Попаданка, предсказанная дракону (СИ) - Надежда Фатеева

Надежда Фатеева

Попаданка, предсказанная дракону

Глава 1. Ничего не предвещало...

Алиса.

Если бы кто-то сказал мне сегодня утром, что к вечеру моя жизнь превратится в сущий вздор, достойный пера самого несдержанного фантаста, я бы рассмеялась ему в лицо. А потом, на всякий случай, переделала бы макет его визиток в пастельных тонах, я бы сделала это для восстановления душевного равновесия. Я, Алиса Орлова, твердо стояла на ногах, а точнее, на каблуках, спеша с лекции по истории искусств под безоблачным небом.

Рядом болтала Катя, жестикулируя так, что ее рюкзак громил мою сторону с завидной регулярностью.

«...и он такой посмотрел на меня, Аля, ну просто как в кино! Глаза такие... э... голубые! Или карие? Не важно! Важно, что он смотрел!» — ее восторг был таким же безграничным и немного хаотичным, как содержимое ее сумки.

Я улыбнулась, ловя на себе теплые лучи солнца. «Катюш, в прошлый раз «смотрел как в кино» парень с доставки суши, который просто пытался понять, зачем я заказала один ролл «Филадельфия» на двоих».

— Ну и что? — парировала она, ни капли не смутившись. — А вдруг он был принцем инкогнито? Ты слишком много читаешь, все анализируешь, а надо просто жить и наслаждаться!

В этом и была разница, между нами. Катя парила по жизни, как пушинка, доверяясь ветру. Я же... я всегда искала тот самый ветер, изучала его направление, силу и скрытые течения.

Мне было мало поверхности, мне нужна была глубина, структура, смысл. Даже в том самом парне с доставки я на секунду представила целую жизнь: уставшие глаза, мечта о собственной маленькой пекарне, грустный взгляд в окно дождливым вечером...

Катя же видела только потенциальный роман с парнем в десяти сериях.

Наша беззаботная болтовня была внезапно прервана резким порывом ветра, который сорвал с меня шарфик и закрутил в небесном танце.

Небо, еще минуту назад ясное и безмятежное, потемнело и нахмурилось, как лицо строгого преподавателя по истории.

—Божечки! Ой, что это?! — взвизгнула Катя, хватая меня за рукав, она показала на набегающую темную тучу.

А еще через минуту с неба обрушилась настоящая стена воды. Крупные, тяжелые капли моментально застучали по асфальту, превращая его в бурлящее полотно. Мы, как две перепуганные мышки, ринулись к ближайшему укрытию — старой кирпичной арке, ведущей в какой-то глухой двор.

«Выглядит как декорация к фильму ужасов», — пробормотала я, стряхивая с себя капли и оглядываясь. Двор был замкнутым, тихим, заставленными старыми ящиками. И именно в его глубине, на замызганной стене, алел яркий, кричаще-новый афишный лист.

«ВЫСТАВКА. УНИКАЛЬНЫЕ ЮВЕЛИРНЫЕ ИЗДЕЛИЯ И СТАРИННЫЕ ГРАВЮРЫ.ОДИН ДЕНЬ. ВХОД СВОБОДНЫЙ. СЕГОДНЯ.»

— Ого! — Катя тут же забыла о дожде. — Слышишь, Аля? Бесплатно! И про украшения! Пойдем, а? Промокнем же тут до костей!

Разум подсказывал мне, что есть что-то подозрительное в этой внезапной выставке в глухом переулке. Кто ее организует? Кто целевая аудитория — бомжи и заблудившиеся студентки типа нас с Катей? Но любопытство, это мое проклятие и мой дар, уже было разбужено. Старинные гравюры... Это звучало куда интереснее, чем мокнуть под дождем. — Ладно, — сдалась я, — но предупреждаю, если нас там будут ждать маньяки с гарпуном, я тебе этого никогда не прощу.

Мы толкнули тяжелую, ничем не примечательную дверь и шагнули внутрь. Внезапная тишина оглушила после шума ливня. Мы оказались в длинном, слабо освещенном зале. Воздух был густым и затхлым, пахло старыми книгами, воском и чем-то еще... сладковатым, неуловимым.

На стенах в золоченых рамах висели те самые гравюры. Я подошла ближе к одной. На ней с потрясающей детализацией был изображен огромный дракон, обвившийся вокруг замковой башни.

Но не сказочный змей, а нечто более... реальное. В его глазах была не злоба, а холодная, безразличная мощь. Картина была такая красочная, что по моей коже пробежали мурашки.

— Девушки, вы промокли. Позвольте предложить вам согреться, — донеслось откуда-то сбоку.

Я вздрогнула и обернулась. Возле нас стоял мужчина. Высокий, сухопарый, в безупречно сидящем темном костюме. Его лицо было аскетичным, с тонкими губами и пронзительным взглядом. Он смотрел на нас так, будто не просто видел две мокрые куртки, а читал наши души, как открытые книги. — Здравствуйте. Позвольте представиться, Я — Ивар Бирик, куратор этой небольшой экспозиции, — произнес он, и его голос был низким, бархатным, словно вобравшим в себя всю тишину этого зала. В его руках был небольшой поднос с двумя фарфоровыми чашками, от которых поднимался душистый пар.

— Ой, спасибо большое!» — Катя, недолго думая, сразу взяла одну. Я колебалась. Правила безопасности кричали во мне сиреной, но вид Кати, с наслаждением пригубившей напиток, и ледяная влажность моей собственной одежды перевесили доводы рассудка. — Благодарю вас, вы очень любезны», — сказала я, принимая чашку. Аромат был опьяняющим и тонким, смесь мяты, меда и каких-то незнакомых мне специй.

— Полагаю, вы студентки? — продолжил Ивар, его взгляд скользнул по моему рюкзаку. — Искусство, возможно? — Дизайн, — поправила я его, делая небольшой глоток. Напиток был обжигающе горячим и невероятно вкусным. Тепло разлилось по телу, прогоняя озноб. — Дизайн... — он произнес это слово так, будто пробовал его на вкус. — Искусство создавать новые формы?! Хм, как интересно. в что вы скажете о форме этого мира? Вам никогда не казалось, что за привычной реальностью скрывается нечто... большее? Вам не хотелось заглянуть чуть глубже чем может вместить человеческое сознание?

Его слова странным образом резонировали с моими собственными мыслями. Я снова посмотрела на гравюру с драконом. И в этот момент комната вдруг поплыла. Огни на стенах расплылись в золотые круги, звук дождя за окном превратился в отдаленный гул. «Катя...» — попыталась я сказать, но мой голос прозвучал глухо и издалека. Я увидела, как чашка выпадает из ослабевших пальцев Кати и падает... падает так медленно, будто у нее нет веса. Взгляд Ивара Бирика был последним, что я запомнила. Не пронзительным, а.… удовлетворенным. примерно, как у коллекционера, нашедшего недостающий экспонат.

А потом мир погас.

Я очнулась от оглушительного гула десятков голосов, звона бокалов и давящей волны тяжелых парфюмов. Тепло от чая сменилось жаром от полудюжины огромных канделябров, пылавших надо мной. Я сидела за огромным столом, уставленным яствами, которых я видела только в исторических