Загадай желание - Кристина Лин Страница 6

Ничего себе?! Так она пережила предательство? Бедняжка!

— И тогда ты ушла?

— Тогда меня выгнали! — негодует она, — нельзя, понимаете ли, женщине науками интересоваться! И на мое место Еву создали. Тупая идиотка, под стать Адаму. Но и она стала вопросы задавать потом. Ну, а что дальше — ты знаешь.

Мне стало искренне ее жаль. Надо же, всего-то хотела, это получить образование. Но в то время еще не наступил век эмансипации. Женщины и сейчас урезаны в правах, а тогда все намного сложнее было.

— Ну, ладно, — мотает она головой, — не будем больше обо мне. Пора о тебе поговорить.

Обо мне? Разве, упреков в моей глупости было недостаточно? Будет что-то еще?

— Конечно, о тебе, милая, — снова она говорит мне, не отличая сказанное вслух от произнесенного мысленно, — пора уже открыть глаза, и перестать сохнуть по этому мерзавцу!

— Какому? — удивляюсь, — нет в моем окружении таких.

— Неужели? — закинув голову назад, она расхохоталась. Звонкий смех прокатился вдоль ниши, как что-то осязаемое, и вернулся ко мне, — никого нет?! А кто сохнет по своему начальнику, м?

Лев Кириллович? Но он же хороший, а не мерзавец. Даже язык не повернется так его назвать. А глаза у него какие, красивые… а руки?.. нет, такой видный мужчина просто не может быть плохим!

— Ну, он просто еще не разглядел меня…, — начинаю, стараясь аккуратно подбирать слова. Мне не приятно от того, что Лилит так отзывается о моей любимом.

— Это ты никак не хочешь открыть глаза и разглядеть кого-то стоящего! — Лилит отбрасывает ягодку в стену, и та, лопнув от удара, сползает влажным пятном на пол, — вокруг тебя куча мужиков, а ты вздыхаешь по единственному, которому нет до тебя дела!

Глава 7

Почему же нет дела? Она не знает, как он ко мне относится. Лев Кириллович просто не хочет разрушать семью. Наверное, он боится, что жена может узнать про нашу связь, и не хочет проблем.

— Ой, все! — мотает головой Лилит, — ты утомила меня своим мыслительным поносом. Давай, я просто выключу твои чувства к этому представителю слабого пола, и проблем станет меньше.

— Слабого? Про мужчин у нас говорят, что это сильный пол.

— Все-то у вас, людишек, с ног на голову перевернуто, — заявляет Лилит высокомерно, — подумай сама, кому Бог доверил бы функцию рожать детей — сильному или слабому полу?

Мыслительный процесс разогнался до невиданных оборотов. У меня нет детей, да я пока и не планирую. И нас приучили думать, что никакой заслуги в этом особой нет. Главное — карьера, а дети сами родятся и вырастут. Но слова Лилит, однако, не лишены здравого смысла.

— Я ж говорю, — резюмирует она мой «мыслительный понос», — все с ног на голову! Да это он должен за тобой бегать, а не наоборот!

Лилит потянулась, перевернулась на другой бок.

— Ладно, помогу тебе, — заявляет, устало кивнув, — уберу твое ненормальное влечение к этому неподходящему субъекту. Так надо, поверь.

Она подняла руку, но я испуганно ее опередила, перехватив запястье.

— Не надо, прошу! — почти вскрикиваю от испуга. Ну, не может же она не понимать, что лишать человека сильной влюбленности неправильно? Она же верит в любовь?!

— Любовь? — повторяет девушка задумчиво, — вы, люди, забавные, — Лилит ухмыльнулась, во взгляде промелькнула мысль, — а у меня есть идея получше. Я не стану затирать твою влюбленность. Наоборот, я помогу тебе получить твоего возлюбленного.

Мое сердечко радостно забилось от ее слов.

— Правда?

Неужели, у меня, наконец-то, получится достичь желаемого?

— Да, ты получишь своего мужчину готовеньким, не сомневайся, — говорит Лилит.

Интуиция во всю вопит, что тут скрыт подвох, но фантазия уже нарисовала радужную картинку прекрасного будущего.

Как же мне хочется, чтобы Лев Кириллович был моим! Не важно, в каком статусе — мужа или любовника. Все равно! Главное, — что он будет мой!

— Я все сделаю ради этого! — вырвалось у меня на порыве.

Лилит улыбнулась еще шире.

— Но есть условие, — говорит она, — если у тебя, несмотря на все мои усилия, не получится заполучить его, ты вверяешь мне право управлять твоей судьбой, как я посчитаю нужным и правильным.

Моя радость резко померкла. И что это значит? Мне нужно продать ей душу?

— Прошу тебя!? — восклицает Лилит, прочитав мои мысли, — не надо этой пошлятины из ваших глупых фильмов! Душу продать нельзя, тебе это должно быть известно. Впрочем, — добавляет она, устало выдохнув, — с нынешним падением уровня образования…. Не удивительно, что ты не знаешь даже таких простых истин.

Она все время говорит о том, как люди глупы. Зачем тогда возится со мной?

— Видишь ли, милая, — говорит Лилит грустно, — вместе с изгнанием из рая, меня наделили обязанностью присматривать за всеми не рожденными детьми. А ты, с твоей глупой влюбленностью, не замечаешь никого, кроме своего шефа. А, ведь, могла уже родить минимум двоих.

— Что?! От кого?

Хотела бы я ребенка от Льва Кирилловича? Наверное, да. Не знаю. Может, позже.

— Да хоть бы от Влада, — шокирует Лилит ответом, — он давно влюблен в тебя. Парень заплатил кучу денег организатору праздника за то, чтобы та усадила его за твой столик. Но ты же не желаешь его замечать!? Тебе Льва Кирилловича подавай!

Влад? Влюблен в меня? Она, наверное, что-то путает.

— Ничего я не путаю, глупая! — подавляет высокомерием Лилит. Кажется, я уже начинаю привыкать к ее ироничной и властной манере общения, — Это вы, люди, все и всегда путаете, смешиваете одно с другим, меняете понятия, не знаете правил и простых истин. Любите делать из простого сложное, чтобы вам труднее жилось!

Труднее? Может, и так. Зато нам точно скучать не приходится.

Лилит улыбнулась в ответ на мою последнюю мысль. Может, в этом и есть еще одна причина, почему она возится с нами, глупыми людишками?

— Ну? — вопрошает Лилит, — что ты решила?

Мысли перескакиваю с одной на другую. Мне хочется ответить согласием. Но, одновременно, страшно. До этого вечера я даже не знала о существовании Лилит. А теперь мне нужно всецело доверить ей свою судьбу?

— Соглашайся, идиотка! — заявляет богиня, — пока я добрая. Такая удача дается очень редко. Цени!

Она качнула головой, откинув назад прядь волос.

— Да и что тебе терять в твоей убогой жизни? — добавляет, назидательно изогнув бровь и бросив на меня уничижительный взгляд.

Убогой? Может быть, и так. Но эта самая жизнь у меня одна единственная, второй такой