Элен Бронте - Дом на Фиалковой улице Страница 70

Джейн покраснела от обиды, а супруг обнял ее, словно надеясь защитить от несправедливых обвинений.

— Но, дядя, Джейн описала все, что она тогда чувствовала, здесь слышен голос ее сердца!

Возмущенный тон племянника не смутил мистера Уэствуда.

— Вполне вероятно, но она могла бы заполнить свое время более полезными делами. Женщине подобает заниматься домом и детьми, а не марать бумагу. Ну, разве что писать письма и приглашения.

— Разве нами не правит женщина? — в сердцах воскликнула Джейн.

— К тому же вышло немало хороших романов, написанных женщинами, — прибавил ее муж.

Мистер Уэствуд ворчливо ответил:

— Вы хотели узнать мое мнение, вот я вам его и высказал. Чего еще вы от меня хотите?

— Больше ничего, дядя, — Ричард постарался сдержать злость. — Мы еще должны навестить миссис Эванс и девочек, идем, Джейн.

Через полчаса Джейн уже плакала в объятьях дорогой подруги, а Крейтон на все лады распекал ограниченность своего дяди, не способного сочинить ничего, кроме пересказываний старых скандалов, и имеющего дерзость выносить суждения о подлинном таланте.

— Твой муж прав, дорогая, — заметила Мэй. — Мнение мистера Уэствуда — это всего лишь мнение одного человека. А сотням других твоя история понравится. Не отступайся, Джейн!

— Нет, мистер Уэствуд знает, что говорит, я, наверное, не способна изложить свои мысли так, чтобы это заинтересовало кого-то, кроме моей семьи. И давайте больше не будем говорить об этом! — Джейн решительно отерла слезы. — Пойдемте в сад, я еще не видела девочек.

Крейтон и миссис Эванс, а позже и миссис Беллард еще не раз пытались уговорить Джейн изменить свое решение, но миссис Крейтон не могла побороть страх, посеянный мистером Уэствудом. Ей представлялись всякие ужасные вещи. Вдруг издатель вернет ей рукопись с грубым отказом, а если роман даже и издадут — читатели будут насмехаться над ее переживаниями.

Но привычка записывать свои мысли и наблюдения не покинула Джейн. Время от времени, когда у Крейтонов собирались близкие друзья, Джейн после недолгих уговоров зачитывала им отрывки из своей тетради, ко всеобщему удовольствию.

Иногда Диана даже оставалась погостить у брата и его жены дольше, чем собиралась, чтобы дослушать до конца очередное повествование, а Джесси и Маргарет, как только достаточно подросли, уговорили тетушку записать для них несколько сказок их детства.

За много лет Джейн успела наполнить своими мыслями не одну тетрадь, заботливо переплетенную ее мужем, но самой дорогой для Крейтонов оставалась первая, написанная летними вечерами в маленьком доме на Фиалковой улице.