!

Лея ухватила ее за руку, пища от боли. Аника отпустила её, сбросила пухлую руку любовницы герцога и произнесла:

– Вон пошла!

Кныр посмотрел на хозяйку и философски заметил: «Ну, она первая начала. Главное – ни в чём не признаваться!»

ГЛАВА 10, в которой наш Дракон испытывает желание усидеть на двух стульях.

На протяжении нескольких недель Алекс проявлял чудеса поразительной изворотливости: он не отсылал от себя Лею, от тёплых объятий и страстных умений которой он отказаться не желал, был обходителен и терпелив с невестой, которая вместе со своим кроликом постепенно становилась в глазах жителей поместья «Леди» и завоёвывала всё больше и больше уважения.

Правда, в отношениях с любовницей возникли трудности, ставшие ядовитой издёвкой всей прислуги: после выволочки, устроенной Аникой, Лея завывала в постели прямо в самый неподходящий момент. Это был не стон страсти, а самый настоящий вой посреди ночи, на который откликались даже дворовые собаки. Вой Леи и собачье многоголосие стали ожидаемым выступлением на потеху обитателям поместья.

Пару раз ночью от замка пришлось отгонять собак, сновавших под окнами спальни Алекса. Лаем они вызывали Лею. А едва Алекс прикасался к её пышному и сдобному телу, она начинала так ёрзать и крутиться, что это походило на какую-то безумную, неправдоподобную игру.

- Прокля́тая ведьма! – рыдала в его объятиях Лея. – Она пытается разлучить нас. Вот увидишь, девчонка и её чёртов кролик сведут нас с ума.

Но и днём за ней таскались собаки, чуя в её голосе знакомую интонацию. Женщины между собой называли «голосящей Леей».

Дракон утешал её, как мог: поцелуями и обещаниями, что после брака с Аникой в их отношениях ничего