Юна-Мари Паркер - Дворцовые тайны Страница 58

— Можно мне увидеться с вами еще? Теперь, когда все известно? — осторожно спросил он.

Джеки кивнула, но тут же сказала:

— Мне нужно время, чтобы все обдумать. Ваша история так удивительна…

Ей стало стыдно за свои прежние предположения о том, что он просто хотел погулять от жены на сторону.

Поняв ее состояние, он на мгновение стиснул ей руку и поднялся.

— Хорошо, — проговорил Джеральд. — Я позвоню завтра. Можно? Вы снимете трубку?

Во взгляде его вновь просквозила тоска. Джеки слабо улыбнулась.

— Да, сниму.

Он наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Спасибо за то, что вы все мне рассказали, — тихо сказала она.

— Я должен был это сделать. Я очень надеюсь… — Но он замолчал, словно боясь выговорить остальное.

— Да, — быстро сказала она. — Поговорим завтра. Когда он ушел, в комнату ворвался Кип и устремил на сестру вопросительный взгляд.

— Ну? — спросил он требовательно. — Что он смог сказать в свое оправдание?

— Так где вы напишете о моем вечере? — спросила Элфрида, похлопав ладонью рядом с собой и приглашая Роланда сесть. — Надеюсь, Джеки Давентри поместит материал в «Сэсайети». И потом у нас было много фотографов от разных газет и журналов. Я очень надеялась, что что-нибудь появится в «Ивнинг стандарт», но не было ни строчки, — почти захныкала она.

— Что, даже в «Лондонской хронике»? — как будто удивленно спросил Роланд.

Элфрида покачала головой.

— Ничего. Но, может быть, завтра?..

Роланд огляделся по сторонам. Вчера на балу не было возможности как следует познакомиться с этой гостиной. Только сейчас он обратил внимание на полотна Моне, Констебла и Джона Сингера Сарджента на стенах. «У Селвина как минимум сто миллиончиков, — подумал он. — И эта толстощекая пустышка не только имеет к ним доступ, но и вполне созрела для того, чтобы и я мог чем-нибудь попользоваться. Вполне, вполне созрела». Не удержавшись, он тонко усмехнулся, чувствуя, что Элфрида может обеспечить ему постоянный источник дохода.

— Я вот подумал… — начал он, возвращая разговор в русло, которое ему было нужно. — Что если…

— Да?

— Одних людей постоянно фотографируют, куда бы они ни пошли, а других никто не замечает. Об одних постоянно пишут в газетах и журналах, что бы они ни сделали, а про других никто и не вспоминает. Видите ли, леди Уитли, все это не случайно.

— То есть?

— Это называется организованной рекламной кампанией. Где каждый шаг спланирован и ничто не отдается на откуп слепому случаю. Люди, которых снимают и о которых пишут, попросту устраивают себе известность.

В глазах Элфриды показался живой блеск, а ее пышная грудь, затянутая в тесную черную блузку из шифона, стала угрожающе вздыматься. Она шумно вздохнула.

— Ага! Вы хотите сказать, что они платят за то, чтобы попасть в газеты?! — Ей показалось, что она увидела свет в конце туннеля. Словно все загадки земли и неба вдруг сразу открылись ей во всей своей красе. — Понимаю, понимаю!

— Нет, они, конечно, не платят непосредственно газетам и журналам, — вежливо поправил Роланд. — Так не принято.

— Кому же они платят?

— Они нанимают агента по организации рекламных кампаний, а он уж заботится о том, чтобы его наниматель получил о себе хорошую прессу.

— Я этого не знала! Почему Селвин ни разу не говорил мне?! Это действительно все так, как вы говорите? Значит, если бы у меня был такой человек и я пошла бы на какой-нибудь большой вечер, то могла бы быть совершенно уверена в том, что на следующий день обо мне напишут в «Дэйли мэйл»? Или в следующем номере «Татлера»?

Роланд утвердительно кивнул:

— Именно! Агенты выпускают пресс-релизы, организуют фотосъемку и поставляют репортерам кое-какие интересные детали из жизни своих нанимателей. Поэтому-то об одних в газетах можно прочитать буквально все, а о других ничего.

Он пристально взглянул на Элфриду. Сей краткий монолог был почерпнут им из статьи о рекламных агентствах, опубликованной в «Индепендент». На самом деле Роланд понятия не имел, соответствует ли все это действительности, но тогда он подумал, что такая информация хоть однажды может оказаться полезной ему. И вот этот случай, кажется, наступил.

— Так вот оно что! — проговорила Элфрида с чувством, словно в минуту озарения она нашла разрешение всем своим жизненным проблемам. — Так вот где выход! Но не могу понять, почему Селвин об этом ничего не знает?

— Я уверен, что его строительная компания пользуется услугами рекламного агентства, — сказал Роланд.

— Да уж! Чтобы рекламировать кирпичи! — фыркнула Элфрида. — А как же я?

Именно к этому Роланд и подводил весь разговор. Именно об этом он и стал думать, едва договорившись с ней по телефону о встрече. Скромно потупив глаза, он снял очки и стал тщательно протирать их белым носовым платком.

— Видите ли, до того как стать журналистом, — проговорил он негромко, — я работал в рекламе.

— Да?! Так это же прекрасно! — Она даже хлопнула в ладоши. — Раз вас уволили, значит, вы снова можете вернуться к прежнему занятию. И работать на меня! — Она сказала это почти воинственно. — Только на меня! Я не хочу, чтобы вы распыляли силы и на других.

— Я как раз думал о том, чтобы вернуться на круги своя, — словно бы неохотно признался Роланд. — Но не знаю, получится ли работать только на одного клиента… Я лично полагал поступить на службу в крупную компанию. Скажем, сеть ресторанов или отелей…

— Но почему вы не хотите работать только на меня? — встревоженно воскликнула Элфрида. Она вновь побледнела.

Роланд прокашлялся и, понизив голос, заметил:

— Видите ли, это очень дорогое удовольствие.

— Насколько дорогое?

— Ну… — Он наморщил лоб. — Если бы я поступил в штат какой-нибудь крупной рекламной компании, то мне назначили бы годовое жалованье. В частном же порядке я предпочел бы получать деньги раз в неделю, потому что, сами знаете, всякое может быть у клиента. Или он уезжает куда-нибудь в отпуск или в какие-то дни не нуждается в услугах агента.

— Да, это справедливо, — тут же согласилась Элфрида.

— Таким образом, при работе на одного конкретного человека я хотел бы получать деньги еженедельно. Из расчета… — Он сделал вид, что производит в уме математические вычисления, глядя в потолок и беззвучно шевеля губами.

— Ну? Сколько? — нетерпеливо проговорила Элфрида.

— Ну, скажем, из расчета… сто фунтов в день.

— Сто…

— Плюс расходы, разумеется.

Теперь уже пришла очередь Элфриде притворяться. Она кокетливо склонила голову набок, делая вид, что раздумывает над его предложением. На самом деле она приняла решение еще в ту минуту, как он только заговорил о рекламной кампании.