Джойс Брендон - Изгнание из рая Страница 65

Рассел повернулся к Эду Смиту.

— Не хочу хвастаться, но я знаю одного человека, который мог бы запросто опозорить Уэллса Фраго. Но, к сожалению, он очень и очень осторожен…

Смит давно привык к тому, что Рассел называл себя «одним человеком», и перестал обращать на это внимание.

— Они ведь поступили не очень порядочно в последний раз, правда? — пропыхтел он. — Отдали три корабля с грузом дорожным агентам. Держу пари, что скоро ты сможешь прибрать к рукам все это дело.

Над их головами послышался выстрел. Отраженный горным эхом, он повторился несколько раз. Эд Смит попытался определить, из какого калибра винтовки стреляли. Его рука уже потянулась к ружью, но тут совершенно неожиданно из кустов перед ними вышел мужчина и загородил тропу.

— Остановитесь, сеньор! — закричал он.

— Что за черт! — прокричал в ответ Рассел, машинально натягивая вожжи.

— Вы окружены, сеньор! И не пытайтесь достать оружие, иначе у вас будут большие неприятности.

В отличие от Рассела Слоана и людей, которых он нанял, этот человек был явно мексиканец. На нем было запыленное разноцветное мексиканское пончо и сомбреро с очень широкими полями. Над верхней губой красовалась густая щетка усов.

Намеренно медленно Рассел поднял руку, давая сигнал остановиться уже и так стоявшему каравану мулов. Никто не пошевелился. Рассел чувствовал, как пот струится по вискам. Он растерялся, ему нужно было принять решение, и это смущало его. По своей натуре Слоан вовсе не было человеком безрассудным и отчаянным. Спрятанные в тюках люди ждали от него сигнала. Обдумывая свое предприятие, он полагал, что в случае опасности правильное решение придет к нему само, но оно почему-то не приходило. Рассел окончательно растерялся.

— Бросайте оружие, сеньор, и никто из вас не пострадает. Вас гораздо меньше, чем нас. Если вы не послушаетесь, то мои люди перестреляют вас, как бешеных собак.

Но Рассел Слоан не видел больше ни одного человека. Он вдруг представил себе, как приедет в город без товара и без серебра. Он же станет просто посмешищем. Весь Томбстоун тут же облетит слух о том, что он с двадцатью вооруженными людьми не мог уберечь две тысячи фунтов серебра от одного мексиканского бандита. Злые шуточки и смех будут раздаваться ему вслед до конца жизни.

— Но он же… блефует, — проговорил Рассел, заметив, что его голос стал предательски хриплым и неуверенным.

— Ты что, рехнулся? — пробормотал Смит.

— Да он блефует! — повторил Рассел, на этот раз более уверенно.

— Я вас не обманываю, сеньор! — прокричал мексиканец и махнул рукой, приказывая подняться своим людям. С окружающих их скал, из-за кустов, которые были спереди и сзади, поднялись по крайней мере человек двенадцать вооруженных до зубов бандитов.

— Бросайте оружие!

Смит уже вытянул руку, готовый бросить ружье на землю.

— Нет! — прошипел Рассел, переводя дыхание.

— Они же нас в самом деле перестреляют! — прошептал Смит.

— Они все равно блефуют. Они не смогут перестрелять двадцать человек. Мы же знаем, кто они такие. Если они убьют хоть одного из нас, их всех перестреляют, как собак.

— Бросайте ружья, сеньор! — как заведенный, повторял мексиканец.

— Огонь, огонь! — заверещал Рассел. — Они блефуют! — Он схватил винтовку, передернул затвор и выстрелил. Человек в разноцветной шали проворно спрятался за скалу. Это придало людям Рассела храбрости, и они вскинули ружья, приготовившись стрелять.

Рассел Слоан издал победный клич. Но в следующее мгновение свет в его глазах погас. Он вскрикнул и тяжело упал с лошади на каменистую тропу.

Последовала беспорядочная перестрелка. Лошади испуганно заржали. Рассел сильно ударился при падении, но ранен был легко. Его люди падали один за другим. Вскоре на тропе возвышались только жалобно мычащие на солнце мулы. Рассел возблагодарил Бога, что остался жив.

Но тут сердце у него яростно заколотилось — раздались чьи-то шаги. Рассел начал судорожно искать свою винтовку, но неожиданно на него накатила волна неимоверной боли. Ему показалось, что он услышал выстрел, но, может быть, ему это только показалось…

Матео Лорка осторожно спустился со скалы на дно ущелья. Ему потребовалось меньше десяти минут, но за это время перестрелка закончилась. Он медленно проехал вдоль каравана мулов, стараясь не приближаться к убитым. Пачио Артега следовал за ним на почтительном расстоянии и терпеливо ждал.

Наконец Матео взглянул на него.

— Тысяча извинений, генерал. Не понимаю, как это могло случиться. Мы предоставили им массу возможностей отдать нам серебро без боя, но они отказались.

Матео с отвращением покачал головой.

— То, что мне сообщили об этом человеке, чистая правда, — сказал он, спешившись и перевернув носком сапога тело Рассела Слоана. — Священник обозвал его хвастливой задницей. Теперь же он просто мертвый гринго.

— Он глупый упрямец, генерал! — Пачио немного помолчал. — Будем закапывать трупы?

— Оставь все как есть! — зло проговорил Матео. — Пусть их кости сгниют и послужат предупреждением для других.

Джуди вздрогнула и проснулась. Ей начало сниться, что она падает, а девушка ненавидела падать во сне. Она выпрямилась и наклонилась над Грантом.

Лицо его пылало и было ярко-красным. Может быть, это хороший признак? Она наклонилась и слегка коснулась его лба. Он был таким горячим, что она застонала и поспешно откинулась на спинку стула.

— О, нет! — прошептала Джуди. Обычно, когда она что-нибудь говорила, Грант слегка напрягался или вздрагивал, показывая, что он ее слышит. Сейчас же он лежал, не шелохнувшись, как изваяние.

Джуди охватил страх. Он умирал! Стрелы индейцев почти всегда бывают отравленными. Она не раз слышала истории о тех, кто был ранен стрелой индейца, а потом умирал в страшных муках. Если даже не от яда, то от заражения крови.

К горлу подкатила тошнота. Ей казалось, что ее живот набит острыми камнями. На лбу у Джуди выступил холодный пот, и она задрожала, как в лихорадке. Эта слабость и жалость к самой себе дали ей повод подумать о том, что если она сейчас уйдет от Гранта, то это будет вполне оправданно. Никто не обвинит ее в том, что она покинула Гранта в такой момент. Джуди ухаживала за ним и сама заболела. Никто не сможет ее осудить. Даже Тиа.

Грант застонал. Это был слабый низкий горловой звук, но он заставил ее сердце еще сильней забиться от страха. Она наклонилась и положила дрожащую руку ему на лоб, который, как ей показалось, немного остыл от ее прохладной ладони.