Изломанная душа - Морган Би Ли Страница 106

class="p">Когда мы приближаемся к кладбищу, охотники за головами отрываются, чтобы помочь прибывающим людям. Многие из них находятся в ужасном состоянии, поэтому я испытываю облегчение, когда наконец вижу, как несколько машин скорой помощи въезжают на дальний конец поля со старой грунтовой дороги. Также начинают прибывать новые машины, водители спешат открыть багажники своих фургонов, чтобы предложить бутылки с водой, еду и другую неотложную помощь бесчисленным грязным людям с широко раскрытыми глазами, которые только что сбежали из плена. Другие предлагают куртки и перчатки от холода.

Я не могу не заметить облегчения на лице Мэйвен, когда она видит, как собирается помощь для тех, кого она только что освободила.

Она глубоко заботится об этих бедных людях.

И когда я наблюдаю, как еще сотни людей устремляются в мир смертных, я понимаю почему. Они резко контрастируют с наследниками, которые верят, что слабых следует отбирать. Вместо этого я наблюдаю, как люди отдают приоритет самым слабым и уязвимым среди себя, поддерживая друг друга и гарантируя, что те, кто больше всего нуждается в помощи, получат ее первыми.

Хотя эти люди кажутся загнанными и напуганными этим новым миром, и хотя они самым тщательным образом скрывают свои эмоции, как это делают Феликс и Мэйвен, их глаза все еще полны великой надежды. Многие шепчут тихие, искренние слова благодарности, в то время как другие в знак благодарности обращаются к богам.

Завораживающе. У этих людей нет ни одной из мощных способностей, которыми обладает мой квинтет, но от них исходит тихая сила и жизнестойкость. Все страдания, через которые они прошли, и ни капли горечи по отношению к богам.

Сжимая руку Мэйвен, я присоединяюсь к реформистам, приветствующим людей Нэтэра в их новой жизни.

39

Мэйвен

Прошел почти час. Люди все еще прибывают из Нэтэра, но теперь действует гораздо более организованная система оказания им помощи и определения размещения.

За все спасибо участникам моего квинтета.

Я могу только предположить, что Эверетт финансировал все это, поскольку я наблюдаю, как прибывают новые фургоны, чтобы перевезти еще одну огромную группу изможденных людей из Нэтэра в безопасное место, подальше от нестабильной Границы. Других лечат от тяжелых травм, или они нерешительно принимают пищу и воду дрожащими руками, сбитые с толку гостеприимством, с которым их здесь встретили.

Им потребуется время, чтобы адаптироваться к свободе в этом мире.

Но боги — они здесь.

Это работает.

Наконец-то я выполняю свою клятву на крови.

Так почему же я не могу избавиться от страха, поднимающегося у меня внутри?

Пока я остаюсь в поисках опасности и любых признаков прибытия Лилиан через путевую точку, мимо меня проходит еще одна группа людей. Когда один из них видит меня, он шепчет остальным, что я дочь Амадея, и быстро склоняет голову в знак уважения. Остальные следуют его примеру со странной смесью благодарности и ужаса, когда спешат прочь от меня.

Сильно избитая девушка останавливается, следуя за ними, схватившись за кровоточащий локоть. Как и у других людей Нэтэра, эта выглядит так, как будто из нее вытянули весь цвет, поэтому ее большие голубые глаза скорее серые. Ей не может быть больше десяти, и она смотрит на меня со слезами на впалых щеках.

— Спасибо, — тихо говорит она.

От слез мне все еще чертовски неудобно, но я улыбаюсь. — Оставайся здесь.

Я спешу к одному из ближайших ящиков с припасами, привезенных ранее фургонами, и возвращаюсь к ней с рулоном бинтов. Благодарная за свои перчатки, поскольку они защищают от контакта с кожей, я быстро перевязываю ее рану.

— … Амадей действительно твой отец? — шепчет она.

— Нет. — Я быстро встречаюсь с ней взглядом. — Моим отцом был человек по имени Пьетро Амато.

Она смотрит, как я заканчиваю перевязывать ее руку. Как и у большинства людей из Нэтэра, выражение ее лица настороженное, как будто, помимо вырывающихся слез, она боится показать, что чувствует. Вероятно, потому, что в Нэтэре чрезмерные эмоции заканчиваются тем, что их пожирает нежить.

Она слегка шмыгает носом. — К-кто-то сказал мне, что Телум монстр. Но… Я думаю, ты такая хорошенькая.

Я изучаю ее, замечая, как она обхватывает себя руками и дрожит. — Спасибо. И я думаю, ты замерзла. Иди согрейся, ладно?

Она снова благодарит меня и спешит последовать за группой других людей, заворачиваясь в аварийное одеяло. Теперь вокруг фургонов с припасами толпится все меньше людей, поскольку массовый побег, похоже, наконец замедлился.

Я засовываю оставшиеся бинты в карман толстовки, что ношу, которую Сайлас вытащил из кармана и отдал мне ранее. Бросив взгляд неподалеку, я наблюдаю, как Крипт подбадривает группу из нескольких угрюмых детей с широко раскрытыми глазами. Он вручает им одеяла и ведет их через огромное поле к одному из грузовиков для раздачи еды. Эверетт, Бэйлфайр и Сайлас также находятся в эпицентре, направляя и помогая всем, чем могут.

Наблюдая за моим квинтетом в таком состоянии, я испытываю то же самое трепещущее ощущение в животе — то нежное, всепоглощающее чувство, с которым я безуспешно пыталась бороться всякий раз, когда нахожусь рядом с ними.

Просто есть что-то такое правильное в том, чтобы быть привязанной ко всем ним сейчас. Полнота, которую я никогда раньше не испытывала, как будто что-то, что всегда должно было быть частью меня, теперь, наконец, на месте.

Это на удивление невероятное чувство.

Но все же, когда это невыразимое чувство смешивается с моим растущим опасением, я снова поворачиваюсь и хмуро смотрю на Границу.

Учитывая, насколько она сейчас слаба, достаточно тонкая, чтобы даже люди могли проходить через нее с некоторой магической помощью, я ожидала, что буду отбиваться от постоянных скачков, когда люди будут убегать.

Так почему, черт возьми, до сих пор не произошло нападения?

Я не понимаю, что Феликс снова выбрался из Границы, пока он не откашливается рядом со мной.

— На подходе монстры. И демоны-тени.

Я киваю, все еще хмурясь. — Странно, что они не пришли раньше.

Феликс открывает рот, чтобы сказать что-то еще, но к нам подбегает Кензи, ее светлые вьющиеся локоны подпрыгивают, собранные в высокий хвост. Ее нос слегка порозовел от холода, несмотря на пушистую светло-голубую куртку, которую она надела вместе с облегающими переливающимися зелеными леггинсами.

— Ладно, просто для справки, это полное осуществление мечты моей жизни — стать гидом. Я имею в виду, что я не на самом деле провожу экскурсии, но вроде как потому, что на данный момент я объяснила примерно тридцати разным людям, что деревья зеленые, а мои глаза голубые. Неужели в Нэтэре просто