Магический договор 1 - Татьяна Ивановна Герцик Страница 11

Маркиза Кресская, сверхэнергичная матушка маркиза, раздраженно всплеснула руками.

– И вы еще спрашиваете? Вы же их видели!

– Не имели чести, – опроверг ее слова Анрион. – А что, они столь страшны?

– Внешне они очень даже неплохи, – вынужденно признала маркиза, – но одеты странно и ведут себя как девки из подворотни.

Остальные фрейлины тут же принялись хором дополнять нелицеприятную характеристику, данную маркизой леди Салливерн, не чураясь крепких выражений.

– О, только не надо так громко их хаять! – Криспиан призвал к порядку крайне неосторожных дам. – Вы знаете, что приключилось с нашим лордом главным конюшенным, когда он неподобающе о них отозвался?

Фрейлины отточенными изящными движениями поднесли к носам нюхательные соли, вдохнули, дабы укрепить свои крайне деликатные нервы, и только после этого осведомились:

– И что же?

– Они превратили его в крысу! – патетично сообщил им граф.

Дамы недоверчиво зафыркали. Криспиан обидчиво воскликнул:

– Не верите мне, самому правдивому человеку в этой стране? – они энергично закивали, подтверждая свое в него неверие. – Пусть тогда вам это подтвердит наш герцог, он же самый сильный маг в правящем семействе, – и Криспиан широким жестом указал на друга.

Но Анрион, не считая нужным хохмить, как кузен, с неожиданной серьезностью предупредил:

– Милые дамы, не советую так вольно отзываться о дамах из рода Салливерн. Сестры, как мы уже убедились, очень сильные магини, кроме того, весьма вспыльчивые. Как они вздумают наказать вас за непочтительность, никто не знает.

– Непочтительность? – хором возмутились фрейлины, – Но род Салливерн не имеет титула, пусть и он и старинный, тогда как мы…

Герцог категорично прервал их возмущение:

– Тогда как вы всего-навсего простые женщины, а не магини, и защититься от магии не в состоянии. Почувствовали разницу? А если вас мои слова не впечатлили, идите к конюшням и полюбуйтесь на пробой, который сотворили эти не имеющие титула особы, шутя швыряясь магическим огнем. Или, если это вас не образумит, в моих покоях попросите показать вам лорда главного конюшенного в образе черной уродливой крысы, для собственной безопасности сидящей в клетке. Надеюсь, это зрелище приведет вас в разумное состояние духа, и когда в следующий раз вам доведется встретиться с дамами из рода Салливерн, вы не станете разговаривать с ними в неподобающем тоне, провоцируя на неадекватный ответ.

Избалованные жизнью фрейлины хотели было возразить, но тут в свои покои вернулась удивленная и раздосадованная герцогиня. Увидев сына с племянником, возмущенно заявила:

– Эти несносные девчонки Салливерн заявили мне, что их плохо встретили и вдобавок оскорбили! Хотя откуда мне было знать, что они заявятся с заднего двора, как какие-то простолюдинки, а не подъедут, как положено, к главному портику! Совершенно невоспитанные особы!

Решив не повторять матери то, что он уже сообщил фрейлинам, те все равно перескажут его слова герцогине с гораздо большим пафосом, чем он сам, сын миролюбиво спросил:

– Мне кажется, ты слишком взволнована, матушка. Вряд ли они настолько неблаговоспитанны, чтоб не знать, как нужно вести себя в обществе.

– Какое общество? Да они дальше своего захолустного поместья в северных скалах ничего и не видали! – герцогиня в этом была совершенно уверена.

– Ну, если не считать правящих дворов окрестных королевств и герцогств, то да, я с тобой соглашусь.

– Что ты имеешь в виду? – герцогиня смирила недовольство и внимательно уставилась на сына, ловя каждое его слово.

– То, что их постоянно явно с марьяжными планами приглашают то туда, то сюда, да и сами правители не брезгуют появляться в их имении с визитами.

– Я знаю, что они из сильного магического рода, но…

Сын довольно непочтительно ее прервал:

– Они сами невероятно сильные магини, мама. Вот окрестные правители и стараются заполучить их себе, рассчитывая усилить род. Ты же сама говорила, что иметь такую невестку очень даже престижно.

– Когда я это говорила, я их еще не видела, и теперь категорически заявляю – мне такие плебейки в семье не нужны! – решительно возразила она. – Надеюсь, ты не вздумал жениться на одной из них?

