Лиза Смит - Возвращение. Полночь Страница 109

И, как–то казалось уместным, что она и Стефан сидели в ее старой спальне и приглушенным голосами говорили о Деймоне. Она планировала проделать тоже самое с другими, завтра.

Когда она наконец–то уснула в объятиях Стефана. было уже далеко заполночь.

Глава 44

На самой маленькой луне Потустороннего Мира падал легкий пепел (легкие останки).

Он падал на два уже покрытых пеплом тела.

Он падал на грязную от пепла воду.

Он заслонил солнечные свет настолько, что бесконечная непроглядная тьма спустилась на покрытую пеплом поверхность луны.

Но упало что–то еще.

В невообразимо маленьких капельках, переливчатая жидкость падала, цвета закручивались в водоворот как–будто пытались исправить уродство пепла.

Это были крошечные капли, но их были триллионы триллионов, бесконечно падая, концентрировались вокруг небольшого участка, где они однажды были частью самого большого вместилища неукротимой энергии в трех измерениях.

На этом месте на земле было тело — не совсем труп.

Сердце в этом теле не билось; оно не дышало, и не было мозговой активности.

Но где–то в нем был слабый пульс, который убыстрился, как только на него упали крошечные капли Силы.

Пульсация была сделана из ничего, кроме лишь памяти.

Памяти о девушке с темно–голубыми глазами и золотистыми волосами и о девушке с маленьким личиком и большими карими глазами.

И вкус: вкус слез двух дев.

Елена

Бонни

Эти двое, будучи вместе, изображали нечто, что не было конкретно мыслью, не было конкретно изображением.

Но для кого–то, кто понимал только слова, это могло быть понято как: они ждали меня меня.

Если я могу представить, кто я.

И что вызвало ожесточенное определение.

После, как казалось нескольких веков, что на самом деле было парой часов, что–то пошевелилось в пепле.

Сжатый кулак.

И что–то зашевелилось в разуме, самоопределении.

Имя

Деймон