Кольцо с опалом - Марьянна Кей Страница 10

ГЛАВА ВТОРАЯ

Мария

Высокие потолки, увенчанные грандиозными пейзажами, золотая лепнина, натертый до блеска паркет. Ковры, в ворсе которых тонули ноги, тяжелые портьеры из дорогих тканей. Свечи, позолоченные канделябры, столовое серебро, мрамор и ценные породы дерева, мебель ручной работы. Всё, что когда-то поражало гостей и будоражившее их умы своей роскошью, кануло в Лету.

Запустение, тоска и тьма погрузили некогда (я в этом уверена) грандиозный замок в уныние. Подобных много на территории Беларуси. Какие-то отреставрировали, какие-то планируют реставрировать, а про какие-то забыли. Грустно, но время неумолимо течет вперед, не останавливаясь для размышлений и сожалений.

Я легко сходила по лестнице, не обращая внимания на небольшие трещины и сколы на ступеньках. Воображение рисовало шикарные балы, на которых дамы блистали в пышных платьях, а кавалеры были галантны и учтивы. В памяти всплыла мелодия вальса из балета П.И. Чайковского «Спящая красавица». Хотя, куда мне, сероглазой брюнетке со стрижкой «каре», до диснеевской синеглазой длинноволосой блондинки.

Почудилось, как по телу струится тяжелая ткань бального платья, а на руках — обязательно белые перчатки. Пальцы легко скользили по растрескавшимся перилам, но ничего не могло отвлечь от зовущего ощущения праздника.

Ничего, кроме внезапно разразившейся непогоды за окном. Вспышка молнии и следующий тут же гром быстро стряхнули с меня наваждение. Стоит признаться, я добровольно позволила себе утонуть в прекрасных чарах навеянного сна. Большая ошибка новичков, тех, кто метит в Мастеров сна. Это первое, что вбила в меня Ольга Вячеславовна, когда я согласилась поступить к ней на обучение. Но как же хотелось ощутить это прекрасное чувство легкости и праздника! В моем мире все слишком тяжелое, двойственное, а то и тройственное.

Я потрясла головой, прогоняя последние остатки воздействия. Как же любопытно: нет ни одного признака, что сон навеян кем-то. Будто подсознание само решило порадовать уставший разум. Жаль, что сильный дар и привычка держать все под контролем не позволили окончательно раствориться в магии замка.

Мирский ли, Несвижский или Коссовский замок — сложно сказать. Место, пробудившее в подсознании эти образы, напоминало все их вместе и каждый в отдельности. Наверное, если бы мимо проплыла дама в черном, я решила бы, что меня занесло в Несвижский замок, а если бы ступни опустились на стеклянный пол, под которым плавали золотые рыбки, значит — в Коссовский.

Тихий голос разорвал тишину куда сильнее, чем гром разыгравшейся грозы. Я впервые была во сне, который не самостоятельно навела, с посторонним человеком. Все же странно, что даже не ощутила чужого присутствия. Будто бы он был частью сюжета.

Подобравшись, подозрительно обернулась, пытаясь понять, нет ли еще чего-то, что необходимо проверить.

Вокруг все стало меняться как в калейдоскопе. То оно становилось вновь сияюще-праздничнsv, то пеплом и серой дымкой осыпалось, открывая сколотый кирпич стен, полуразрушенную лестницу, по которой я только что спокойно шла. Теперь подняться по ней можно было бы только с помощью магии. Где-то вдалеке грохнули железные ставни. Дождь забарабанил по вдруг разбитым окнам, кое-где все же сохранившим последние осколки стекла. Не вестибюль, а какой-то древний склеп.

Напряженно осматриваясь, я поняла, что дверь всего лишь одна. Не было даже входной, что удивило меня еще больше. Судя по всему, единственный проход вел в другой зал — возможно, в столовую или рабочий кабинет. Я никогда особо не интересовалась архитектурой. Для создания снов мне было достаточно общих знаний.

Не мешкая, осторожно пошла к единственному выходу. Обычно я оставляю в своих снах лазейку именно таким образом. Если «подопытный» захочет прекратить исследование сновидения, он может спокойно открыть специально помеченную дверь и выйти в обычный сон. Мне же выбора не оставили.

Из приоткрытой щели потянуло сильным сквозняком. Я поежилась, но не остановилась, лишь крепче обняла себя за плечи.

Аккуратно заглянув за створку, увидела просто одетого мужчину: белая рубашка, брюки, правда, были заправлены в сапоги. Он стоял ко мне спиной, рассматривая разбитое стекло окна, разорванные гардины. Кроме темных вьющихся волос и общего очертания фигуры, ничего особенного в такой темноте не разглядеть. Даже молнии перестали сверкать.

Мужчина резко обернулся — я еле успела спрятаться за створку двери. Сердце бешено колотилось. Испуганно озираясь, попыталась доказать самой себе, что это всего лишь мой сон, а раз я его обладательница, значит, смогу все развеять.

Зажмурилась, стараясь ощутить узелки магии, которые обычно скрепляют основной сюжет сновидения. Пусто, ничего! Сцепив зубы, свела руки перед собой, глубоко задышав.

Звук распахнутой двери сбил концентрацию. По внезапно голым ступням сильнее потянуло холодом.

Я вновь заглянула в комнату. Мужчина вышел на балкон. Природа неожиданно преобразилась, становясь ярким летним рассветом.

— Это я изменила погоду? — шепотом спросила у самой себя.

Вряд ли. Ведь не было бордовых вспышек, которые проявлялись, когда я использовала свою магию.

Бесшумно ступая по деревянному полу, усеянному осколками кирпича, лепнины и кое-где стекол, сделала несколько шагов вглубь комнаты, внимательно следя за мужской фигурой. Гость стоял и любовался видом, слегка водил головой, осматриваясь. Свесился с балкона, что-то рассматривая. Я была готова в любой момент юркнуть обратно за дверь. Любопытство любопытством, но здравая осторожность должна быть на первом месте.

Мужчина резко обернулся, опаляя меня взглядом фиолетовых глаз…

Бордовая вспышка и я подскакиваю на собственной кровати. Тяжело дыша, откинулась на подушки, стянула с головы маску для сна. Июньский рассвет едва-едва теплился на горизонте. Значит, еще только часа три-четыре утра. Мне бы спать и спать до будильника, но сон как рукой сняло.

— Неужели это новая проверка? — наконец, вслух спросила пустое пространство своей спальни.

Ольга Вячеславовна вполне могла подкинуть нечто подобное, чтобы очередной раз проверить мои способности, но ее магии я не ощущала. Да и вообще никакой другой. Полное отсутствие постороннего воздействия. Уж это я за полтора года научилась распознавать.

Полтора года неясных снов, которые совершенно отличались от привычных сновидений. Я могла сама на себя наслать любой сценарий, я тренировалась на других. Конечно, аккуратно, чтобы не навредить. Просто проверяя свои возможности и обучаясь. Для личных целей я насылала сны только на близких людях, в ком была уверена больше, чем на сто процентов. Обучение