Я его отец. Наследник миллиардера - Алиса Ковалевская Страница 9

детской одежды, я ощутила себя героиней старого фильма, где миллиардер притащил девушку легкого поведения в магазин и недвусмысленно намекнул на размер своего кошелька. Вот только ни я, ни Артем героями фильма не были, а Ян Соколовский явно не тот, кто готов взбираться по пожарной лестнице с букетом в зубах.

Я сидела на диванчике и наблюдала за сыном, с кислой миной натягивающим очередной пиджак.

— Он не игрушка, Ян, — едва почувствовав присутствие, тихо произнесла я.

Соколовский присел рядом. На меня он не смотрел — тоже на сына.

— С чего ты взяла, что для меня он — игрушка?

— А кто? — Я повернулась к нему. Поймала пристальный взгляд. — Думаете, не понимаю, для чего вы это затеяли?

— И для чего же, по-твоему? — Уголки его губ приподнялись.

— Хотите показать своим друзьям, что у вас теперь новый сын. Новый наследник взамен утраченного. Вроде как империя продолжает существовать… — Я горько усмехнулась. — Знаете, Миша был замечательным человеком и самым лучшим отцом. И я все думаю…

— И о чем же?

— Кто вложил в него все эти качества.

Я поднялась, поняв, что пора сворачивать этот цирк, пока Артем не начал психовать от усталости.

— Уж точно не вы. — Глядя на Соколовского сверху, я добавила: — Надеюсь, вы купили моему сыну достаточно люксового шмотья, чтобы он выглядел красивой дорогой игрушкой перед вашими гостями. Мы уходим.

— Ты слишком много на себя берешь, Аделина. Тебе не кажется?

— Не кажется, — сквозь зубы процедила я и пошла к сыну. — Достаточно, — отодвинула в сторону порхающую перед ним продавщицу.

Та приторно улыбнулась.

— Может быть, подберем платье и для вас во взрослом отделе?

— Мне не нужно платье, — отчеканила я обратилась к Тёме: — Устал?

Тот вяло кивнул.

— Лучше бы за машинкой съездили, — недовольно скривил пухлые губы, чем вызвал у меня улыбку. Я провела рукой по мягким волосикам и притянула его к себе.

— Обещаю, я тебе куплю машину.

— Красную гоночную?

— Красную. Гоночную. — Кивнула — и снова ощутила за спиной Соколовского.

Резко обернулась. Он пристально смотрел мне в глаза, ничего при этом не говоря. А я… Я не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть. Да черт возьми, я даже моргнуть не могла!

— А знаете, — оторвавшись от меня, Ян обратил внимание на продавщицу, — думаю, стоит все-таки подобрать для Аделины подходящее коктейльное платье.

— Я не… — начала было я, но замолчала под тяжелым взглядом Яна.

— Мы подберем для вашей супруги самое лучшее коктейльное платье. — Широкая улыбка была настолько сахарной, что у меня свело скулы.

Я ждала, что Ян поправит её, но он лишь кивнул.

— Мне не нужно никакое платье, — прошипела я.

Ян взял меня под локоть, не обращая внимания на стоящего рядом и внимательно слушающего нас Артема.

— Я решу, нужно оно тебе или нет, девочка.

— Я не девочка. — Смахнула его руку и с ненавистью выплюнула: — И я не позволю делать из себя куклу! Надевайте платьишки на своих любовниц, Ян, а меня не трогайте! Пойдем. — Взяла Артема за руку и повела к выходу.

Совсем забыла, что на улице зима и надо одеться. Взяла куртку сына и накинула на него, сама торопливо влезла в пуховик. Всё это время Ян не сводил с нас взгляда.

— Всё, пойдём, — шепнула сыну, мягко подтолкнув к двери.

— Ты куда? — Вопрос прозвучал с насмешкой.

Я едва не зарычала.

— Будем ждать вас в машине, Ян Владимирович.

Обернувшись через плечо, приторно улыбнулась и выскочила из стеклянных дверей магазина. И только тогда дала волю слезам.

— Мам, ты плачешь?

Остановилась, я присела перед Артемом и крепко его обняла, напрасно пытаясь подавить отчаянный всхлип.

— Прости, Солнышко.

Мне так хотелось, чтобы все это оказалось лишь сном. Страшным дурацким сном. Порой казалось, что сейчас я открою глаза, а Миша жив, и я ничего не знаю о его отце.

Крепче обняла сына и заставила себя унять слезы.

— Ма-ам, — протянул сын недовольно. — Ну не плачь, пожалуйста.

— Не буду. — Отстранила его и улыбнулась. Тут же заметила мыски начищенных черных ботинок. Подняла взгляд.

— Садитесь в машину, Аделина. — Охранник повелительно указал на открытую дверцу автомобиля.

Я выпрямилась, застегнула пуховик и, ничего не говоря, повела сына к машине.

* * *

Мы около получаса сидели в ожидании Соколовского. И где его черти носят?! Решил сам прикупить парочку костюмов и не может определиться с цветом?! Серый или графитовый?! Проблема выбора, черт его подери!

Я злилась молча. Артем рядом играл в игру на телефоне. Почувствовав мой взгляд, сын поднял голову.

— Мы скоро поедем?

— Скоро, — ответила я, в очередной раз бросив взгляд в сторону дверей магазина.

— Я в туалет хочу, — виновато поморщился Артем. — И есть хочу.

Я тоже хотела есть. Посмотрела на водителя.

— Нам нужно сходить в торговый центр.

— Зачем? — Он даже взглядом меня не удостоил.

— Мой сын хочет в туалет. — Раздражение зашкаливало. — Он маленький и писать хочет. Достаточно понятно объясняю или нужно ещё конкретней?

— Дождитесь, когда вернется Ян Владимирович.

— Мой сын хочет в туалет. Сейчас, — жестко выговорила я.

Наши с охранником взгляды пересеклись. Он колебался недолго. Кивнул.

— Только недолго.

— Мы постараемся. — Я вышла из машины, забрала сына, и мы быстрым шагом отправились ко входу.

Отыскать туалет труда не составило. Я завела сына в кабинку, а сама уставилась в зеркало над раковиной. Выглядела я ужасно. Пригладила растрепавшиеся волосы и прижала ладони к щекам. Сколько я еще выдержу? Когда все это закончится и, главное, чем? Я так и останусь горничной в доме Соколовского, пока растет мой сын? Забрать через суд я его не смогу, только…

— Мам… — Артем вышел из кабинки и уставился на меня через зеркало.

— Что? — Я обернулась.

— Давай всё-таки сбежим. — Сын хмурил темные бровки и выглядел куда старше своих лет.

— Артем…

Против воли мозг начал работать. Я пыталась проанализировать последствия нашего побега. И финал был везде один — Соколовский нас находит, и я больше никогда не увижу сына. Уж он-то постарается.

— А куда ты хочешь сбежать?

— Домой.

— Домой нам нельзя.

— Тогда к тёте Маше. А можно ещё куда-нибудь, только надо зайку взять, а то он остался в этой комнате с пауком

— Это не паук, а осьминог.

— А похож на паука. Он зайке не нравится. Давай пойдём к тёте Маше.

— К тёте Маше нам тоже нельзя.

Сын, заметно погрустнев, вздохнул и опустил голову.

— Тём, я обещаю, тебе будет хорошо у дяди Яна.

— Нет, — мотнул головой. — Не будет! — Резанул взрослым взглядом и тут же по-детски надул губы. — К папе хочу.

Я притянула сына