Оборотни Сибири, или Пленница медведя - Лира Кац Страница 11

Она всё говорила и говорила. А я волей-неволей прислушивалась, когда разговор заходил о Гордее.

— Аха-ха-х, он даже позвонил мне. Просил найти способ скрыть твой запах. Что же, я нашла, ни один острый нюх не приведет к тебе! Всего-то несколько дней вливать тебе переработанную кровь одаренного. Если повезет, ты даже выживешь. Но ненадолго. Ты же помнишь про озеро, да? — она подмигнула и снова расхохоталась.

Безумная. Эта женщина просто Безумная. Чью кровь она собралась вливать? Сумасшедшая. Но с ними нельзя угрозами, пока она рассказывает, она ничего не делает.

— Я в туалет хочу, пожалуйста.

С мольбой в голосе прошу её.

— Идём. — тянется чтобы ослабить ремни. — Руки вперед вытяни. — на запястьях застегиваются наручники. — Справишься в них. Иди вперед.

Речи вывести меня наружу не шло, она завела меня в закуток через коридор от комнаты, где я лежала. Унитаз, раковина. Грязное зеркало. Тут вообще стерильностью и не пахло, тем более, мы где-то под землей. Это просто подпольная лаборатория какая-то! Как я близка к ответу, кто бы знал!

Коридорчик был узкий, длинный, а дверей в нем было всего две. Тупик в конце, значит и выход совсем в другой стороне.

— А вот и сам Корцев. — заталкивает меня внутрь маленького тесного помещения и закрывает снаружи. Слышу её удаляющиеся торопливые шаги, слышу приглушенные голоса, неужели это правда Гордей прибыл? Откуда голоса поняла позже. Они раздавались со стороны вентиляции. Мне пришлось встать на унитаз, чтобы черенком от стоящей тут швабры сбить решетку.

— Гордей! Гордей! Я тут! — орала как сумасшедшая. До хрипа. Стучала по вентиляции, но… голоса отдалялись. Я под землей, он меня просто не слышит!

— Что ты тут расшумелась, убогая? Терпеть вас не могу. Глупые, бегаете за богатыми мужиками, сами из себя ничего не представляете, думаешь, он клюнул на тебя? Ты для него так, на одну ночку. Ладно на две, сколько вы там вместе провели. — усмехается вернувшаяся женщина. Она в приподнятом настроении, сразу видно. Очевидно, для неё всё складывается как нельзя лучше.

— Марго, ты звонила? — в помещение входит тот самый мужчина, который приезжал к Гордею в лесной дом. Док! Он сначала обращается к беловолосой, а я начинаю сравнивать их. Оба с белыми волосами, одинаковым разрезом глаз, одного роста, и… они родственники, брат и сестра. Боже, закрываю глаза, пытаясь успокоиться.

— Какого чёрта, Марго! — он недовольно шипит на женщину, кидая на меня взгляды. — Ты совсем с ума сошла? Ты знаешь, что будет, когда он не найдёт её?

— Я знаю, что будет, когда найдет. — едва не плюёт в его лицо. — А когда НЕ найдёт, я позабочусь о нём.

— Ты не справишься. — зло отвечает Док. — Ты не сможешь удержать силу медведя. После потери истинной…

— Заткнись! Я не хочу ничего слышать об истинности! Это проклятие! Это бесполезный дар, от которого нужно искать как избавиться. Навсегда! Я избавлю его от этой связи. Он забудет. Забудет.

Покачиваясь она словно вошла в транс, а Док вдруг обнял её, и крепко прижал.

— Марго, отпусти её. Почисти память и выпусти. Освободи себя, давай. Ты сможешь. Я тут. Я с тобой. Забудь его, слышишь. Не рви себе душу. Старейшины никогда не дадут добро на вашу связь. Это еще хуже, чем если его истинной оказалась человеческая женщина.

— Не-е-т — забилась в его руках, но с каждой секундой оседала на пол и голос её слабел.

— Спи, Марго. Спи.

Я смотрела на всё это действо как зачарованная. Что за такое вообще творится? Мой мозг просто отказывается воспринимать эту информацию. И почему всё это происходит именно со мной.

Док подхватил беловолосую на руки и негромко приказал:

— Будь здесь, я сейчас вернусь, пора тебя отвезти твоему медведю, иначе он весь город на уши поднимет.

ГЛАВА 11

Куда бы я делась из подземелья? Конечно, ждала его. Входная дверь была под кодовым замком. Он, видимо, из личного доверенного круга этой сумасшедшей и поэтому смог войти. Они родственники, точно брат и сестра, так похожи. Вот только почему я видела её во сне? Напугала она меня жутко тогда. Да и сейчас. Решила избавиться от меня, чтобы Гордею не досталась? Вернее, чтобы он один остался? Её не понять, то говорит, что у него таких много, и я на пару ночей и ничего не значу, то собиралась меня устранить, как будто я представляю угрозу.

Я обследую всё помещение, куда могу добраться, ничего такого, что могло показаться полезным или похожим на выход.

— Сядь на стул. — я резко крутанулась на пятках, Док вышел из другой двери, не из той, откуда вошел. Напугал меня. Но я подчинилась, села на стул с высокой спинкой, подняла на него свой взгляд, а он подошёл ближе. Положив руки на мои плечи, посмотрел в глаза.

— Будет немного больно, я постараюсь быстро, чтобы нас не засекли… — он оглянулся, как будто здесь мог быть кто-то еще.

Его руки переместились на мою голову и я снова, как в прошлый раз, когда он меня осматривал обратилась в какое-то странное вязкое состояние, в котором не могла двигаться, но при этом отчетливо видела и соображала.

— Ты забудешь всё, что было в последние сутки. Ты никогда не видела Марго прежде.

Затылок стало припекать, а я даже пошевелиться не могу! Что это ещё за штучки?

— Чёрт… — ругнулся тихо сквозь зубы. — Какого чёрта на тебе блоки. Ладно, буду чистить всё.

Через некоторое время

Я лежала в лесу. Подложка из мха довольно мягкая, я даже и замерзнуть не успела, хотя в это время года должно быть точно уже прохладно по ночам. Сквозь листву пробивался рассеянный утренний свет. Я попробовала тихонько пошевелить ногами и руками и… получилось. Наконец-то! Ощущения были, словно ногу отсидела, а потом миллион иголочек втыкаются тебе в стопы, когда мышца начинает “отходить”. Бр-р-р. Вот такое я сейчас прочувствовала по всему телу. Постепенно всё приходит в норму и я, кряхтя, как девяностолетняя старушка, поворачиваюсь на бок, а потом на живот с моховой подстилки. Медленно встаю на четвереньки. Надо бы найти дорогу. Я уверена, что далеко он не стал бы меня увозить. Вот, кстати, по следам колес и выйду. Но сначала бы встать.

Подползла к дереву, у корней которого меня оставил, бережно уложив, Док.

Я помнила всё до секунды, но он почему-то был уверен, что почистил мне память. Чокнутые