Родная чужая мама для дочери магната - Алла Ларина Страница 5

Что ошиблась, понимаю почти сразу. Потому что Денис равнодушно бросает ей:

– Уволена!

И проходит вперёд, к кабинету.

– Денис Аркадьевич! – ахает девушка. – За что?!

– За некомпетентность и пренебрежение своими обязанностями, – мужчина оборачивается, и я вздрагиваю, хоть сейчас его злость направлена не на меня.

А вот няня испуганно пятится назад.

– Скажите спасибо, что не предъявляю вам обвинений! Вы недосмотрели за моей дочерью! – в его голосе проскальзывают рычащие нотки. – Я сообщу в агентство о причине увольнения. Даже не надейтесь, что вам позволят дальше работать. Вон с глаз моих!

Девица, всхлипнув, выносится из холла.

– Алиса, – обращается к девочке отец, – я прошу тебя посидеть здесь и никуда – никуда, ты слышишь меня? – не уходить. Мы с твоей… мамой поговорим наедине.

– Хорошо, – Алиса послушно кивает, смотрит на меня. – Мамочка, я тебе обещала, что не буду убегать!

– Я помню, малышка, – заставляю себя улыбнуться.

– Кара! – Денис уже держит открытой дверь своего кабинета.

Собрав всю свою волю в кулак, прохожу внутрь. Створка захлопывается за мной с таким громким звуком, что я вздрагиваю. Невольно прижимаюсь к стене спиной.

– Какого хрена ты опять явилась?! – мужчина нависает надо мной, давит взглядом, давит своей энергетикой. – У нас была договорённость, Кар-ра! А ты, чёрт тебя подери, снова лезешь в жизнь Алисы! Она только начала приходить в себя!

– Я… – пытаюсь что-то сказать, не знаю что.

– Что «ты», Кар-ра?! Всегда и во всём только ты! Эгоистичная дрянь!

Нет, всё, я больше так не могу.

Надо сказать. Я должна сказать!

– Денис… – выдавливаю с трудом. Чёрт, как же его отчество, няня ведь только что называла! Не могу вспомнить, и продолжаю на выдохе: – Я… не та Кара.

– Такие как ты не меняются! – выплёвывает он.

– Нет, господи, нет, вы неправильно поняли! Я…

Дверь распахивается без стука. Сначала я не понимаю, что за женщина встаёт на пороге, а потом… узнаю!

Это мать той Кары! Как там её… С именами у меня не очень хорошо, и я с трудом выкапываю из памяти – Виолетта.

– Денис, прости, что так врываюсь, но я должна сказать. Это важно, – она тяжело дышит, словно бежала последние несколько минут, переводит взгляд на меня и… застывает.

Я в первый раз вижу, чтобы человек вот так бледнел! У неё даже губы словно теряют цвет.

А потом женщина хватается за сердце и оседает на пол.

Глава 6

Все события дальше сливаются в одну сплошную полосу.

В кабинет залетает Алиса, испуганно вскрикивает, увидев Виолетту. Я хватаю девочку, прижимаю её к себе, пока Денис, ругаясь себе под нос, поднимает женщину с пола и укладывает на диван, стоящий тут же у стены.

– Что с бабушкой? – шепчет девочка, глядя на меня распахнутыми глазами, в которых плещется страх.

– Малышка, ей стало нехорошо, – пытаюсь говорить спокойно. – Такое бывает иногда…

– Она поправится? – Алиса прижимается ко мне крепче.

– Твой папа сейчас вызовет врача, – стараюсь не глядеть на мужчину, который, набирая по телефону скорую, смотрит на меня, прищурившись. – Ей помогут.

– Как тебе помогали, да?

Меня прошибает ознобом от этих слов. Что за?..

– Когда тебе было плохо, папа тоже вызывал скорую, – продолжает Алиса. – И тебе помогли.

– Да. Как мне, – киваю, решив не уточнять детали.

Боюсь даже предположить, что там случалось с её матерью.

Слышу, как Денис объясняет диспетчеру скорой, что женщина без сознания, в возрасте, что у неё хроническая болезнь сердца.

Интересно, это он точно знает или просто старается немного сгустить краски, чтобы машину прислали поскорее?

Параллельно отходит к одному из офисных шкафов, роется там, вытаскивает аптечку. Одной рукой ему неудобно, и мужчина прижимает телефон ухом к плечу, видимо, диспетчер попросил подождать.

– Алиса, солнышко, иди вот сюда, на стул, посиди, – отстраняюсь от ребёнка, поглаживаю её по плечу, чтобы не волновать ещё сильнее. – Мне нужно помочь твоей бабушке.

Девочка кивает, а я, подойдя к столу, отодвигаю руки Дениса от коробки с лекарствами. Не обращая внимания на настороженное выражение на его лице, быстро перебираю пузырьки, нахожу нашатырный спирт.

Откупориваю и, поморщившись от неприятного запаха, подхожу к Виолетте. Осторожно повожу у неё под носом бутылочкой.

Сначала ничего не происходит, но потом женщина приходит в себя. Явно с трудом приоткрывает глаза. Взгляд мечется, находит меня.

– Ка-ра… – выдыхает еле слышно, со стоном.

Мы с Денисом на секунду встречаемся взглядами, он, как и я, понимает, что ребёнка лучше увести. Мало ли что…

– Алиса, надо встретить врачей скорой! – мужчина берёт девочку за руку. – Пойдём к лифту, а то они могут запутаться в коридорах!

Дверь в кабинет они оставляют открытой.

А я снова смотрю в глаза Виолетте.

– Я не Кара, – качаю головой. – Не та Кара! Я не ваша дочь! Это огромная ошибка! Скажите Денису! Я только что пыталась объяснить ему, но не успела…

Женщина опускает веки, из уголка скатывается слеза. Потом снова глядит на меня. В глазах появляется какая-то отчаянная решимость.

– Молчи!

– Что? – в первую секунду мне кажется, что я ослышалась.

Лицо Виолетты искажается от боли, она закусывает губы, прижимает ладони к сердцу, давит так, словно хочет продавить грудную клетку. До меня из холла доносится шум. Скорая быстро приехала.

– Молчи… – слышу тихое. – Молчи… если хочешь… выжить!

Ошарашенно смотрю на женщину. Она серьёзно?!

– Ты – Кара! – выдыхает Виолетта. – Ты должна молчать! Иначе тебя…

Силы у неё кончаются, и женщина снова теряет сознание. В ту же секунду в кабинет торопливо входят мужчина и молодая женщина в форме скорой. Меня оттесняют в сторону, и я, не зная, что делать, отхожу к рабочему столу.

Денис заходит следом за врачами, находит глазами меня, хмурится и показывает, чтобы я вышла из кабинета.

Проскользнуть мимо него не получается. Когда равняюсь с отцом Алисы, он хватает меня за локоть.

– Я вызвал водителя и охрану, – цедит сквозь зубы. – Ты сейчас берёшь Алису и едешь с ней домой. Не думай, что я поверил сказочкам, которые ты налила в уши дочери! Охранник предупреждён, так что только попробуй выкинуть что-нибудь в твоём стиле, ясно?! Из дома ни ногой и следи за своим поганым языком! Поговорим вечером, когда вернусь.

Я киваю, сдерживая дрожь.

Не знаю, как, не знаю, почему, но, похоже… мне придётся послушаться Виолетту.

К нам подходит один из врачей.

– Инфаркт, – говорит коротко. – Госпитализируем срочно!

– Хорошо, – кивает ему Денис. – Помощь нужна?

– У вас же тут