Измена. Малыш для доктора - Елена Верная Страница 5

Меня немного потряхивает после разговора с мужем, и Татьяна сразу же замечает мое состояние.

— Только не говори, что ты разговаривала с Егором? — женщина сразу обратила внимание на телефон у меня в руках.

— Разговаривала, — кивнула. — Он увидел, что я деньги с карты сняла, и решил поинтересоваться, зачем мне столько.

— А ты что? — женщина завела машину, и мы выехали на проезжую часть с парковки.

— Я сказала, что они мне пригодятся, что я ухожу от него, и потребовала развода, — по щекам снова текут слезы, но это словно эмоциональный откат после разговора с мужем.

— И он, конечно же, сказал, что ты его не получишь, — усмехнулась Татьяна Сергеевна.

— Да, а вы откуда знаете? — я удивленно посмотрела на своего гинеколога и смахнула со щек слезы.

— Скажем так, догадалась, — женщина криво усмехнулась. — Ты еще не поняла, что Егор из тех мужчин, кто если решил, что ему что-то принадлежит, то уже никогда это не отдаст.

— Ему придется меня отпустить, — я сцепила зубы и уставилась вперед, на дорогу. — Я не прощу измену и то, как он себя повел. Он даже не чувствует своей вины, понимаешь? — я сама не заметила, когда перешла с врачом на “ты”.

— И что ты будешь делать? — Татьяна Сергеевна вопросительно посмотрела на меня.

— Сниму номер в гостинице или квартиру посуточно, — я растерянно пожала плечами. Когда я разговаривала с Егором, то все казалось проще, чем когда я поняла, что совершенно несамостоятельная и беспомощная. А еще я поняла, что, несмотря на то что у меня сейчас есть деньги, он все равно легко найдет меня в гостинице, а значит, нужно снять квартиру. — Да, надо снять квартиру, — произношу вслух.

— У меня есть предложение, — Татьяна остановилась на светофоре. — У меня трешка, и я живу совершенно одна. Так что ты меня не стеснишь.

— Вы предлагаете пожить у вас? — я растерялась от предложения врача.

— Да, предлагаю и даже настаиваю, — кивает женщина. — Думаю, и Егор тебя у меня искать не будет, и ты сможешь мысли свои в порядок привести.

— Мне неловко, — признаюсь я женщине.

— Зови меня Таня, — усмехается мой врач, совершенно игнорируя мои слова. — Чем ужинать будем? Может, тефтели купим? — и Татьяна притормозила у продуктового магазина. — Только предупреждаю сразу: я неважно готовлю, — говорит Татьяна Сергеевна. — Так что не обессудь.

— Я тоже, — признаюсь с виноватым видом.

— Значит, мы приехали туда, куда нужно, — мы вышли из машины и направились в магазин. — Здесь самые бомбические полуфабрикаты, и готовить быстро и несложно, — рассказывает мне Татьяна, зачем мы приехали в этот магазин. У меня даже настроение поднялось, и я отвлеклась на обычный шуточный разговор. О Егоре подумаю потом. Сейчас хочу тефтели!

Глава 4

Я живу у Тани уже три месяца. Она меня не гонит, даже наоборот, расстраивается, если я заговариваю о съеме жилья. Квартира большая и просторная, с современным ремонтом и мебелью. Таня очень много времени проводит на работе, и видимся мы с ней не так уж и часто. Я готовлю обед к ее приходу или ужин, если у нее вторая смена в женской консультации. Она в еде непривередлива, так что никаких недовольств по поводу макарон с котлетами не высказывает. Я к еде вообще любой интерес потеряла и вместо того, чтобы поправляться, довольно сильно похудела, что для беременной не очень хорошо. Как-то не отпускала меня вся эта ситуация с Егором. Оно и понятно, я все думала, что надо набраться храбрости и подать заявление на развод. Но где ее, эту храбрость взять? Живот округлился, и теперь у меня появилось четкое осознание, что я беременна. Оно, конечно, и раньше было, но как-то все было не так. Мозг не мог привыкнуть, что я теперь в ином положении, в беременном. А когда появилось физическое подтверждение этому, то мозг смирился с этим положением и стал вести себя соответствующе, то есть нерационально. Я то грустила и весь день лежала на кровати, смотря в одну точку, плакала и вспоминала прошлое. То радостная, полная энергии и энтузиазма, была готова свернуть горы. Но так как гор не предвиделось, то просто устраивала генеральную уборку. Снимала шторы, стирала их и вешала заново. Мыла окна и вычищала все коврики, вычищала диваны и с щеткой на коленях отдраивала полы. Я раньше не замечала в себе такой чистоплотности. Я, конечно, не была грязнулей, но чтобы вот так, сидя на коленях, щеточкой вычищать пол, раньше такого не было.

— Ты бы не напрягалась, — Таня как раз застала меня за очередной генеральной уборкой.

— Мне надо чем-то себя занять, иначе сойду с ума, — признаюсь как на духу. — Я только и думаю, что о Егоре.

— Хочешь вернуться к нему? — женщина словно читает мои мысли.

— Я не знаю, как это объяснить, Тань. Я хочу закрыть глаза, зажмуриться и чтобы ничего этого не было. Безумно тебе благодарна, но я понимаю, что так долго продолжаться не может. Все время вспоминаю, как мы были счастливы, любили друг друга, а потом сомнения снедают. А любил ли он меня когда-либо? Я не понимаю, что я сделала не так? В какой момент все пошло под откос? Когда он захотел доказывать самому себе и окружающим, что он альфач? Когда его эго стало выше нашей семьи и меня? Все эти вопросы сводят меня с ума. И я… да, я хочу вернуться к нему. Но гордость не позволяет. Ведь если сейчас я проглочу эту измену, предательство, дальше же будет только хуже. Он поймет, что остался безнаказанным, и будет изменять еще более нагло, чем сейчас. Он ведь даже прощения не попросил. Он не чувствует, что виноват в чем-то. Ты понимаешь? Я бы его простила, но если бы он раскаялся. Если бы я это увидела, понимаешь?

— Я не смогу тебе подсказать ответы на твои вопросы, — Татьяна Сергеевна смотрела очень серьезно. — Тебе надо разобраться в себе, но, к сожалению, мои полы не смогут тебе в этом помочь.

— И что поможет? — я грустно усмехаюсь.

— Может, встретишься с Егором и поговорите как взрослые люди? — Таня с сочувствием смотрит на меня. — Может, он за эти несколько месяцев все понял и осознал?

— Люди не меняются, — я помню, мать часто так говорила, а я тогда не понимала, что она хотела этим сказать.

— Меняются, если очень этого хотят, — качает головой женщина.