Феечка - подарок к новому году - Надежда Новикова Страница 10

— Я сообщу позже, — выдавила я и положила трубку. Ладони стали влажными, а в горле встал ком. Мне было неприятно слышать даже его голос. Он отнимал силы на расстоянии.

Слава поднял на меня взгляд. Он все понял.

— Он? Зачем звонил?

— Хочет побыстрее развестись, — ответила я, пытаясь сделать тон нейтральным. — В этом наши желания, кажется, совпали.

И тут случилось маленькое чудо. Слава ахнул и показал на экран:

— Два билета! Кто-то сдал. Через пять часов отправление.

Сердце забилось чаще — от страха или надежды, я сама не знала. Я позвонила родителям. Они, конечно, остолбенели: мы же только утром созванивались с новогодними поздравлениями. Но сквозь удивление в голосе мамы я услышала ту самую, родную нотку: «Приезжайте, конечно, дочка. Мы вас ждем».

Таблетки и вода с лимоном немного усмирили тошноту, но страх перед долгой дорогой не отпускал. Слава, как будто читая мои мысли, твердо сказал:

— Ты будешь просто отдыхать. Со всем остальным, в том числе с Дашей, справлюсь я сам. — И в этой простой фразе было столько уверенности, что я впервые позволила себе немного расслабиться.

Дорога прошла в полузабытьи. Даша, утомленная впечатлениями, уснула. И уже когда за окном поплыли знакомые саратовские окраины, Слава решился на серьезный разговор. Он повернулся ко мне, и выражение его лица было таким сосредоточенным, каким я его еще не видела.

— Лена, — начал он тихо. — Я должен спросить. Ты приняла какое-то решение? О… ребенке?

Я молча кивнула, дав понять, что мой путь не лежит назад, к Юру.

Он глубоко вдохнул, как перед прыжком.

— Тогда я хочу предложить тебе… нет, попросить. Выходи за меня замуж.

От неожиданности мир вокруг поплыл. Я не могла поверить своим ушам.

— Дашу я хочу удочерить. Она уже моя дочь в сердце. А этот малыш, — он осторожно коснулся взглядом моего живота, — должен родиться в полной, законной семье. В нашей.

Мне был до боли симпатичен этот мужчина. С первых минут в его квартире я чувствовала, как под пеплом разочарований и предательства тихо тлеет что-то теплое и забытое — мои детские чувства к нему.

Его забота и внимание за эти дни стали тем якорем, который не дал мне сорваться в отчаяние. Но замуж… Так сразу? Мы же даже не целовались. Это казалось нереальным сном наяву.

Я молчала, не в силах вымолвить ни слова. А он, видя мой шок, не стал настаивать. Его голос стал еще мягче, бережнее:

— Лена, я люблю тебя. Я привязался к вам с Дашей и не представляю своей жизни без вас. А тот, второй… он уже мой. Я уже и его люблю. Но не отвечай сейчас. Давай просто попробуем пожить вместе, одной семьей… Если захочешь.

От его слов в глазах выступили предательские слезы. Я просто кивнула, боясь, что, если открою рот, расплачусь.

С вокзала поехали прямо к нему домой. Я позвонила родителям: «Не волнуйтесь, мы у Славы». Но разве могли они послушаться? Через час, когда мы уже пили чай на его кухне, раздался настойчивый звонок в дверь. На пороге стояли мои мама с папой — с тревогой, любопытством и целой сумкой домашней еды «с дороги».

Папа, окинув Славу оценивающим взглядом, твердо шагнул вперед:

— Вот что, сынок. Давай мы тут все обсудим. За одним столом.

Глава 16

Юра

Меня сразило и опустошило ее предательство. Восемь лет. Восемь лет я думал, что мы — команда, что понимаем друг друга с полуслова. А оказалось, жил под одной крышей с искусной лгуньей. И если бы не Оля, так бы и остался в этом дурацком, слащавом сне, где меня считают счастливым мужем и отцом.

Лена всегда умела казаться. Для всех — скромница, тихушница, «золотая девочка». А Ольга… Ольга была глотком свежего воздуха. Общительная, с огоньком в глазах, всегда в центре внимания.

Когда Лена после родов сидела дома и отказалась идти со мной на корпоратив 23 февраля, Оля сама подошла, предложила выпить «за защитников». И завладела не только моим вниманием, но и всем моим вечером.

Я не видел в этом трагедии. Единичная утеха, мужская отдушина. Жена только отошла от родов, все ее мысли — о ребенке. А Оля оказалась… невероятной затейницей. Через две недели мы отметили 8 Марта — тоже очень творчески.

Я и не думал о серьезных отношениях. У меня же есть семья. Но почему бы не иметь что-то легкое, приятное и без обязательств на стороне? Так, по мелочи. На постоянной основе это оформилось примерно через год. Удобно, привычно.

Оля знала о Лене все. Видела ее фото, знала про дочь. И как-то раз, лежа у меня в квартире на постели, когда Лена была на работе, она бросила небрежно, глядя на семейное фото: «Слушай, а Даша-то на тебя совсем не похожа. Ни одной общей черточки». Я отмахнулся тогда — девочки часто в маму. Но семечко сомнения упало в почву. Я любил дочь безумно, она была моим светом, но… стал присматриваться. Искал свое. И не находил.

Помню тот день, когда все пошло под откос. Лена вышла на работу, я сидел с Дашей. Пришла Оля. Мы пытались отучить ребенка от соски, но чтобы та не капризничала и не мешала нам, я сунул ей пустышку. Уходя, Оля с хитрой улыбкой забрала эту соску и мою чайную ложку со стола.

— Что это? Зачем? — удивился я.

— Отдам подруге-лаборантке. Ради интереса. Запросто сделает тест.

Я лишь усмехнулся: «Платить за эту ахинею не буду». На что она загадочно улыбнулась: «Посмотрим».

А через десять дней, за неделю до Нового года, она положила передо мной на стол распечатку. Я не верил своим глазам. «Вероятность отцовства: 0 %». Буквы плясали. В ушах зазвенело.

А Ольга, положив руку на еще плоский живот, сказала спокойно и твердо: «А я, между прочим, беременна. Так что тебе, дорогой, пора думать о воспитании своего ребенка, а не чужого».

Шок был таким, что я онемел. Хотел кричать, что это подделка, что нужно переделывать все официально, но Оля уже действовала. Она буквально вторглась в мою жизнь с двумя чемоданами, будто штурмовала крепость.

Чтобы как-то объяснить этот кошмар Лене, я выдумал историю про «двоюродную сестру». Но когда сам пришел домой и увидел Олю, расположившуюся в гостиной, как хозяйка, меня охватила паника. Это был тупик.

Выход нашелся, и он казался мне тогда гениальным в своей жестокой простоте. Сразу после праздников я подал на развод. Чтобы Лена