Истинная под елкой - Бетти Алая Страница 6

Однако, не дойдя до меня пару шагов, Катя случайно задевает каблуком сгиб ковра. И последнее, что я вижу перед тем, как огненный напиток обрушивается на мой костюм — панику в глазах неуклюжей истинной…

Глава 7

Катя

Дура! Неуклюжая идиотка! Что я творю? Носом пикирую прямо на Ярослава Владимировича. Кофе эпично разливается на его дорогой костюм. Машу руками, пытаясь хоть как-то удержать равновесие.

Однако…

— Катя! — низкий голос босса проникает в каждую клеточку, он бросает руку вправо и ловит меня.

Валюсь прямо на Ярослава Владимировича. Я словно сталкиваюсь с камнем. Но он ловко меня удерживает, будто пушинку. Не даёт упасть или удариться.

— Ай! — вскрикиваю, цепляюсь за каменную руку своего босса, страх как-то запаздывает.

— Вы в порядке? — спокойно спрашивает. — Катя, ваша рука…

И тут руку обжигает боль. Неприятная, жгучая. Морщусь, хватаюсь за ладонь. Изо всех сил держусь, чтобы не расплакаться. Не понимаю, из-за чего больше: из-за боли или своего провала.

Теперь точно уволит!

Все колени босса дымятся, обильно залитые кипятком. А ему хоть бы хны! Мужчина даже не морщится! Неужели не больно?

— Катя, дайте, я посмотрю, — Ярослав Владимирович нежно берет мою ладонь, слегка касается.

— Простите, — всхлипываю, — я совсем ни на что не гожусь. Мне так жаль, я… я напишу заявление сегодня же.

Меня захлестывает паника. На что я буду жить? Что есть? Чем платить за квартиру. Но почему-то все эти страхи меркнут по сравнению с одним, самым большим — больше не увидеть босса.

— Не нужно никаких заявлений, — вздыхает он, — покажите мне вашу руку. Нужно приложить холодное. Сильно болит?

— Да, — почему-то признаюсь в своей слабости.

— Покажите, — тихо говорит.

Не могу понять, почему так волнуюсь в его присутствии. И от нежного взгляда краснею, места не нахожу. Нога снова начинает ныть.

— Вы ошпарились, — лепечу, пряча взгляд, — я принесу тряпку, вам нужно будет снять брюки и…

— Катенька, — Ярослав Владимирович слегка сжимает мою ладонь, — что вы несете?

— Ой! — густо краснею, осознавая, какую глупость сморозила. — Тогда я сама… вытру вам… погодите…

Вырываюсь, бегу за стол. Босс с любопытством наблюдает за мной. Я хватаю чистую тряпочку, возвращаюсь. И плюхаю ее ему прямо между ног. Чувствую там что-то… большое и твердеющее. МАМОЧКИ! ЭТО…

— Катя, — хрипит Ярослав Владимирович, — вы не могли бы перестать…

— Больно? Где? Простите, ради бога! — извиняюсь, поднимаюсь и начинаю вытирать его бедра.

— Я сам, — вырывает у меня тряпку, — Катя, забудьте про меня, нужно вашу руку обработать.

Он бросает тряпку на стол, встает. Я стараюсь не смотреть мужчине между ног. Это неприлично. Но взгляд постоянно липнет к тому самому. И оно у него весьма внушительных размеров.

Боже мой, неужели такая штука может влезть в живого человека?

— Катя! — гаркает Ярослав Владимирович, теряя терпение. — О чем вы постоянно думаете?

О вас. И даже не знаю, почему. Но меня безумно влечет к мужчине, которого я два дня знаю. Съеживаюсь от страха… босс хватает меня за руку и тащит прочь. Покорно иду за ним, наслаждаясь странными вибрациями в теле.