– Я их еще не видел, – успокоил он мать. – Но думаю пойти познакомиться.

– Они приводят себя в порядок после трудной дороги, – возразила она. – Появятся только к ужину. Так что идите пока занимайтесь своими делами, за трапезой их увидите. Но не думаю, что это доставит вам даже минимальное удовольствие.

– Надеюсь, они будут в добром расположении духа и не спалят у нас что-либо еще, – оптимистично выразил надежду на лучшее будущее Криспиан. – Как-то не хочется мне попадать под их удар. И в образе крысы или жабы я тоже жить не хочу. Хотя ко всему привыкает человек, но это уж слишком…

– Что ты имеешь в виду? – герцогиня никак не могла понять необычно мрачного настроения всегда несколько бесшабашного племянника. – Ваши с Анрионом странные намеки меня просто бесят.

– Матушка, твои фрейлины тебе обо всем расскажут, – ушел от ответа герцог. – А сейчас извини, мы спешим.

Они споро, чуть не бегом, вышли из покоев герцогини, остановились подальше за поворотом и принялись тихо совещаться.

– Может, пройдем до гостевых комнат, что приготовили для этих девиц? Хотя бы послушаем за дверью, что там происходит? Может, нам уже бегством спасаться пора? – грустно пошутил опечаленный Криспиан. – Нисколько не удивлюсь, если от гостевых покоев осталась одна дыра.

– Ну, я тут ни при чем. Я им не жених и ничем их не расстроил, – продемонстрировал Анрион редкостное самообладание. – Но сходить сходим, мне тоже интересно, что там делается.

Они быстро дошли до розовых покоев, предназначенных для гостей женского пола.

У дверей натолкнулись на группку горничных в серых форменных платьях во главе со старшей, отличающейся от остальных белым кантом по воротнику и краю фартука. Женщины что-то страстно обсуждали, настолько увлекшись, что даже не заметили, как к ним подошли мужчины.

– Что случилось? – благожелательно поинтересовался герцог.

Служанки враз вздрогнули, повернулись и вмиг склонились в низких реверансах.

– Все хорошо, – ответила за всех старшая. – Просто мы немного расстроены и удивлены.

– И чем же? – решил дознаться до истины герцог.

– Не каждый день к нам приезжают гости, за которыми сами летают неподъемные сундуки, – осторожно оглянувшись на закрытую дверь, призналась старшая горничная. – И дамы отказались от горячей воды для ванны, сказав, что они и сами справятся с такой ерундой, для них нагреть воду несложно.

– Да они вообще от воды отказались, – не выдержала одна из рядовых горничных, – но она в ванной появилась ниоткуда! И даже горячая!

– Они магини, для них это обыденность, – Анрион посмотрел на все больше бледнеющего брата и потряс его за плечо, приводя в себя. – Вам же легче, ничего не нужно таскать и греть.

– Да, конечно, но это так странно, – старшая горничная запиналась на каждом слове. – К тому же они и одеты не по-нашему.

Граф неожиданно оживился.

– А как же они одеты? – видимо, надеясь на что-то экстравагантное и неприличное.

Горничная замялась, нервно теребя подол своей широкой шерстяной юбки, не зная, как прилично обрисовать наряды гостий, чтоб никого не обидеть.

– На них нет корсетов и юбки прямые, без кринолина. Наши дамы одеты гораздо скромнее…

– Такие платья гораздо удобнее в носке, – Анрион представил себе нечто подобное и решил, что ничего особенного в этом нет.

– Да, но это попросту неприлично! – горничные были возмущены столь неприкрытым неуважением к местным обычаям.

– Не думаю, что их это волнует хоть в малейшей степени, – пробурчал граф. – Если все то, что нам о них рассказали, – правда, то они на редкость бесцеремонные особы, не считающиеся с мнением окружающих.

Тут в коридор вышла служанка сестер, аккуратно притворив за собой тяжелую дубовую дверь. На ней тоже было простое синее платье без корсета и огромных пышных юбок, правда, ворот, поясок и подол были расшиты кокетливыми серебристыми листочками.

– Вы могли бы не обсуждать моих хозяек так близко от их покоев? – сердито спросила она, надменно задрав нос. – Они и без вашей не слишком умной болтовни изрядно раздражены нарушающим все их планы магическим договором, составленным каким-то предком хотя и с наилучшими намерениями, но совершенно не принявшим во внимание современные реалии.

Она выражалась совершенно необычно для простой служанки, и не только горничные,