Ты должна быть моей - Полина Эндри Страница 8

Она улыбается во все зубы, а глаза мужчины округляются, когда он смотрит вперёд, туда, где расположена палатка. Продавец как раз протягивает покупку человеку и принимает деньги, а после этого, кажется, замечает пропажу.

— Черт, — мистер Найт тянется к внутреннему карману пальто и одновременно с этим бросает на меня взгляд. — Ангелина, подожди здесь.

Я киваю, наблюдая за тем, как он поспешно удаляется. Летта идёт за ним, счастливая, прижимая к груди куклу. Он быстро расплачивается с продавцом, тот даже улыбается и что-то говорит, подмигнув девочке, на что Летта хихикает. Мистер Найт отступает от палатки и опускается на корточки, а Летта мгновенно повисает у него на шее со счастливой улыбкой.

Она целует отца в щеку, а я отчего-то чувствую, как сжимается мое сердце. Как же я бы хотела сейчас оказаться на месте девочки… Ощутить губами его кожу, прижаться к его телу. Летта крепко обнимает его за шею и что-то шепчет. Я не слышу, что она говорит, но то, как её губы изогнулись вокруг этих слов, не оставляет сомнений.

«Я люблю тебя.» Она сказала «я люблю тебя».

Мужчина выпрямляется и поднимает ее на руки, затем разворачивается ко мне лицом. Сильный трепет охватывает мои внутренности, смешивая светлые чувства и… Горькие. Они — настоящая семья. А я… Мне здесь не место. Я всего лишь прохожая. Очередная девчонка, которая запала на него. Да и неудивительно… Он из тех, в кого можно влюбиться с первого взгляда! Но зачем он сказал мне подождать его? Только из вежливости? Я ведь просто третья лишняя. Я… Мои мысли обрываются мгновенно, как только глаза мужчины натыкаются на меня. Несколько секунд он смотрит, а затем вдруг хмурится и ставит девочку на ноги.

И я… Я только сейчас понимаю, что мои щеки влажные. Черт возьми, я плакала? Не сдерживаю грустного смешка и снова смотрю на него. Он хмурится ещё больше и делает шаг, а я неосознанно отступаю назад.

Мне не стоит рушить их идиллию. Мне не стоит строить иллюзий, которые просто топят реальность. А реальность как раз в том, что такой как он не обратил бы на меня внимания… Он — состоятельный, уверенный в себе и невероятно красивый мужчина, а я… Просто я.

Эта мысль заставляет меня круто развернуться и без заминки двинуться вперёд. Где-то в моем воображении он сейчас меня догонит и остановит. Не даст уйти… Но это только воображение. Которое я быстро подавляю и ещё быстрее мчусь по заснеженной площади, пробираясь сквозь толпу людей. Несколько раз всхлипываю и ускоряю шаг, с рекордной скоростью покидая площадь. Гул людей становится меньше, а мои шаги торопливей, и только сейчас я чувствую, как щеки пощипывает мороз. Стираю ладонью влажные дорожки с лица и, сделав глубокий вдох, продолжаю идти в быстром темпе, пока шум позади меня окончательно не стихает.

Только спустя несколько минут позволяю себе замедлиться и делаю ещё несколько успокаивающих вдохов, прокручивая в уме недавние события. Вернее… Пытаясь их вытолкнуть. Нельзя мне о нем думать. Мы — как разные планеты, которые вряд ли когда-нибудь снова столкнутся. Хотя, я успела загадать желание у ёлки. И неважно, что оно совсем нереальное…

5

…Я охаю и вдруг падаю спиной вниз, приземляясь на твердую поверхность, но почему-то не чувствую удара.

— Ангелина? — слышу над собой знакомый голос и вскидываю голову, встречая его черные глаза. Он хмурится, словно не ожидал меня здесь увидеть, и оглядывает с ног до головы, а я вдруг соображаю, что все ещё лежу на… Полу? Судорожно осматриваюсь и понимаю, что это не главная площадь. Это чужая комната. Как я здесь оказалась? И где Летта? Это же она меня сбила с ног.

— Я… эм… — нелепо умолкаю и делаю попытку подняться, когда вдруг теплые руки сжимают мои ладошки и тянут вверх. Я ойкаю и врезаюсь в его грудь, сразу же ощущая крепкий захват. Хватаюсь за его плечи и поднимаю голову, но в следующий миг происходит то, что я ожидала меньше всего… Он рывком пододвигает меня ближе и запечатывает мой рот страстным поцелуем. Жар удушливой волной охватывает мое тело, собираясь внизу живота. Пульс ускоряется и бешено стучит в ушах, а сердце, кажется, бьётся у самого горла. Ни вырваться, ни убежать, руки Дэмиана крепко сжимают меня, заключая в желанную ловушку.

— Что… Что вы делаете? — шепчу сквозь поцелуй, желая добавить, что мы едва знакомы. И я не целуюсь с незнакомцами… Но сказать ничего не успеваю, он глухо рычит и обхватывает мои бедра, усаживая на стол. Мое платье непристойно задирается, а его руки скользят под ткань по бёдрам и широко разводят мои ноги в стороны. Я хватаюсь за его шею, в сознании уплывает последняя здравая мысль: почему я без верхней одежды?..

Жёсткие губы снова врезаются в меня, вызывая по телу то жар, то холод. Я преривысто вздыхаю и, не выдержав, стону — бессовестно и пошло, больше не думая ни о чем. Голова кружится, а тело слабеет, не желая сопротивляться.

— Дэмиан… — я жадно отвечаю на поцелуй и обхватываю ногами его талию, ощущая, как крепкие руки бесстыдно скользят по моему телу. Дэмиан сильно сжимает мою грудь и я всхлипываю, чувствуя невыносимую тяжесть внизу живота.

— Ангелина, — шепчет он, кусая мои губы, подбородок, шею, и наконец прикусывает ухо, горячо выдыхая: — Ты хочешь меня?

— Да! О, Боже, Дэмиан, да! — я двигаю бедрами и стону, больше всего желая сейчас ощутить его в себе.

Но он вдруг отстраняется и смотрит своим чарующим глубоким взглядом. Его брови хмурятся и руки отпускают меня так резко, что я покачиваюсь.

— Почему ты плачешь, Ангелина?

— Что? — не понимаю я и непослушной рукой провожу по лицу, убирая холодные капли воды на своих щеках. Черт возьми, я действительно плачу? Почему?

Кап, кап, кап. Ещё три ледяные капли падают на мой лоб, веко и подбородок. Снова вытираю лицо и крепко зажмуриваюсь, чувствуя странное головокружение. Поворачиваюсь в сторону, и мой мозг резко очухивается, когда прямо на мой нос приземляется большой кусок морозной влаги и скользит вниз на шею.

— Аааа! — визжу я и вскакиваю, широко открыв глаза, которые тут же натыкаются на смеющегося Джереми.

— Доброе утро, принцесса!

Мне требуется всего мгновение, чтобы понять, что это был сон, а мой брат стоит надо мной, одетый в тяжёлое пальто, сапоги и вязаную шапку. Он ухмыляется мне, как придурок, в руке у него виднеется оставшаяся часть