Что со мной? Я не понимаю…

Ярослав Владимирович включает холодную воду, мочит тряпку. Берет мою руку, внимательно рассматривает. Качает головой, хмурится. Затем аккуратно накрывает ожог.

— Нужно вот так подержать. Справитесь?

— П… постойте со мной, пожалуйста, — я не могу внятно объяснить, почему мне так хорошо рядом с этим мужчиной.

— Ладно, работа подождет, — вздыхает он, — Катенька.

— Да? — поднимаю на него испуганный взгляд.

— Почему вы такая неумеха? — улыбается, и обидное слово звучит как-то нежно.

— Обычно я не такая, — вздыхаю, — я просто… не знаю. Очень нервничаю и… простите меня, пожалуйста, я на самом деле…

Блею, заикаюсь. Да что это такое? Я же была уверенной на собеседовании. Беседуя с менеджером по набору персонала, наоборот, чувствовала себя словно окрыленной. Нужные слова сами слетали с губ.

Я сама поразилась своей уверенности. А теперь всё снова вернулось в норму.

— А Новый год с кем справлять будете? Парень есть или с семьей? — пытается поддержать разговор босс.

— У меня нет семьи. Никого нет, — тихо говорю, горько улыбаюсь, — так что я буду одна.

— Я тоже, — ухмыляется Ярослав Владимирович, — вы не любите одиночество, Катя?

Его низкий хриплый голос приятно ласкает слух. Никогда прежде мужчина не был таким внимательным и ласковым со мной. Зачем он так себя ведет? Я ведь могу не так всё понять и…

— Не люблю, — поднимаю взгляд на босса, сталкиваюсь с янтарем его глаз.

… влюбиться.

А он потом уедет в свою столицу обратно. Наверняка, у такого мужчины есть красивые и уверенные женщины. Эффектные и умные. Зачем ему сирота из провинции?

— А почему? Боитесь или просто тоскуете? Расскажите о себе, — он опирается на раковину.

— Нечего рассказывать. Мои родители погибли, когда я была совсем маленькой. Других родственников не было, и меня забрали в детский дом. Дожила до восемнадцати, вот нашла работу. Моя жизнь скучная, Ярослав Владимирович.

— А тот шар? — уточняет босс. — Судя по вашему выбору росписи, вы очень интересная личность, Катенька. Ведь всё самое интересное в человеке всегда внутри. Душа и сердце.

От его слов становится тепло. И нестерпимо хочется плакать. Неужели хотя бы кому-то в этом мире интересна моя душа? Или это простая вежливость? Я надумаю себе, а потом моё сердце разобьется.

Как тот шар.

— Катенька, — Ярослав Владимирович всё ближе, сжимает мою ладонь.

И боль утихает.

— Что?

— Давайте проведем Новый Год вместе…

Глава 8

Яр

Тону в изумруде ее глаз. Только что с моих губ сорвалось безумное предложение, которое может быть понято неправильно. Но почему-то во мне нет сомнений. Лишь желание обладать моей неуклюжей помощницей.

— Ярослав Владимирович, — хмурится, таранит меня взглядом, — нет! Нет, нет! Я не буду проводить с вами Новый год в офисе! Это исключено!

Мои брови взлетают вверх. То есть, она поняла меня неправильно? Я имел в виду поехать ко мне…

Ладно, может, я форсирую события и нужно быть осторожнее. Это мы, волки, если встречаем пару и обретаем метку, то не видим препятствий к сближению. А у людей всё иначе. Конфеты-букеты и прочая бесполезная муть.

Ухмыляюсь. Подыграю Катюшке.

— Очень жаль, а я так надеялся, — вздыхаю, — тут столько работы. Мы с вами, Катенька, так ведь и не начали ничего разгребать, а уже время обеда. Кстати, где и с кем вы будете обедать?

— Не знаю, — взмахивает густыми ресницами, сводит с ума моего волка.

Нежная. Невинная. Моя.

— Тогда предлагаю свою компанию, — иду