Подмена на одну ночь - Tommy Glub Страница 11

в сердце. Яр тем временем стягивает с меня платье, целует ключицу, потом грудь. Его губы мягкие, но настойчивые, и от каждого прикосновения я дрожу. Они снимают с меня платье — сантиметр за сантиметром, целуя каждый открывшийся кусочек кожи. Пояс с чулками они стягивают вместе, медленно проводя ладонями по моим бедрам. Чулки соскальзывают вниз, и Яр целует внутреннюю сторону бедра, а Стас уже снимает с меня стринги, проводя языком по мокрой, чувствительной коже.

Я стону. Громко, не стесняясь. Мне так хорошо, что голова кружится, а в груди разливается такая любовь и такое счастье, что хочется кричать. Я растворяюсь в них полностью. Их руки везде — на моей груди, на талии, между ног. Стас пальцами осторожно касается моего клитора, Яр одновременно посасывает сосок, и я выгибаюсь, вцепляясь пальцами в простыни. Волны удовольствия накатывают одна за другой, и я чувствую, как люблю их еще сильнее именно за то, что они такие разные, но оба такие мои…

— Больше… — шепчу я, голос срывается от переполняющих эмоций. — Пожалуйста, еще…

Они дают мне все. Целуют все тело — от шеи до пальцев ног. Каждый поцелуй — как признание. Я тоже не остаюсь в стороне. Снимаю с Стаса рубашку, провожу ладонями по его горячим кубикам пресса, целую каждый мускул, пробую снова на вкус его кожу — солоноватую, теплую, такую родную… Потом переключаюсь на Яра — стягиваю с него поло, изучаю широкую грудь, провожу языком по ложбинке между мышцами. Они оба такие разные, но оба сводят меня с ума. Стас — горячий, дерзкий, Яр — глубокий и сосредоточенный. Я целую их, пробую, запоминаю каждый вздох, каждое движение.

Парни иногда делают по глотку виски прямо из бутылки, передают мне. Я пью маленькими глотками, и каждый раз после этого их поцелуи становятся еще жарче. Алкоголь усиливает все — каждое прикосновение, каждый стон, каждую эмоцию.

Стас первый не выдерживает.

Он разворачивает меня спиной к себе, целует шею, прижимается всем телом. Его руки обхватывают меня за талию, губы горят на моей коже. Я чувствую, как он толкает меня вперед — прямо на Яра, который сидит передо мной и смотрит на нас потемневшими глазами. Я упираюсь ладонями в грудь Яра, а Стас уже входит в меня — одним долгим, глубоким толчком.

Я вскрикиваю. Громко, отчаянно. Он заполняет меня полностью. Стас начинает двигаться — медленно, но сильно, сзади, целуя мою шею и плечо. Каждый толчок отдается сладкой волной по всему телу. Я выгибаюсь, прижимаюсь к Яру, и он целует меня в губы, заглушая мои стоны.

Внутри меня все дрожит от любви, от счастья, от такого острого удовольствия, что я едва не плачу. Это они. Мои. Оба. И в этот момент я принадлежу им полностью…

— Вот так, малышка… — шепчет Стас мне в ухо хрипло. — Чувствуешь… Тебе нравится?

Я киваю, не в силах говорить. Яр гладит меня по щеке, целует, а Стас ускоряется, и я уже почти на пике. Тело дрожит, внутри все пульсирует…

10 глава

Стас входит в меня еще глубже, и я задыхаюсь — не от боли, а от того, насколько полным и правильным вдруг становится все внутри. Сердце колотится так сильно, что я боюсь, оно сейчас разорвется от переполняющей любви. Я люблю его. Люблю Стаса так отчаянно, что каждый его толчок отдается не только в теле, но и где-то глубоко в груди, где уже давно живет эта безнадежная, сладкая тоска по нему. А он держит меня за бедра крепко, но невероятно нежно, пальцы чуть дрожат, словно он тоже боится спугнуть этот момент…

— Ты моя… наша… — шепчет он мне в шею, целуя кожу горячо, прикусывая кожу на спине. Голос хриплый, дрожащий. — Чувствуешь?.. Как идеально мы подходим…

Я киваю, потому что да, я чувствую. Всего его, каждое движение, каждое его дыхание. Слезы накатывают на глаза — не от удовольствия, хотя и от него тоже, а от того, что это происходит на самом деле. Яр смотрит мне в глаза — взгляд темный, полный желания, но в нем столько тепла, столько тихой, глубокой нежности, что у меня перехватывает дыхание. Он наклоняется и целует меня медленно, глубоко, словно пьет каждый мой вздох, каждую мою эмоцию. Его язык сплетается с моим, руки скользят по груди, обхватывают ее бережно, будто я сделана из стекла, которое он боится разбить.

Они берут меня так страстно, но при этом так трепетно, что внутри меня разливается целое море нежности. Стас двигается сзади — ритмично, глубоко, каждый раз входя до самого конца, а Яр спереди целует меня и гладит, шепчет прямо в губы:

— Ты такая красивая… такая наша…

От этих слов слезы все-таки срываются и катятся по щекам. Я не плачу от грусти — я плачу от счастья. Потому что это моя мечта. Моя самая тайная, самая жаркая фантазия… Я растворяюсь в них полностью. В их руках, в их губах, в их дыхании. Я люблю их обоих так сильно, что это чувство переполняет меня целиком, смешиваясь с удовольствием до такой степени, что я уже не понимаю, где заканчивается тело и начинается душа.

Я кончаю первой — резко, ярко, с криком, который Яр тут же ловит губами. Тело сжимается вокруг Стаса, волны удовольствия прокатываются так сильно, что в глазах темнеет, а в груди разливается такая нежная, светлая любовь, что хочется кричать от нее. Но они не останавливаются. Стас замедляется, дает мне отдышаться, целует мою шею, плечо, спину — так ласково, так бережно, будто я самое дорогое, что у него есть.

Яр перехватывает меня, разворачивает лицом к себе и сажает на свои бедра. Теперь я на Яре. Он входит в меня одним плавным движением, и я снова стону — уже от переполняющих эмоций. Он другой, но такой же родной. Длиннее, глубже, и ощущение такое новое и одновременно такое правильное…

— Смотри на меня, Ань… — выдыхает Яр мне в губы, держа за талию. — Я хочу видеть, как ты кончаешь. Хочу видеть, как ты чувствуешь это…

Стас позади, прижимается всем телом, целует спину, обхватывает грудь руками и играет с ней нежно, почти благоговейно. Он так нежно играет со мной, что даже когда я чувствую небольшую боль, она быстро проходит, сменяясь совсем новыми ощущениями… Они синхронны, будто чувствуют каждую мою клеточку. Я