Люси Монро - Лунное пробуждение Страница 82

– Неужели, оставляя на окне веревку, вы даже не задумались о безопасности замка? – возмущался Лахлан. – Хорошо еще, что Кэт догадалась признаться Друстану!

– Если бы ты не отвлек меня свадебной церемонией и всем, что произошло потом, я ни за что не забыла бы сказать о веревке.

– Пытаешься доказать, что брак доставил тебе неудобство, англичанка?

– Скорее, заставил выбросить из головы все остальное, – с улыбкой возразила Эмили.

Ответ понравился, и вождь улыбнулся.

– Пора прекратить называть меня этим прозвищем.

– Каким?

– Англичанка.

– Это почему же?

– Да потому, что теперь я Балморал. Полагаю, это гордое имя носит один из могучих кланов Хайленда.

– Предпочитаешь, чтобы я называл тебя «милая»?

– Не стану возражать.

Лахлан рассмеялся и шутливо обнял жену:

– С тобой не соскучишься.

– Замечательно, господин. Скука – плохой союзник в путешествии по жизни.

– Тот, кто любит, скучать не способен. Но вот боюсь, что поседею прежде, чем родится наш первый ребенок.

– А когда седеют волосы, волчий мех тоже становится серебряным? – с любопытством поинтересовалась Эмили.

Вождь настороженно прищурился.

– Нет. А что?

Эмили продолжала расспрашивать. Объятия тем временем становились крепче и жарче и закончились в постели. А потом Балморал научил молодую супругу признаваться в любви на древнем языке криктов.

На следующий день Эмили попросила мужа послать за Абигайл, и Лахлан охотно согласился.

– А как же король Шотландии? Он не обидит мою сестру?

– Талорк обещал поговорить с монархом.

– А он не настолько плох, как кажется.

– Кто, король?

– Нет, Талорк.

– И все же я – единственный из криктов, кто достоин твоей любви.

– Ты единственный из мужчин, кого я смогу любить, – торжественно поклялась Эмили.

– Так и должно быть.

Эмили шутливо шлепнула мужа по руке и тут же сморщилась: мускулы оказались твердыми, словно камни.

– Следовало ответить, что я единственная женщина, которую сможешь любить ты.

– А что, до сих пор ты этого не знала? – Лахлан внезапно стал серьезным.

Эмили не пыталась скрыть счастливую улыбку.

– Если честно, то догадывалась. Но услышать все-таки очень приятно.

Лахлан прижал жену к груди. Глаза вновь затуманились ненасытным желанием и чувством. Да, он любил ее так же нежно и страстно, как и она его.

– Нет на свете ни одной женщины – ни волчицы, ни простой смертной, – которую я смог бы полюбить так же, как тебя, милая.

– Честно говоря, не отказалась бы от урока плавания.

– Думаю, мне тоже было бы интересно. Но все же лучше осуществить то, что задумал еще в первый раз.

– Утопить меня?

Лахлан громко рассмеялся. Безмятежный, радостный смех любимого показался дороже всех сокровищ.

– Да нет же, глупая. Любить тебя.

– И это не отвлечет тебя от исполнения долга перед кланом? – поддразнила Эмили.

– На свете нет ничего важнее тебя.

Ответ снова прозвучал серьезно и искренне.