Элизабет Чедвик - Победитель, или В плену любви Страница 93

Влажность от вод Сены проникала в комнату, несмотря на занавески и теплоту жаровни. Тело вдруг покрылось точечками гусиной кожи, и странная, горячая дрожь пробежала вверх и вниз по спине. Мир поплыл перед глазами.

Подхватив легкое тело, Иоанн подтащил ее к уютной скамье, заботливо посадил и собственноручно принес подслащенное вино. Затем пригладил ее брови и поцеловал в лоб.

— Лучше?

Она изобразила бледную улыбку, на которую Иоанн отвечал широкой собственной улыбкой.

— Вот и хорошо. Наденьте ваше лучшее платье к обеду и все ваши драгоценности. Я хочу, чтобы вы сияли ярче всех прочих придворных дам. — Его улыбка превратилась в неисправимую, непочтительную усмешку. — Сияли, — он повторился, — подобно мадонне.

Преодолевая темноту влажного декабрьского дня, под дождем, пытающимся проникнуть через все слои одежды и достигнуть кожи, Александр не чувствовал себя особо облагодетельствованным, хотя его разум продолжал возражать тому, что Уильям Маршалл оказал большую честь, одарив его управлением крохотным владением на уэльской границе приблизительно в пятнадцати милях к северу от Чепстоу.

Владение Эбермон он получил только на время, пока Маршалл не назначил постоянного арендатора, но, однако, оно могло перейти к нему, если он сможет за короткое время доказать свою ценность для лорда Уильяма.

Несмотря на небольшие размеры Эбермона, он охранял подход к Чепстоу с севера, потому что располагался на монмаутской дороге неподалеку от недавно основанной цистерцианской обители в Тинтерне.

Предыдущий лорд Эбермон умер бездетным, не оставив каких-либо близких родственников, которые могли бы претендовать на наследование. Действительно, единственными претендентами были валлийцы из тех, чьи владения были подчинены короне сотню лет назад, во времена правления Генриха Первого. Постоянно совершались набеги и ответные удары, ссоры, иногда прерываемые шаткими перемириями.

Как раз этим Александр и занимался сегодня, устанавливая перемирие. Английский поселенец обвинил своих уэльских соседей в краже его овцы. Уэльсец утверждал, что это поклеп; последовал обмен ударами, закончившийся кровопролитием. Если бы эта встреча потерпела неудачу, пролилось бы много больше крови.

Место встречи было на открытой площадке около огромного гранитного валуна с камнями поменьше вокруг него. Легенда гласила, что это древние захоронения. Его более прозаическими функциями были указание на границы между Уэльсом и территорией норманнов и традиционный участок для урегулирования споров. Присяга, данная на его поверхности, была столь же обязательной, как произнесение присяги в церкви. Если бы не это, люди были бы вынуждены держать их слово из страха того, что, если они нарушат ее, с ними случится нечто сверхъестественное.

Дрожа, Александр потянул узду и подул на свои замерзшие пальцы. Позади него люди гарнизона делали то же самое. По кругу пустили тяжелую флягу подслащенного вина из тутового дерева. Сильный дождь хлестал в лица, нагоняя унылый серый и желтовато-коричневый туман вокруг них.

Александр специально прибыл пораньше, чтобы разобраться в ситуации, но это доставило некоторое неудобство.

— И почему бы уэльсцу не прибыть в Эбермон, — ворчал один из солдат, стряхивая влагу с плаща. — Это — центр правосудия в этих местах.

— Не для уэльсцев, ответил Александр, щурясь от дождя и пытаясь что-то рассмотреть. — У них другие законы.

— Ну, они должны научиться жить по нашим законам, как мы научились выживать в такой погоде.

Александр обернулся к мужчине, строгому воину примерно возраста Харви.

— Не так давно норманнский барон Уильям де Броз пригласил семь уэльских лордов на переговоры в его замке в Эбергравенни и убил их всех. Затем он напал на их беззащитных жен и детей. Как могут они научиться жить по нашим законам? Что ваши кодексы, когда они сталкиваются с предательством, подобным этому? Вы обяжете меня, если попридержите себя в течение этих переговоров. Даже если вы хотите помахать своим мечом на зимнем морозе, я этого делать не стану.

Губы мужчины сжались под густой белокурой бородой, и хотя он больше не спорил, косил глазами на напарников, ища в них молчаливую поддержку. Александр знал, что они воспринимали его слишком молодым для такой задачи и считали, что Маршалл допустил ошибку, посылая безбородого мальчишку исполнять такие обязанности. Они не могли знать о том богатом опыте, который делал Александра подходящим для такой задачи.

Почти одновременно уэльсцы прибыли со стороны границы на своих жесткошерстых маленьких лошадях. Их группа по количеству не уступала отряду Александра; и английский обвинитель появился на дороге из деревни с эскортом соседей с вилами и рогатинами. Александр подавил внутренний стон. Внешне он сохранял спокойствие и разоружился, специально отцепил свой пояс с мечом, обернул его вокруг ножен и вручил белокурому солдату.

— Джеральд, берите людей, отойдите на сотню ярдов.

— Сэр?

— Вы слышали меня?

— Да, сэр.

С очевидным нежеланием Джеральд отступил. Предводитель уэльсцев Гвин ап Овэйн долго смотрел на Александра и после некоторого колебания спрыгнул с лошади и произнес краткую команду своему собственному отряду. Те сильно встревожились прежде, чем неохотно ушли, оставляя их предводителя одного. Гвин ап Овэйн, однако, держал меч на бедре. Сельские жители заняли свой участок. Александр разыскивал человека, который затеял первую ссору, и чей сын был ранен в последующей стычке между англичанами и уэльсцами.

— Отзовись, — подозвал он. — Остальным здесь нечего делать, но вы можете тоже остаться, чтобы явиться свидетелем переговоров. Бросьте ваше оружие и идите, ждите вместе с моими людьми. Здесь будет мир, больше никакого кровопролития.

Послышалось легкое ворчание, но на несогласных быстро возымела действие угроза здоровенных парней из манора. Соседи отошли, оставляя отца и сына, стоящих вместе, одного — смотрящего с негодованием, подобно горгулье, другого — выглядящего бледным и больным, с подвязанной раненой рукой.

Гвин ап Овэйн выслушал начало переговоров с усмешкой в ореховых глазах.

— Я вижу, что великий Уильям Маршалл послал дипломата на сей раз.

Он был немного старше Александра, но все равно ему не было и тридцати; крепкий мужчина, с косматыми черными волосами и густыми усами.

— Не хотели бы проверить характер друг друга с оружием в руках? — Уэльсец пожал плечами и махнул рукой в сторону людей Александра. — Очень хороший меч, который вы вручили вашему солдату. Он достался вам при посвящении в рыцари?