Развод. Моя новая игра - Анна Верес Страница 8

Алиса смотрела на экран и чувствовала, как мир рушится окончательно. Она не просто потеряла мужа, дом и ресторан — она потеряла всё, что накопила за десять лет совместной жизни. Павел выкачал все деньги в свои счета, закрыл общие карты и оставил её на улице с пустыми карманами.

— Он вывел всё, — прошептала она, и голос её стал чужим, безжизненным. — Все деньги. Все сбережения. Всё.

Катя подошла к ней, положила руку на плечо.

— Я знала, что он это сделает, — сказала она тихо. — Я проверила твои счета через свои каналы. Он начал выводить деньги ещё три месяца назад. Постепенно, по небольшим суммам, чтобы ты не заметила. Всё перевел на свои счета. На счета Камилы. Он готовил побег заранее, Алиса.

Алиса закрыла ноутбук и откинулась на спинку стула. Она смотрела в потолок, и внутри неё что-то ломалось. Последняя опора, последняя надежда, что хоть что-то осталось. Но нет. Павел предусмотрел всё. Он сделал её нищей, бесправной и беспомощной.

— Он всё продумал, — сказала она, и в голосе проскользнула горькая усмешка. — Он увёл меня, оставил без денег, забрал дочь и ресторан. Он сделал всё, чтобы я не могла даже дышать.

Катя смотрела на подругу с тревогой.

— Алиса, у тебя есть я. У тебя есть твоя тетрадь отца, документы, которые ты нашла. Это не конец. Ты ещё можешь бороться.

Алиса повернулась к ней, и в её глазах зажглся холодный огонь.

— Ты права. Это не конец. Это начало. Он оставил меня без денег, но он забыл одну вещь. Он забыл, что у меня есть голова на плечах, руки, которые умеют работать, и документы, которые могут разрушить его империю.

Она встала, выпрямилась и подошла к окну. За окном просыпался город — шумный, равнодушный, живущий своей жизнью. Где-то там, в центре, стоял её ресторан, её дом, её прошлое. Но она больше не будет смотреть назад. Она будет смотреть только вперёд.

— Сегодня я иду к адвокату, — сказала она. — Я буду просить его о помощи. Я расскажу ему всё. О документах, о ресторане, о том, как Павел вывел деньги. Я не сдамся.

Катя обняла её крепко.

— Вот это моя Алиса, — сказала она. — Я всегда знала, что ты сильная. Мы победим.

Алиса кивнула, и в груди её разлилась странная, почти болезненная ясность. Она больше не чувствовала ни страха, ни боли. Она чувствовала только волю. Волю к жизни, к борьбе, к победе. Павел думал, что раздавил её, но он ошибался. Он только разбудил в ней того зверя, которого она сама в себе не знала.

— Что насчёт Миланы? — спросила она. — Я должна увидеть её сегодня. Я должна сказать ей, что всё будет хорошо.

— Мы придумаем, как это сделать, — сказала Катя. — Я поговорю с Андреем Сергеевичем. Он знает законы. Возможно, он сможет добиться временной опеки для тебя.

Алиса взяла тетрадь отца, документы, ключи от квартиры, которую ей подарил Павел, и положила всё в сумку. Она была готова. Она была готова к новой жизни, к новой битве, к новой войне.

— Павел думал, что может просто стереть меня, — сказала она, глядя на своё отражение в стекле. — Он думал, что я сдамся, что я исчезну, что я буду плакать в углу. Но я не исчезну. Я вернусь. И когда я вернусь, я заберу всё, что он украл у меня. Всё до последней копейки.

Она вышла из квартиры Кати, и холодный утренний ветер ударил в лицо. Она вдохнула его глубоко, чувствуя, как воздух наполняет лёгкие. Жизнь продолжалась. И она будет жить.

Продолжение следует…

Глава 7. Решение

Алиса шла по утреннему городу, не чувствуя ни холода, ни усталости. В голове был туман, но сквозь него пробивалась одна мысль, острая и ясная, как лезвие ножа: «Я не сдамся». Она повторяла её как мантру, как заклинание, которое должно было удержать её на плаву в этом бушующем море отчаяния.

Она зашла в маленькую кофейню на углу, чтобы согреться и собраться с мыслями. Заказала чёрный кофе, села за столик у окна и достала тетрадь отца. Её руки всё ещё дрожали, но она заставила себя открыть страницы, на которых были его заметки. Она перечитывала их снова и снова, впитывая каждое слово, как глоток воздуха.

«Дочка, — писал отец. — Жизнь всегда будет проверять тебя на прочность. Она будет бить, ломать, уничтожать. Но ты должна помнить: ты — моя кровь. Ты сильнее, чем думаешь. Твоя сила не в деньгах, не в муже, не в ресторане. Твоя сила — в тебе самой. В твоих руках, в твоей голове, в твоём сердце. Никто не может забрать у тебя то, что ты носишь внутри себя».

Алиса закрыла тетрадь и прижала её к груди. Слёзы снова подступили к глазам, но она сдержала их. Она не могла плакать. Она должна была быть сильной ради Миланы. Ради себя. Ради того будущего, которое она построит заново, даже если для этого придётся пройти через ад.

Она достала телефон и открыла фотографию Миланы — та улыбалась, держа в руках воздушный шар в форме сердечка. Это было сделано на прошлый день рождения, всего два месяца назад. Тогда всё было хорошо. Тогда она ещё верила, что их семья нерушима. А теперь… теперь она не знала, увидит ли дочь сегодня.

Алиса сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри закипает ярость. Она представила, как Павел завтракает с Миланой, как Камила приходит в их дом, как они делают вид, что она никогда не существовала. Она представила, как Милана спрашивает: «Где мама?» — и Павел уклончиво отвечает: «Мама скоро вернётся». Но она не вернётся, если ничего не сделает.

— Я вернусь, — прошептала Алиса вслух. — Я вернусь, малышка. Я обещаю.

Она допила кофе, расплатилась и вышла из кофейни. В кармане лежали документы, тетрадь отца, и крошечная сумма денег, которую одолжила Катя. Этого было достаточно, чтобы доехать до адвоката и заплатить за первую консультацию. Но что дальше? Как она будет жить? Как она будет бороться без денег, без дома, без опоры?

Она остановилась посреди улицы и закрыла глаза. Внутри неё бушевала буря — страха, боли, отчаяния, злости. Все эти чувства смешались в один горячий ком, который душил её изнутри. Но где-то глубоко, на самом дне, тлел маленький огонёк. Огонёк надежды. И она знала, что должна раздуть его в пламя.

Алиса открыла глаза. Она посмотрела на свои