Волчья страсть - Надя Найт Страница 4

Я вздыхаю и послушно подхожу к возвышению, где ещё недавно лежала Майра. Невольно принюхиваюсь, и мне кажется, что в воздухе до сих пор витает ее сладкий запах. Мех на шкурах тоже пахнет ею… им, их близостью. Становится противно. Словно я — ее замена и его очередная подстилка.

— Я бы хотела спать в другом месте, — заявляю, рискуя разозлить мужчину.

— Что?! — в его голосе слышится раздражение.

— Здесь плохо пахнет, — поясняю я, полностью игнорируя инстинкт самосохранения.

Шумно дыша, он подходит к постели, одним движением срывает шкуру, несет ее к двери и выкидывает на улицу. Я вздрагиваю и вжимаю голову в плечи, ожидая, что сейчас меня вышвырнут на мороз вслед за той шкурой. Но Аррон идёт к дальней стене.

Он открывает большой сундук, который я почему-то не заметила раньше, достает оттуда новую шкуру и бросает на постель.

— Застели, — отрывисто бросает он.

Я тщательно расправляю меховую шкуру, отмечая отсутствие посторонних запахов — видимо ей еще не пользовались.

— Можно еще одну? — прошу я, потому что не понимаю, как буду спать голой и без одеяла.

Мужчина хмурится, смотрит на меня непонимающе.

— Чтобы укрыться, — говорю я, замечая, как темнеет его лицо. Видимо он устал уже возиться с моими просьбами.

Аррон снова идет к сундуку, роется в нём. Движения резкие, рваные — он явно раздражен. Наконец он достает какую-то ткань и бросает в мою сторону.

— Спасибо, — негромко произношу я, разворачивая «подарок».

Полотно грубое, неровное, местами вытертое, сшито из лоскутов, но достаточно плотное. Хотя для меня самое главное — есть, чем прикрыть наготу.

Заворачиваюсь в «одеяло» и ложусь на край импровизированной кровати, поджав ноги к животу. Слышу, как Аррон ложится рядом, и напрягаюсь всем телом.

— Придвинься ко мне, — звучит за спиной его низкий голос.

Понимаю, что лучше не спорить, и неохотно сдвигаюсь на несколько сантиметров.

— Ближе, — нетерпеливо озвучивает он и, не дожидаясь моей реакции, притягивает меня вплотную к себе.

Его рука опускается мне на талию. Спиной я прижимаюсь к его груди. Пытаюсь хоть немного отодвинуться, но мне не позволяют.

— Ночью холодно, — снисходительно поясняет он. — Не бойся. Я не трону тебя сегодня.

Сегодня? Его слова ничуть не успокаивают, и в противовес сказанному чувствую, как твердеет его мужское достоинство, упираясь мне в поясницу. Подаюсь вперед, пытаясь избежать прикосновений, и слышу, как он шумно выдыхает.

— Если не перестанешь ёрзать, трахну тебя прямо сейчас.

Замираю, боясь пошевелиться. Сердце колотится в груди. Закрываю глаза, пытаясь успокоиться, но уснуть не получается. Долго лежу, прислушиваясь к его дыханию, треску огня и звукам ночного леса за окном.

Только под утро мне удается забыться тревожным сном.

Глава 5

Автобус качается на повороте, и Ленка смеётся, показывая мне фотки в телефоне. Катя сзади напевает какой-то трек. Она специально отсела от нас, чтобы спокойно послушать музыку в своих новых дорогущих наушниках.

За окном мелькают горы, море внизу сверкает на солнце. Красота невероятная. Я достаю телефон, чтобы сделать пару снимков для ВК — с этой работой я уже сто лет ничего не постила.

В этот момент автобус резко бросает в сторону. Я хватаюсь за поручень, телефон вылетает из рук. Звучат испуганные крики пассажиров и визг тормозов.

Нас заносит прямо на ограждение.

Словно в замедленной сьемке я наблюдаю, как автобус кренится в бок, проламывает металлические прутья и летит в пропасть.

Оборачиваюсь к Ленке, ловлю ее шокированный взгляд. Катю проверить не успеваю. Рывок — пальцы соскальзывают с поручня. Я падаю, ударяясь о что-то твердое. А дальше все происходит очень быстро: автобус несколько раз переворачивается, меня швыряет по салону, пока очередной удар не погружает мир в темноту.

Распахиваю глаза и резко сажусь на постели. Взгляд упирается в потухший очаг. Я все еще в доме Аррона, но хозяина нет. Я одна.

Делаю глубокий вдох, растирая лицо руками.

«Это был сон. Просто сон», — говорю сама себе, но понимаю, что это не так. Воспоминания проносятся перед глазами как яркий калейдоскоп: поездка в Абхазию с подругами, автобус, падение со скалы. А дальше? Я умерла?

Поднимаю руки, осматриваю их. Пальцы тонкие, длинные. Изящные запястья. Опускаю взгляд ниже, на живот, ноги. Тело стройное, подтянутое, миниатюрное. Не мое.

Значит, я все же умерла, и моя душа каким-то невероятным образом переселилась в другого человека.

«Не человека», — проносится у меня в голове, и мозг услужливо подбрасывает воспоминания о недавней «странной» пробежке по лесу.

И что теперь делать? Как вернуться домой? Или хотя бы просто в нормальный, цивилизованный мир. Ведь, судя по всему, меня занесло в какую-то секту или общину.

Солнечный свет льется из маленьких окон. Сколько сейчас времени? Глупый вопрос, ведь здесь нет часов.

Не сразу я замечаю на краю постели стопку одежды. Аррон не забыл о моей просьбе. Подползаю ближе и разворачиваю вещи — криво скроенное платье из грубой льняной ткани и длинная меховая жилетка. Все выглядит чистым, возможно даже новым, хотя мне трудно отличить — никогда не видела такой одежды. Разве что в исторических фильмах.

Рядом, на полу стоит пара странных ботинок, напоминающих угги. Первым делом обуваюсь, а затем натягиваю платье. Ткань колется, раздражает кожу, но я терплю. Лучше так, чем разгуливать голой.

Чувствую себя хорошо. По крайней мере, лучше, чем вчера. Слабости больше нет, ничего не болит.

Накидываю меховую жилетку, собираясь выйти осмотреться, и в этот момент дверь открывается и в дом заходит незнакомая женщина. Высокая, статная, с густыми темными волосами, заплетенными в простую косу.

— Проснулась, наконец, — говорит она, скользя по мне оценивающим взглядом. — Вижу, моя одежда подошла.

Что? Это ее вещи? Впрочем, логично. Где Аррон мог за ночь добыть платье — только одолжить у кого-то. Видимо, это одна из его любовниц. Кожа под платьем горит сильнее, словно ткань пропитана кислотой.

— Брат просил присмотреть за тобой, пока он на охоте, — продолжает женщина, и мне становится стыдно за недавние мысли. — Я Ингрид.

— Мира, — выдавливаю я, чувствуя, как горят щеки.

— Пойдем, накормлю тебя. У Аррона можно с голоду помереть.

Следую за Ингрид, выхожу наружу и оглядываюсь по сторонам. При дневном свете поселение выглядит не таким пугающим. В очередной раз убеждаюсь в отсутствии признаков цивилизации — нет ни машин, ни какой-либо техники, ни электрических проводов. Словно я попала в прошлое, на несколько сотен лет назад.

Все дома из дерева, сложены кривовато, стоят вразброс, безо всякого порядка. Между домами снуют люди — мужчины, женщины, дети. Некоторые оборачиваются,