Лик Татьяны - Лизевра Страница 20

К моменту, когда тарелки уже стояли на столе, из ванной вышел посвежевший красавец, но всё ещё был немного сонный.

– Ты будешь чай или кофе? – спросил он доставая турку из шкафа.

– Кофе – сделав все нужные манипуляции, он поставил кофе вариться, а сам сел завтракать. С блаженной улыбкой он тщательно жевал пищу.

– Ты чело улыбаешься, мартовкий кот? – Действительно, с чего бы это ему улыбаться?

– А чего мне грустить что ли? У меня была афигенная ночь, с крышесносной и страстной красавицей, которая всю ночь прижималась ко мне и ластилась как кошка, а утром ещё и завтрак мне приготовила. Даже не знаю, что на меня нашло? – от его слов я невольно заулыбалась.

– Ну, тогда приятного аппетита!

– Взаимно.

Кофе сварился, Дима разлил его в маленькие чашки, и подал на стол. Уже попивая кофе, мы обсуждали планы на день.

– Останешься у меня? – звучало очень заманчиво, но у меня уже наметился на сегодня план действий.

– Не могу, сегодня дела, возможно вечером. – Дима не расстроился.

– Хорошо, если не дёрнут на работу, тогда я назначаю тебе свидание.

– Я согласна.

– Слушай в эту субботу, я приглашён на одно мероприятие и хотел – бы чтобы ты пошла со мной.

– К сожалению не могу, в эту субботу я тоже занята, помнишь я говорила про уговор с родителями? Так вот это вторая встреча и мне обязательно там нужно присутствовать.

– А что за мероприятие, может быть, мы говорим об одном и том же? – с интересом взглянул на меня.

– Да, я если честно не вдавалась в подробности, чей-то день рождения, какой-то бал.

– Отлично, теперь я точно уверен, что это одно, и тоже.

– Если это так, то там и увидимся!

Закончив завтрак, я быстро оделась и убежала по своим делам. На самом деле еле вырвалась, из нежных и сильных рук, настойчивые губы никак не хотели меня отпускать.

Быстренько заскочила домой, переоделась в чистое, и поехала в лабораторию сдавать анализы.

Об этом я подумала вчера вечером, когда вспомнила, что с Ромой секс был незащищён, провериться надо, так что на повестке дня анализы на ЗППП и ХГЧ.

Дима

После того, как за Таней закрылась дверь, я ещё долго лежал в кровати и прокручивал в голове вчерашний вечер и как он плавно перетёк в ночь.

Кто бы мог подумать, что неприметная девушка, с которой я познакомился в самолёте, окажется невероятной красавицей, приятным собеседником с чувством юмора и потрясающей любовницей в постели. Мечта, а не женщина. Возможно, я очень быстро гоню, и мне стоит притормозить лошадей, но я уверен, что она там самая.

Жаль я не видел её родителей, тогда точно бы знал из какой она семьи. На бал к отцу приглашены, только те, кого он сам знает, никаких лишних персон, а значит и я со всеми знаком, но Тани среди них я не помню.

Надо бы братцу позвонить, его тоже ожидают на торжестве, но он не всегда считает нужным там появляться. Разница у нас с ним в четыре года, а ощущение что все десять, он такой зануда, и как он только девушек очаровывает? Я точно знаю, что они за ним табунами ходят и он тот ещё казанова. Да, даже взять последний раз, когда я у него был, он каждый вечер ходил на свидания. Н знаю с одной и той же девушкой или разными, но факт остаётся фактом.

– Привет Романыч! – поприветствовал я большого босса.

– Ну, сколько можно говорить, не называй меня так! И тебе привет. – Я знал, что его это бесило, и не обращался к нему как-то иначе.

– Да ладно тебе бухтеть, как старый дед. Ты на день рождения к отцу приедешь? Он желает тебя видеть! – это было правдой. Женить нас на дочерях своих партнёров было его мечтой, только вот я брыкался, как мог, и от меня отстали, а Рома всегда идёт на поводу у родителей, так что я не удивлюсь, если его сосватают с кем-нибудь.

– И чего я там не видел? Одно и то же каждый год. Куча разодетых куриц не способных даже небольшую беседу о погоде поддержать, не говоря уж о чем-то более серьёзном. Они все желают отхватить себе жениха с кошельком потолще, а я не желаю становиться одним из кандидатов.

– Брат, в первую очередь это праздник нашего папы и все его дети должны присутствовать рядом с ним! – напоминать про «парад невест» не стал, иначе точно не приедет.

– Даже не пытайся, я не собираюсь в этом участвовать! – и как же его заманить. Точно!

– А если я тебе скажу, что у меня есть козырь?! – Как кстати я об этом вспомнил!

– Какой ещё козырь? – Тяжелый вздох послышался на другом конце, быстро я его утомил.

– Отец сказал, что Вороновы придут с дочерью. – Этот козырь, и правда был весомым.

– Да, ладно? С чего бы это? Столько лет никого, а тут на тебе!

– Папа настоял на ее присутствии, и они согласились.

– Младшая Воронова поистине тёмная лошадка. Ты меня заинтриговал. Хорошо, беру билеты.

– Как думаешь, какая она?

Об этой даме в нашем обществе ходило много разных слухов, но никто не знает, где правда. Кто-то говорил, что она больная на голову, поэтому ее прячут, кто-то, что слишком высокомерна и не считает наше общество достойным ее персоны. Сами родители не опровергали никаких версий, но и правды не говорили, а то, что говорили, не устраивало других. «Как это не хочет посещать такие мероприятия, все хотят здесь побывать!» В любом случае правды никто не знал и все с нетерпением ждали этого бала только бы взглянуть на нее.

– Думаю, что она высокомерная стерва, которая считает всех грязью под своими ногами.

– Как грубо, с чего такие предположения? Я вот наоборот думаю, что она не ходит, потому что ей некомфортно в подобном обществе.

– Ну, вот в субботу и узнаем, кто из нас оказался ближе к истине. Ладно, мне работать надо, тебе бы тоже не мешало!

– До встречи в субботу – и повесил трубку.

А может быть Таня и есть та самая Воронова. Как раз всё сходиться. Её родители попросили её, тогда как мой отец настоял на ее присутствии, и она никогда не была в подобных местах, по сути, она единственная, кого я ни разу не видел на больших торжествах, а остальных я знаю. И во время показа я видел там Вороновых, это не может быть совпадением.

Мысль я потерял, когда в тишине квартиры раздалась трель мобильного телефона.

– Ты нужен мне в офисе! – Я даже ответить ничего не успел, так как вызов сразу сбросили.

Отец всегда так делает. Бизнес сделал его непрошибаемым на эмоции. Он не проявлял их даже со своими детьми, хотя