Вынужденный - Лика П. Страница 31

– Тебе очень идет этот цвет… мне нравится.

– Спасибо… – все, что я смогла от волнения из себя выдавить.

Долго смотрел на меня, а мне было стыдно смотреть на него… но очень хотелось. Наши взгляды иногда пересекались, я старалась не вспоминать наше совместное утро в душевой. Но воспоминания вспышками ослепляли мое сознание. Иногда он спрашивал меня, я отвечала, таким образом, он пытался меня узнать лучше. На мой ответ, он, бывало, качал головой, что-то для себя отмечая или соглашаясь… не всегда его понимаю, но тоже хочется его узнать. Особенно с того момента, как случился перелом в наших отношениях. О каких отношениях я говорю? Их и не было… но мне кажется, что они могут зародиться, иначе откуда возникло желание узнать его поближе…

Как я и предполагала, наша машина подъехала к ресторану. Высадив нас, «броневик» умчался на подземную парковку. Алан повернул ко мне вполоборота голову и предложил мне свой локоть. Скорее, это мне так хочется думать, что он предложил. Предлагать не в его правилах. Я положила свою руку ему на локоть, и мы двинулись к входу.

Нас встретил администратор. Предполагаю, Алана здесь знают, потому что администратор расплылся в улыбке и расшаркался перед ним. Выглядело достаточно комично из-за его старательной наигранности.

– Рады Вас видеть, Алан Алиханович, в нашем ресторане, давно Вы нас не баловали…

Алан перебил его:

– Будь добр, нам с женой ВИП организуй.

– О… конечно-конечно… сейчас, все сделаем, – он щелкнул пальцами, и возле него вырос официант, весь с иголочки.

Сжала руку Алана, он отреагировал мгновенно:

– Что такое?

– Можно тебя попросить?

– Попроси, – улыбнувшись одним уголком губ, сказал он мне.

– Я бы хотела выбрать столик у окна. Мне очень нравится в зале у панорамного окна, там открывается красивый вид.

– Хорошо… – он собрал брови у переносицы, чуть прищурил глаза, сдерживая рвущуюся улыбку. Но я заметила. Я бы обиделась, но радует уже то, что оказывается, он умеет смеяться.

– Будь добр, отмени ВИП и проводи нас до столика, который выберет моя жена.

– Без проблем… Что желаете? – обратился ко мне администратор.

– Можно Вас попросить, вон тот дальний, у окна…

Нас проводили, Алан поухаживал за мной, помог присесть и сам сел напротив меня. Официант предложил нам меню.

– Что ты будешь, Юля? Что-то зеленое? – решил скаламбурить мой муж. Чему я не придала значение.

– Буду, и не только… еще фишн-энд-чипс.

– Угу… то есть, простым русским языком, жареную рыбу с картошкой.

– Да, и много зеленого салата.

– Хорошо, мне нравится, что у тебя есть аппетит. А пить сегодня будем вино, и не спорь, бокал хорошего вина еще никому не навредил, тем более, что вино здесь из погребов моего отца.

– Я и не собиралась, с удовольствием попробую вино, которое производит Алихан Аланович.

– Почему тебе не нравится ВИП? – как-то резко перевел Алан тему.

– Не то, чтобы мне не нравится. Я больше люблю смотреть на растительность, цветы… вот здесь за окном, не так много природы, но очень оживленно. Мне нравится наблюдать за людьми, за их эмоциями… Жизнь так и кипит, а я люблю жизнь, – и, оторвавшись от окна, посмотрела на него.

Его взгляд будто считывал каждую эмоцию с моего лица. Мы чуть застыли друг на друге, между нами шел молчаливый диалог.

– Юля, жизнь прекрасна, и она у нас будет долгая.

– Обещаешь? – вырвалось у меня против воли.

– Да… но ты должна быть моей женой, в полном смысле этого слова.

– Как? – тихо спросила я.

– Жена – это, прежде всего, союзник мужа, а все остальное приложится. Ты ведь понимаешь, о чем я тебе говорю?

– Да…

– Так ты, мой союзник, м-м… Юля? Жена моя…

– Да… – тихо ответила, и также тихо спросила:

– А ты… ты тоже, мой союзник?

– Даже не сомневайся, – весь диалог мы не отводили глаз друг от друга, и прервался он лишь, когда нам принесли наш обед.

Мы сменили тему, каждый увлекся своим блюдом. Алан себе, конечно же, заказал стейк, наверное, – это традиционное блюдо каждого мужчины.

Решив разорвать тишину, сказала:

– Папа иногда брал меня в ресторан, он любит ВИП-зоны…

Алан кивнул и сказал:

– Мой отец не позволял нам с братом ходить по ресторанам.

– Почему?

– Ну-у… – разрезая свой стейк и приподняв брови, сказал Алан: – Мой отец считал, что тем самым можно разбаловать детей, потом они не понимают ценности благ…

Мне нравилось то, что он сам мне рассказал, пусть самую малость, но у нас зародилось маленькое зернышко доверия… Во всяком случае, мне так показалось и даже поднялось настроение.

– Что ты хочешь на десерт, а лучше скажи, что ты предпочитаешь на десерт? – я даже дернула бровями от неожиданного вопроса и скромно улыбнулась, поглаживая средним пальцем скатерть на столе.

– Эм… тебе действительно интересно? – спросила, боясь посмотреть ему в глаза. Мне кажется, он меня вычислит… Я кокетничаю с ним. Я честно не понимаю, оно само так выходит – это не специально, правда. Но я же не буду ему сидеть и доказывать обратное. Вот и смотрю на то, как пытаюсь протереть пальцем дыру в скатерти.

– Да, мне интересно…

– Воздушное безе с орешками, – поднимаю глаза, он смотрит на меня, а в глазах смешинки. Его черты лица смягчаются…

– Мне нравится смотреть на такого… тебя, – смотрю на него, словно я нашла тот угол обзора, с которого открываются все невидимые грани. Это меня удивило… и то, насколько частым сегодня был наш зрительный контакт.

– Это, на какого… такого? – вдруг спрашивает меня Алан, и я начинаю соображать, что я озвучила свои мысли вслух. Теперь уставилась на него немного сконфужено, и взгляд не отведешь, получится, что я струсила… а я не струсила… ну, может быть, совсем чуточку. Брови Алана слегка изменили траекторию…

– Ну же, Юля, будь смелее.

– Ну, ты раньше… – не успеваю договорить, нас прерывают. Нет, прерывает, очень красивая брюнетка.

– Здравствуй, Алан.

Он перевел взгляд на подошедшую девушку, и его черты лица стали жесткими.

– Что ты тут делаешь?

Ну, разумеется, они знакомы, иначе, зачем бы она подходила к нашему столику. Мое настроение стало сдуваться как проколотый воздушный шарик.

– Алан, я тут обедала с подругой и увидела тебя. Это твоя новая пассия, которая заменила меня?

– Остановись… – угрожающе предупредил ее Алан.

– Хм, почему это? – откинув одной ладонью